Психологическая концепция жизнеспособности человека

Предлагаем вниманию читателей текст доклада заместителя директора по научной работе, главного научного сотрудника Института психологии РАН, доктора психологических наук А.В. Махнача «Психологическая концепция жизнеспособности человека», сделанного 7 октября 2026 года на пленарном заседании IX Международной научно-практической конференции «Герценовские чтения: психологические исследования в образовании». Текст публикуется в авторской редакции.

Введение

Актуальность исследования состоит в том, что исследования жизнеспособности человека в российской психологии активно проводятся с 2003 г., когда нами был предложен и обоснован перевод термина «resilience» как «жизнеспособность», но теоретической разработке концепции жизнеспособности в психологии посвящено крайне мало работ. За прошедшие два десятилетия понятие «жизнеспособность человека» вошло в общепсихологический словарь российской психологии и феноменология, связанная с ним, стала активно изучаться (И.А. Баева, Л.А. Головей, М.П. Гурьянова, Э.Ф. Зеер, С.В. Котовская, И.А. Курапова, Е.В. Куфтяк, А.И. Лактионова, С.Н. Морозюк, А.А. Нестерова, М.Э. Паатова, О.А. Плющева, Ю.В. Постылякова, Е.А. Рыльская, Н.М. Сараева, Э.Э. Сыманюк и др.).

Назовем основные открытые вопросы в разработке концепции жизнеспособности:

• какие механизмы определяют развитие жизнеспособности человека и соотносятся с индивидным, личностным, субъектным уровнями?
• какие механизмы обеспечивают жизнеспособность человека в кризисных ситуациях?
• каков вклад в основу жизнеспособности человека его биологических, психологических и социальных характеристик?
• в каком соотношении находятся внутренние (индивидуальные) и внешние (средовые) ресурсы человека в поддержании его жизнеспособности?
• каковы структурные компоненты жизнеспособности?
• как гуманитарные науки дополняют и расширяют понимание жизнеспособности?
• каковы критерии жизнеспособности в разных культурах, и есть ли различия?
• чем концепция жизнеспособности отличается от концепций других онтологически близких понятий (жизнестойкость, антихрупкость, устойчивость, сопротивляемость и др.)?
• какие психодиагностические инструменты валидны и прогностичны для измерения жизнеспособности человека?
• какие средства, методы, условия помогают формированию и развитию жизнеспособности?

Теоретические основание для разработки концепции жизнеспособности

К теоретическим основаниям изучения жизнеспособности человека в российской психологии и зарубежной можно отнести концепцию культурно-исторического развития Л.С. Выготского, в рамках которой ученые выделяют роль культурного и исторического контекстов в формировании этой интегративной характеристики человека (Лактионова, 2025; Edwards, Apostolov, 2007; Pasqualotto et al., 2015). В изучении жизнеспособности представляют особую ценность предложенные Л.С. Выготским понятия: социальная среда развития, механизм взаимодействия ребенка с его социальным окружением, где ребёнок — часть социальной среды, а не отделён от неё. Как известно, в своей концепции Л.С. Выготский подчеркивал важность в развитии ребенка зоны ближайшего развития, определяемой когнитивными, поведенческими и социальными результатами развития.

Другим теоретическим подходом к изучению жизнеспособности человека является социокультурный (экологический) подход Ю. Бронфенбреннера. Отметим, что концептуализация термина «жизнеспособность человека» во многих исследованиях происходит преимущественно в русле теории Ю. Бронфенбреннера. Его акцент на философии экологического бытия позволяет расширить понимание этого феномена — от узкой, детерминированной факторами защиты и риска характеристики человека до его системного свойства. Суть социокультурного (экологического) подхода в исследовании детского развития состоит в междисциплинарном объяснении процессов социализации человека. В этой концепции развитие человека — двунаправленный динамический процесс, который происходит в рамках четырех контекстов (семейный, социальный, культурный, исторический) и четырех вложенных в друг друга систем (микро-, мезо-, экзо-, макросистема). При этом макросистема (ценности, законы, традиции, культура) оказывает формирующее влияние на все уровни. Характерной особенностью модели Бронфенбреннера являются описанные им гибкие прямые и обратные связи между этими четырьмя системами. Применение подхода к изучению жизнеспособности возможно в: оценке включённости человека в системы; разработке целевых программ; анализе post hoc последствий воздействий. Применяя идею экологического подхода к изучению человека, мы включаем в анализ совокупность психологических и социально-психологических переменных, постоянно или временно присутствующих в его жизнедеятельности. Акцент на экологии человека определяет условия, при которых он становится жизнеспособным и при любых внешних воздействиях остается таким.

Здесь важно вспомнить тот факт, что исследования жизнеспособности начинались в лоне психопатологии развития, детской психиатрии и в рамках медицинской модели. И многие пионеры этого направления исследований были детскими психиатрами, педиатрами (Н. Гармези, М. Раттер, Л. Полк, М. Блейер, Дж. Вэйлант и др.), что на первых этапах изучения этого феномена, несомненно, определяло в их практической работе и исследованиях научный метод изучения, парадигму и понятийный аппарат, процедуры сбора данных.

Третьим теоретическим подходом к изучению жизнеспособности человека, который, по нашему мнению, является наиболее важным на этапе формирования научного аппарата, стал системный подход к общесистемным представлениям о структурно-функциональном строении пространства существования этого феномена. По мнению Э. Мастен и Р. Дистефано, «системный подход к жизнеспособности резонирует с идеями Ю. Бронфенбреннера и Л.С. Выготского о важности для развития человека взаимодействия с другими системами» (Мастен, Дистефано, 2016, с. 33). В рамках системного подхода к изучению психики человека жизнеспособность рассматривается как результат системного взаимодействия множества факторов влияния, включая индивидуальные, семейные и социальные.

В разработке концепции жизнеспособности человека системный подход нами рассматривается как основной методологический. Почему системный подход — основной подход? Потому что в рамках этого подхода можно выделить и использовать элементы из сложившихся ранее подходов и концепций, что обеспечивает непротиворечивость совокупности элементов научного аппарата. Этот подход позволяет описать характеристики человека/семьи как системы, их внешние связи, внутренние структуры, границы, системные закономерности по Б.Ф. Ломову (1984): связи, тенденции, зависимости, вариативность, повторяемость, сфера действия, границы применения.

Философский фундамент исследований жизнеспособности человека в российской науке заложен А.А. Богдановым (1927), в работах которого появилось несколько определений понятия «жизнеспособность»: «Жизнеспособность — динамическая устойчивость развития в среде. Всякая жизнеспособность относительна; она существует только по отношению к той или иной данной среде… Неустойчивость системы — источник её внутреннего развития, приводящего к более высокой организации». «Жизнеспособность имеет системный характер, характеризует человека в целом».

Также считаем важным в разработке концепции обосновать необходимость обращения к междисциплинарному подходу к изучению жизнеспособности человека. Как известно, междисциплинарный подход в исследованиях опирается на развитие классических теорий, методологических концепций, принципов, на базе которых происходит разработка понятия одновременно в нескольких науках. В русле междисциплинарного подхода идет накопление знаний о феномене, являющимся значимым в разных областях психологии, а также в смежных науках, что и происходит с «жизнеспособностью». С нашей точки зрения, междисциплинарная перспектива разработки концепции жизнеспособности позволяет изучать феноменологию этого понятия и создавать его теоретическую концепцию на стыке ряда наук. Вместе с тем важно помнить, что разработка концепции жизнеспособности на этом этапе исследований в междисциплинарной парадигме скорее не укрепляет, а размывает суть и содержание еще недостаточно формализованного понятия. Вместе с тем полезность междисциплинарности очевидна. В каком-то смысле междисциплинарная перспектива изучения понятия «жизнеспособность» способствует появлению и анализу содержательно близких концептов в социальных и гуманитарных науках, а также помогает осмыслить полученные в этих областях данные.

Основные принципы и критерии разработки концепции жизнеспособности

Для развития концепции жизнеспособности выделим основные принципы, на базе которых и происходит ее разработка.

Принцип системности — фокус на жизнеспособность как интегративное образование, объединяющее биологический, психологический, социальный, духовный уровни.

Принцип развития субъекта — жизнеспособность формируется в онтогенезе через кризисы и их преодоление.

Принцип активности субъекта — жизнеспособность является не пассивной устойчивостью, а способствует формированию активной траектории развития человека.

Принцип культурной обусловленности — жизнеспособность рождается и развивается в разных социокультурных контекстах.

Принцип целесообразности — ресурсы жизнеспособности используются в соответствии с необходимостью.

Принцип компенсации и взаимодействия ресурсов — дефицит одних ресурсов жизнеспособности восполняется другими.

Как известно, для создания любой теоретической концепции необходимо разрабатывать критерии научной обоснованности, которым она должна соответствовать. Опишем некоторые наиболее важные критерии для концепции жизнеспособности. Прежде всего, она, по нашему мнению, должна отвечать следующим критериям:

• системность и междисциплинарность ключевых понятий, их точное определение;
• объяснительная сила — способность полно и точно описывать объект исследований;
• прогностическая способность — предсказание поведения и результатов выхода из неблагоприятных ситуаций;
• эмпирическая подтверждаемость — верифицируемые данные (эксперименты, лонгитюды, метаанализы);
• практическая применимость — использование для интервенций, обучения, психотерапии;
• готовность к развитию — появление новых предметов исследования.

Концепция жизнеспособности должна иметь определение основного понятия, принимаемое и используемое большинством исследователей; описания механизмов взаимосвязей компонентов жизнеспособности; структуру и состав компонентов жизнеспособности, находящихся между собой в иерархических или соподчиненных отношениях; разработанные авторские модели жизнеспособности. Такой состав научного аппарата позволяет системно изучать факторы, механизмы и закономерности, которые помогают людям успешно адаптироваться к стрессовым ситуациям, развивая свою жизнеспособность.

Также важны для разработки концепции жизнеспособности эмпирические подтверждения основных теоретических представлений о структуре, компонентах и механизмах, измеряемости феномена. Определенно и критика концепции жизнеспособности человека необходима для ее дальнейшей разработки; критика помогает выявить слабые места, избежать упрощений и определить подходы к изучению концепции. К составу научного аппарата концепции мы относим:

• основные определения, принимаемые и используемые большинством исследователей;
• структура и состав компонентов, находящихся между собой в иерархических или соподчиненных отношениях;
• описания взаимосвязей ее компонентов;
• разработанные авторские модели жизнеспособности;
• методики анализа основного понятия концепции;
• эмпирические подтверждения основных теоретических представлений о структуре, компонентах и механизмах, измеряемости понятия;
• критика концепции жизнеспособности человека, необходимая для выявления слабых мест в научном аппарате концепции.

Для развития концепции жизнеспособности, прежде всего, важно определиться с формулировкой теоретической проблемы. Ключевыми аспектами этого важного процесса являются:

• основное определение жизнеспособности — то, что составляет её сущность (биологическую, психологическую, социальную);
• критерии и показатели — как измерить жизнеспособность;
• факторы, определяющие развитие жизнеспособности: внутренние и внешние;
• механизмы и процессы адаптации — как человек поддерживает жизнеспособность в условиях стресса, значительных изменений жизни;
• угрозы и риски — что снижает жизнеспособность;
• пути повышения жизнеспособности человека — какие стратегии могут её усилить.

Предметное поле концепции жизнеспособности предполагает также и четкое разграничение близких понятий, и исследование жизнеспособности как интегративного феномена, включающего биологические, психологические и социокультурные аспекты. Концепция жизнеспособности находится на стыке биологии, психологии, медицины, социологии и экологии, поэтому это предполагает (на определенном этапе ее развития) междисциплинарный синтез знаний, а также формализацию наиболее значимых содержательных посылок для обоснования концепции жизнеспособности. Перечислим основные содержательные посылки для обоснования концепции жизнеспособности:

• жизнеспособность — динамическая характеристика человека, зависящая от его взаимодействия со средой;
• жизнеспособность — это совокупность ресурсов человека, поддерживаемая внутренними и внешними ресурсами;
• жизнеспособность — это активность человека, способного преобразовывать среду;
• жизнеспособность — культурно и исторически обусловленное психическое образование.

Концепция жизнеспособности: перспективы и проблемы верификации

Если говорить о дальнейшей процедуре верификации концепции жизнеспособности, то стоит упомянуть, что обязательными элементами этого процесса являются следующие позиции для дальнейшей разработки: валидность концепции и ее эмпирическая верификация, актуальность практического применения, а также наиболее спорный и менее всего изученный вопрос — операционализация основного понятия концепции жизнеспособности. Кратко охарактеризуем эти перспективы предстоящих исследований.

Операционализация основного понятия «жизнеспособность» — важнейший этап верификации научной концепции. История операционализации: в 1970-2000-е гг. произошел сдвиг с понимания жизнеспособности как черты личности — к пониманию как динамической характеристики, а с начала 2000-х гг. феномен осмысливается как динамическая характеристика человека, проявляющаяся в социальном контексте.

Валидность концепции жизнеспособности человека должна иметь концептуальное измерение (соответствовать исходным посылкам, в исследованиях — показывать непротиворечивость теоретической модели); эмпирическое измерение (репрезентативность выборок, надежность методик и измерительных процедур); практическое измерение (возможность применения результатов, их повторяемость, эффективность разработанных методик). В связи с этим согласимся, что в настоящее время не существует единого, согласованного подхода и способа измерения жизнеспособности в психологии (den Hartigh, Hill, 2022). Соответственно, закономерной перспективой является разработка концепции жизнеспособности, которая будет включать в себя уже накопленный материал концептуального, эмпирического и практического содержания.

Следующим этапом является эмпирическая верификация концепции жизнеспособности, для чего необходимо обратить внимание на методический комплекс, в котором должны быть представлены: качественные методы (интервью с людьми с высокой жизнеспособностью, анализ автобиографий — метод нарративного анализа), количественные методы (стандартизированные опросники и адаптация методик, психофизиологические измерения), эксперименты (лонгитюды, моделирование кризисных ситуаций, оценка стратегий совладания).

Практическое приложение концепции жизнеспособности человека представляется возможным в: образовательных программах (обучение навыкам и помощь в развитии компонентов жизнеспособности, тренинги), коррекционной и психотерапевтической работе (с кризисными состояниями, в частности с использованием техник рефрейминга).

Далее в развитии концепции следует произвести построение объяснительной модели жизнеспособности. Для этого исследователь должен последовательно ответить на исследовательские вопросы: о структуре выделяемых компонентов на каждом из указанных выше уровней, о факторах развития, о взаимовлиянии генетической предрасположенности, среды развития и личностном выборе, о культурных аспектах жизнеспособности человека.

Операционализация основного понятия концепции жизнеспособности

Определенно близким к разрабатываемому нами и коллегами понятию «жизнеспособность» являются концептуализации в зарубежной психологии, в которых «resilience» обозначает способность человека функционально адаптироваться и — что принципиально — развиваться, изменяться в ответ на воздействие стрессора. В этом случае улучшение уровня функционирования, развитие и приобретение нового опыта после негативного влияния стрессоров называют в англоязычной литературе также понятием «resilience» (Hill et al., 2020). Однако это явление мы следует называть не резильентностью, а жизнеспособностью: когда после воздействия стрессоров человек не просто возвращается в исходное состояние (так этот процесс описан в физике металлов), а выходит за рамки своего предыдущего функционирования, т. е. приобретает что-то новое — качество, опыт, способность, умение и т. п.

Наша позиция состоит в том, что необходимо переосмыслить концепцию resilience, пришедшую к нам из западной психологии, через призму теоретических разработок в отечественной психологии, где «жизнеспособность» — не просто перевод термина, а самостоятельное понятие с глубокой теоретической базой. Закономерно, что такое отношение к основному понятию в концепции жизнеспособности устраняет редукционизм в терминологическом пространстве (жизнеспособность = устойчивость, стойкость, жизнестойкость) и подчеркивает активность человека: жизнеспособность проявляется не в пассивном сопротивлении стрессу, а в сознательном конструировании продолжения жизненного пути после стрессогенного воздействия. Также в нашем понимании отличия жизнеспособности от резильентности заключаются в культурно-исторической обусловленности жизнеспособности, которая обеспечивается разными общественными механизмами, а также коллективистскими или индивидуалистическими ценностями. Культурные и исторические ценности не только помогают в формировании жизнеспособности, но и продолжают для человека оставаться сильным фактором защиты от влияния любого неблагоприятного события. Это не предусматривается в содержании резильентности, где главное — вернуться к исходному состоянию. Таким образом, когда «резильентность» уместно использовать, а когда — «жизнеспособность»? «Жизнеспособность» — это про «стать сильнее, чем был», что больше соответствует современному пониманию феномена в психологии развития, а «резильентность» подходит только если мы говорим именно о возврате к «как было».

Эмпирические подтверждения: авторские российские методики изучения жизнеспособности (резильентности)

Российскими психологами было создано несколько методик оценки жизнеспособности взрослых: «Тест жизнеспособности человека» (Рыльская, 2016), «Жизнеспособность личности» (Нестерова, 2017), «Жизнеспособность специалиста экстремальной профессии» (Котовская, 2023), «Жизнеспособность взрослого человека» (Махнач, 2016).

Среди тестов, созданных для измерения резильентности, валидизацию на российской выборке прошли немногие: «Краткая шкала резилентности» (Brief Resilience Scale, BRS) Б. Смита и его коллег (Маркова и др., 2022), краткий вариант «Шкала оценки резильентности» К. Коннор и Дж. Дэвидсона (10-item Connor–Davidson Resilience Scale; CD-RISC-10) (Connor, Davidson, 2003), который в России был валидизирован на выборке молодежи (Nartova-Bochaver et al., 2021). Также была переведена на русский язык «Шкала жизнеспособности Эго» (The Ego Resiliency Scale Revised; ER89-R) (Block, Kremen, 1996), эта версия была названа «Шкала устойчивости личности» (Denovan et al., 2022). Оригинальная шкала также была создана в те времена, когда resilience рассматривалась как черта личности.

«Шкала академической жизнеспособности» С. Кэссиди (The Academic Resilience Scale; ARS-30) (Cassidy, 2016) была валидизирована Ю.В. Постыляковой (Постылякова, 2021). Вариант этой же шкалы независимо от первого варианта на русском был назван Р.С. Звягинцевым «Шкалой академической резильентности» (Звягинцев, 2021), хотя теоретической основой этого теста является теория Ю. Бронфенбреннера, согласно которой жизнеспособность рассматривается в нескольких контекстах как динамическая характеристика человека. Поэтому наиболее правильным названием для шкалы является вариант Ю.В. Постыляковой, и, в отличие от варианта теста Р.С. Звягинцева, в переводном варианте присутствие понятия «жизнеспособность» оправданно. Другой тест «Жизнеспособность детей и молодежи» (Child and Youth Resilience Measure, CYRM) (Ungar, Liebenberg, 2011), в основу которого также положена экологическая модель развития Ю. Бронфенбреннера (Bronfenbrenner, 1979), был валидизирован нами на выборке российской молодежи (Махнач, Лактионова, 2026), и в названии шкалы — понятие «жизнеспособность», а не «резильентность». По нашему мнению, следует определять как измеряющие жизнеспособность только те переведенные и валидизированные на российской выборке тесты, которые рассматривают ее как динамическое и системное качество человека.

Выделим также основные проблемы измерения: что оценивается жизнеспособность или резильентность?

В ряде исследований наблюдается устаревший подход к изучению феномена: Многие переведенные с английского языка шкалы измеряют «резильентность» как статичную черту личности (модели жизнеспособности 1970-2000-х гг.). Современные теории рассматривают resilience (жизнеспособность) как динамическую, системную, зонтичную характеристику человека. Важно соблюдать принцип в использовании переведенных на русский язык тестов: название теста на русском должно соотноситься со временем его создания и теоретическими основаниями, на базе которых он разрабатывался. По нашему убеждению, если тест основан на экологическом подходе (Ю. Бронфенбреннер) и измеряет динамическую характеристику, то корректнее использовать термин «жизнеспособность» (напр., CYRM – тест «Жизнеспособность детей и подростков» (Махнач, Лактионова, 2026). Если тест создан в парадигме resilience как черта личности — можно при переводе на русский язык применять понятие «резильентность» (напр., CD-RISC), но с оговоркой об этом ограничении. Некритичный перевод и использование зарубежных методик без учета эволюции понятия приводит к тому, что измеряется resilience как устаревший конструкт, не соответствующий современным теориям.

Перспективные направления изучения жизнеспособности

Наиболее перспективными проблемами изучения жизнеспособности являются:

• разработка новых методов измерения компонентов жизнеспособности (учитывающих динамику и способность к трансформации);
• лонгитюдные исследования при разных типах стресса (хронический, острый);
• кросс-культурные исследования влияния культурных норм и ценностей;
• разработка моделей формирования жизнеспособности на разных этапах онтогенеза;
• исследование роли цифровой среды в развитии жизнеспособности;
• изучение жизнеспособности новых объектов: профессионал, организация, лидер, семья, военнослужащий;
• нерешённые вопросы концепции жизнеспособности.

Заключение

• Концепция жизнеспособности человека базируется на трёх теоретических подходах: культурно-историческом, экологическом, системном.
• Жизнеспособность — системное психическое образование, предполагающее активную социальную поддержку и развитие целостности человека.
• Описаны 6 принципов разработки концепции и 6 критериев научной обоснованности.
• Проведено разграничение понятий «жизнеспособность» и «резильентность».
• Определены перспективы верификации и дальнейших исследований.
• Жизнеспособность — это не просто «ещё один конструкт», а метакатегория, интегрирующая биологические, психологические и социокультурные аспекты человеческого бытия.

Список литературы

1. Богданов А.А. Борьба за жизнеспособность. М.: Новая Москва, 1927. 160 с.
2. Звягинцев Р.С. Личностные характеристики учащихся резильентных и неблагополучных школ: разные дети или разные школы // Вопросы образования. 2021. № 3. С. 33–61. https://doi.org/10.17323/1814-9545-2021-3-33-61
3. Котовская С.В. Жизнеспособность специалиста экстремальной профессии как системное образование: дис. … д-ра психол. наук. СПб., 2023. 644 с.
4. Лактионова А.И. Жизнеспособность человека в разные возрастные периоды: дис. … док. психол. н. М., 2025. 329 с.
5. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. М.: Наука, 1984.
6. Маркова В.И., Александрова Л.А., Золотарева А.А. Русскоязычная версия краткой шкалы резилентности: психометрический анализ на примере выборок студентов, многодетных родителей и родителей детей с инвалидностью // Национальный психологический журнал. 2022. № 1 (45). C. 65–75. https://doi.org/10.11621/npj.2022.0106
7. Мастен Э.С., Дистефано Р. Наука о жизнеспособности и ее применение для позитивного развития детей // Жизнеспособность человека: индивидуальные, профессиональные и социальные аспекты / Отв. ред. А.В. Махнач, Л.Г. Дикая. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2016. С. 31-46.
8. Махнач А.В., Лактионова А.И. Валидизация и адаптация теста «Жизнеспособность детей и молодежи» на выборке российской молодежи // Психологическая наука и образование. 2026. Т. 31(2). С. 130–145. https://doi.org/10.17759/pse.2026310209
9. Махнач А.В. Жизнеспособность человека и семьи: социально-психологическая парадигма. М. : Изд-во «Институт психологии РАН», 2016. 459 с.
10. Нестерова А.А. Разработка и валидизация методики «Жизнеспособность личности» // Психологический журнал. 2017. Т. 38. № 4. С. 93-108. https://doi.org/10.7868/S0205959217040080
11. Постылякова Ю.В. Адаптация шкалы академической жизнеспособности (ARS-30) С. Кэссиди на русскоязычной выборке // Институт психологии Российской академии наук. Организационная психология и психология труда. 2021. Т. 6. № 2. C. 74-98. https://doi.org/10.38098/ipran.opwp_2021_19_2_004
12. Рыльская Е.А. Психология жизнеспособности человека: дис. … д-ра психол. наук. Ярославль, 2014. 446 с.
13. Block J., Kremen A.M. IQ and ego-resiliency: conceptual and empirical connections and separateness // Journal of Personality and Social Psychology. 1996. Vol. 70(2). P. 349–361. https://doi.org/10.1037/0022-3514.70.2.349
14. Bronfenbrenner U. The ecology of human development. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1979. 330 p.
15. den Hartigh R.J.R., Hill Y. Conceptualizing and measuring psychological resilience: What can we learn from physics? // New Ideas in Psychology. 2022. Vol. 66. Art. 100934. https://doi.org/10.1016/j.newideapsych.2022.100934
16. Denovan A., Drinkwater K., Dagnall N., Hill-Artamonova E., Musienko T.V. Confirmatory factor analysis and Rasch analysis of the Russian version of the Ego Resiliency Scale revised // National Security and Strategic Planning. 2022. № 1. P. 82-96. https://doi.org/10.37468/2307-1400-2022-1-82-96
17. Edwards A., Apostolov A. A cultural-historical interpretation of resilience: the implications for practice // Outlines. Critical Practice Studies. 2007. Vol. 9(1). P. 70–84. https://doi.org/10.7146/ocps.v9i1.2087
18. Hill Y., Kiefer A.W., Silva P.L., Van Yperen N.W., Meijer R.R., Den Hartigh R.J.R. Antifragility in climbing: Determining optimal stress loads for athletic performance training // Frontiers in Psychology. 2020. Vol. 11. Art. 272. https://doi.org/10.3389/fpsyg.2020.00272
19. Nartova-Bochaver S., Korneev A., Bochaver K. Validation of the 10-Item Connor–Davidson Resilience Scale: The case of Russian youth // Frontiers in Psychiatry. 2021. Vol. 12. Art. 611026. https://doi.org/10.3389/fpsyt.2021.611026
20. Pasqualotto R.A., Löhr S.S., Stoltz T. Skinner and Vygotsky’s Understanding of Resilience in the School Environment // Creative Education. 2015. Vol. 6. P. 1841-1851. http://dx.doi.org/10.4236/ce.2015.617188
21. Ungar M., Liebenberg L. Assessing resilience across cultures using mixed methods: construction of the Child and Youth Resilience Measure // Journal of Mixed Methods Research. 2011. Vol. 5(2). P. 126-149. https://doi.org/10.1177/1558689811400607