Б.С. Братусь: отклик на «заплачки» Г.А. Цукерман

Дорогие коллеги!

Можно поздравить «Психологическую газету», что именно она стала местом плача («заплачки») видного психолога, профессора Галины Анатольевны Цукерман, которая, несмотря на интенсивную и плодотворную научную работу, два месяца не получает зарплаты из-за нарушения Постановления №7, выпущенного «в целях недопущения нарушений трудовой дисциплины и обеспечения соблюдения…». Плач не у стен Российской академии образования, Российского психологического общества, Министерств просвещения, высшего образования и науки и прочая, и прочая. Словом, тех могущественных организаций, которые должны попечительствовать и защищать ученую братию. Речь при этом, разумеется, не о нарушениях финансовой дисциплины, а о том, что происходит с одним из старейших в мире психологических институтов — гордости отечественной и мировой психологии. Только у частной газеты (ООО) нашлось место, время, внимание для справедливой жалобы. Полученные комментарии к статье тоже, по сути, частного свойства: «спасибо за статью, психологическая помощь нужна сейчас многим»; «не только в институте психологии, но и в нашей современной психологии… состояние, близкое к катастрофе»; «малость грустно, но…»; «чудовищное варварство»; «общество психологов должно высказать свое мнение».

С последним как не согласиться, но только вот беда — общества-то, получается, нет, хотя сочувствующих в избытке. Обычная позднесоветская ситуация — в кулуарах кивают головой, шепотом благодарят за смелость и жмут руку. Не осуждаю — последнее столетие крепко отбило инициативу и самостоятельность. Шпет Густав Густавович, Гастев Алексей Капитонович, Шпильрейн Исаак Нафтулович и другие получили для успокоения пулю в затылок. Теперь — много мягче, но не особо миндальничают. Изгнание с психфака МГУ В.П. Зинченко, увольнение с поста директора В.В. Давыдова, недавняя позорная история разгрома Института психологии имени Л.С. Выготского РГГУ, прибавлю и свою «заплачку» — только что случившееся уничтожение факультета психологии Российского православного университета святого Иоанна Богослова. Конечно, не расстрел, но разве болезнь и преждевременная смерть профессора Е.Е. Кравцовой (внучки самого Выготского) не связаны с событиями в РГГУ?

Скажут, а что мы можем? Да многое! И начать с четкой внутренней позиции и действенного желания изменить ситуацию. Но, боюсь, здесь ждет нас большое препятствие. Скажем, «общее собрание трудового коллектива Института» может высказать свое отношение к происходящему, и тогда его решение будет весьма значимым. Но вопрос в том, есть ли люди, определяющие такой коллектив как живой и имеющий свое мнение? Галина Анатольевна утверждает в комментарии к статье: «Дело в том, что такие люди по-прежнему ЕСТЬ, и они свое дело продолжают». Относительно научного я не сомневаюсь, а вот относительно дела отстаивания Института позволю высказать — основанное на своем недавнем опыте — суждение.

Примерно полтора года назад ко мне обратились замечательные профессора Института: Александр Александрович Мелик-Пашаев и Наталия Львовна Карпова. Речь, конечно, шла об Институте и его бедах. И, как шаг к восстановлению прежней интенсивной научной жизни, было предложено создание единого, сквозного для Института психологического семинара. Он был назван «Челпановским семинаром». Он был задуман как широкий психологический семинар возрождения лучших живых традиций Института. Была проведена большая работа по согласованию с руководством ФНЦ ПМИ. Получено благословление директора, профессора Ю.П. Зинченко, и вот, наконец, первый семинар. Он был посвящен жизни, триумфу и трагедии самого Георгия Ивановича Челпанова. И для меня лично свершилось некое чудо. Его зафиксировал ветеран института, профессор Мухамед Каншобиевич Кабардов. Когда он вошел в переполненную Большую аудиторию Психологического института, где сидели (в том числе и на ступеньках) множество молодых лиц, сотрудников других учреждений не только Москвы, то он подошел и сказал: «Такой аудитории не было здесь тридцать лет». Напомню, что 30 лет назад — это золотой век Института. Живые переполненные аудитории лекций и семинаров великих.

Но тут и облом — среди двух сотен сидящих в аудитории не набралось и двух десятков сотрудников Института (ФМЦ), а ведь ради них, точнее, ради возрождения их Института это все задумывалось и не без труда осуществлялось. Приглашались и охотно откликались читать лекции и участвовать в семинарах в ушедшем учебном году такие звезды как: А.Г. Асмолов, Д.А. Леонтьев, Т.Ю. Базаров, Б.Н. Рыжов, В.Т. Кудрявцев, А.А. Мелик-Пашаев и др. Аудитория не иссякала, но сотрудники по-прежнему блистали отсутствием.

Итог или предложение резолюции. Постановление №7, как противоречащее научной деятельности, отменить. Профессору Г.А. Цукерман задержанную зарплату вернуть, а также выплатить премию за ревностное служение психологии. Она, как говаривал в подобных случаях В.В. Давыдов, заслуживает «серебряный рубль, а пока наше царское спасибо». Нам же всем крепко подумать над тем, что мы не «пикейные жилеты» и «диванные болельщики», а представители помогающей профессии, которые могут и должны помогать не только другим, но и себе. Поэтому разделим позицию, выраженную в комментарии «патологическим оптимистом» В.Э. Пахальяном, что «есть надежда, что, как и ранее в истории страны, найдутся люди, которые возродят то, что должно быть там». Свято место пусто не бывает. Но не будем легкомысленно забывать, что пустое место не может быть святым.

По теме: 

Психологическому институту нужна психологическая помощь

«Психологическому институту нужна психологическая помощь». Только ли психологическая?