Скоро

9 — 10 декабря
Екатеринбург, online

V Международный форум «Cognitive Neuroscience – 2022»

8 — 12 января
Ставрополь

«Души Порывы». 29-й международный фестиваль психотерапии и практической психологии «Святочные встречи»

11 января
Тверь

III Международный конгресс девиантологов «Девиантология XXI столетия»

26 января
Москва, online

II Международная конференция «Психолого-педагогические инновации в педиатрической практике»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

Весь календарь

Восстановление сознания: возможности нейропсихологической оценки и реабилитации

/module/item/name

Введение

Проблему сознания можно назвать одной из центральных не только в философии и медицине, но и в психологии. Именно с изучения сознания начался самостоятельный путь психологии (Вундт, 1896). Отечественная психология также внесла большой вклад в раскрытие сущности человеческого сознания, чему посвящены классические работы Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, С.Л. Рубинштейна (Выготский, 1983; Леонтьев, 2004; Рубинштейн, 2002). В трудах А.Н. Леонтьева была предпринята попытка рассмотрения сознания как высшего уровня развития психики в филогенезе (Леонтьев, 2004). Л.С. Выготский еще в 1925 году писал о необходимости психологического изучения сознания и рассматривал его «...не как особые процессы, добавочно существующие поверх и помимо мозговых процессов, где-то над или между ними, а как субъективное выражение тех же самых процессов, как особую сторону, особую качественную характеристику высших функций мозга» (цит. по: Беспалов, 2013, с. 10).

Вопрос о сознании ставится и в луриевской нейропсихологии (Лурия, 2003; Хомская, 2005), но пока не нашел своего решения. А.Р. Лурия всегда искал ответы в клинике, исследуя и восстанавливая нарушенные психические функции больных с поражением головного мозга. В последние десятилетия в связи с активным развитием медицины проблема изучения сознания приобрела совершенно новый ракурс — благодаря высокой выживаемости появилось много пациентов, находящихся в состоянии сниженного сознания. В связи с этим теоретические вопросы сознания получили новый виток, как в междисциплинарном развитии, так и в области психологии. В то же время, кроме теоретических разработок, очень важными являются задачи оценки психологического состояния таких больных и повышения качества их жизни. Поэтому к числу важных практических задач клинических нейропсихологов относится реабилитация и оценка разных параметров психической деятельности пациентов с нарушениями сознания.

Ориентация на оказание ранней помощи в системе современной реабилитации требует совершенно нового подхода к оценке восстановления психической деятельности и нарушений высших психических функций на самых первых этапах восстановления. Классическое нейропсихологическое обследование не включает оценку состояния сознания, поскольку предполагает его сохранность и возможность вербального общения. Однако для пациентов, длительно восстанавливающихся после комы, особое значение приобретают вопросы определения актуального уровня состояния сознания и наиболее раннее выявление первичных нарушений высших психических функций.

Цель данной работы — обобщение опыта нейропсихологической оценки и реабилитации пациентов с нарушениями сознания после поражений головного мозга.

Нейропсихологический подход к определению сознания

Проблема сознания, его определения и структуры, носит междисциплинарный характер. В отечественном нейропсихологическом подходе сознание является продуктом деятельности мозга и рассматривается «как высшая форма отражения человеком объективного (внешнего) и субъективного (внутреннего) мира через символы (слова, знаки) и образы» (Хомская, 2005, с. 344). Однако некоторые авторы указывают на то, что мозг не порождает сознание, а может лишь обеспечить субъекту эту возможность (Иванников, 2015). В том случае, когда речь идет о повреждении мозга, предполагается некоторое изменение данной возможности в обеспечении психики и сознания как особого ее уровня. Можно выделить следующие психические процессы, относящиеся к сознательной деятельности:

  1. процессы, связанные с работой структур ретикулярной формации ствола мозга и диэнцефальных (гипофизарно-гипоталамических) структур, обеспечивают поддержание бодрствования;
  2. процессы, обеспечивающие интеграцию всех высших психических функций, когда уже можно говорить о сознательной деятельности, ассоциируются с лимбической системой (поясная кора, мозолистое тело, гиппокамп, амигдала и др.) и корой головного мозга (Куликов, 2001; Хомская, 2005).

Следовательно, для реализации сознательной деятельности необходимо говорить как об обеспечении состояния бодрствования, так и об интегративной работе высших психических функций.

Современная отечественная нейропсихиатрия выделяет синдромы реинтеграции сознания после посткоматозных состояний. Эти синдромы имеют определенную стадийность от комы до интеллектуально-мнестической недостаточности или психопатоподобного / неврозоподобного синдрома (Доброхотова, 2006).

Нейропсихологическая / нейроповеденческая диагностика пациентов с нарушениями сознания

Проведение традиционной нейропсихологической диагностики начинается с прояснения запроса пациента. При работе с больными, находящимися в сниженных состояниях сознания, из-за ограниченных возможностей вербального контакта работа специалиста строится на основе жалоб родственников, а также соответствующих протоколов и клинических рекомендаций, касающихся диагностического и реабилитационного процесса. При сборе психологического анамнеза в беседе с родственниками пациента необходимо выявить преморбидный уровень его когнитивной сферы, а также получить информацию о его увлечениях, музыкальных предпочтениях и других значимых сферах жизни. В дальнейшем эти данные могут понадобиться как при разработке персонализированных парадигм при проведении инструментальной диагностики, так и при подборе программ сенсорной стимуляции.

В связи с сохраняющимся большим количеством случаев ошибочного определения уровня сознания пациентов (Schnakers et al., 2009) в оценке часто принимают участие несколько специалистов реабилитационной команды. Основными задачами нейропсихолога в структуре реабилитационной команды могут являться следующие (Pistarini, Maggioni, 2018):

  • наиболее раннее выявление поведенческих паттернов и признаков восстановления сознания;
  • выявление нарушений поведения (потери инициативы, апатии, расторможенности и т.д.) и высших психических функций (нарушений регуляторных функций, памяти, речи (афазий), произвольных движений и действий (апраксий), восприятия (агнозий) и т.д.);
  • участие в разработке парадигм при осуществлении инструментальной диагностики;
  • отслеживание длительности посттравматической амнезии, которая положительно коррелирует с прогнозом восстановления когнитивных функций;
  • отслеживание эффективности медикаментозной терапии с использованием более чувствительного тестового материала по запросу врача;
  • разработка программ нейропсихологической реабилитации, в частности, программ сенсорной стимуляции;
  • разработка рекомендаций для медицинского персонала и для родственников по стратегиям взаимодействия с пациентом и учёту особенностей окружающей обстановки;
  • в международных реабилитационных командах, в том числе, участие в этических вопросах, например, решении о прекращении жизни.

Нейропсихологическая и нейроповеденческая диагностика включает обследование в виде предъявления тех или иных инструкций, внешних стимулов, а также оценки ответных реакций пациента. Для вывода об актуальном уровне восстановления сознания и возможных проявлениях нарушений высших психических функций можно использовать как описательные (качественные) шкалы, так и психометрические (количественные). Шкала восстановления психической деятельности Т.А. Доброхотовой (Доброхотова, 2006) и шкала уровней когнитивных функций (медицинский центр «Ранчо Лос Амигос») относятся к описательным шкалам (Hagen, Malkmus, Durham, 1989; Кондратьева, Яковенко, 2014).

Среди количественных шкал, измеряющих функциональные возможности пациента, наиболее часто используются представленные в табл. 1.

Данные шкалы имеют разную чувствительность к поведенческим изменениям пациента, три из них — CRS-R, WNSSP и WHIM — позволяют наиболее точно оценить актуальный уровень восстановления сознания (Doig, Lane-Brown, 2013, Report of the American Congress of Rehabilitation Medicine, Disorders of Consciousness Task Force, 2010).

Одной из наиболее распространенных шкал, валидизированных в России, является «Шкала восстановления после комы», или “Coma Recovery Scale — Revised (CRS)” (Giacino, Kalmar, Whyte, 2004; Кондратьева, Яковенко, 2014; Мочалова, Легостаева, 2018). Данный инструмент входит в «золотой стандарт» оценки пациентов, находящихся в сниженных состояниях сознания, отражая современные критерии определения актуального уровня восстановления сознания.

Следует отметить, что кроме нейропсихологического подхода в клинико-психологической работе применяется и психологическая диагностика, которая основана на феноменологическом анализе поведения пациента, его реакций на окружающих. Сюда включаются двигательные и телесные ответы, вегетативные реакции, мимика, жесты, которые могут оцениваться с помощью шкалы коммуникативной активности (SCABL — Scale оf Cоmmunicatiоn Activity — Bykova, Lukyanov). На основании проведенной оценки осуществляется последующая психологическая работа с целью расширения возможностей контакта пациента с собой и с внешним миром (Быкова, Лукьянов, Фуфаева, 2015; Максакова, Игнатьева, Зайцев, 2016).

На основании изменений реакций пациента на различные раздражители в заключении нейропсихолога могут быть выделены компоненты, отражающие динамику течения реабилитационного процесса (Фуфаева и др., 2017). В качестве теоретической основы для построения нейропсихологического заключения предполагается принимать концепцию А.Р. Лурии о трех функциональных блоках мозга (Лурия, 2003).

Первая часть заключения относится к описанию характеристик первого блока мозга — энергетического. Чередование сна и бодрствования является важным параметром как в процессе развития человека, так и при восстановлении сознания В данный раздел необходимо включать:

  • уровень бодрствования пациента: возможность самостоятельного пробуждения и длительность периода бодрствования, адекватность чередования сна и бодрствования или их инверсии. С этим классом активации ассоциируется работа ретикулярной формации ствола головного мозга;
  • для описания характеристики локальных избирательных активационных изменений, необходимых для осуществления психической деятельности, используется анализ поведения пациента в ответ на предъявляемые стимулы: элементы зрительного, тактильного, слухового сосредоточения; при возможности выполнения инструкций наблюдается параметр латентного времени ответа на предъявляемый стимул любой модальности, а также общие показатели нейродинамики психической деятельности в виде истощаемости, колебаний активности и т.п. С этим классом активации ассоциируется работа неспецифических образований диэнцефального мозга, а также лимбические и корковые медиобазальные структуры.

В следующей части заключения может быть описана работа основных анализаторных систем. Например, диффузность повреждений мозга при черепно-мозговой травме обуславливает множественные первичные нарушения различных модальностей, как на периферическом, так и на корковом уровне. Вся совокупность первичных и вторичных повреждений анализаторных систем нарушает адекватную связь пациента с миром и определяет особенности восстановления психической деятельности. Оценка модальностей включает в себя:

  • оценку двигательной сферы (характера движений, их спонтанности, содружественности, целенаправленности);
  • оценку тактильной сферы, в том числе на болевые раздражители (сохранности и локализации температурных, болевых, приятных ощущений);
  • оценку зрительной сферы (сохранности зрительного анализатора, зрительных ориентировочных реакций, фиксации взора, слежения, сосредоточения на предъявляемом стимуле при возможности выполнения инструкций, сохранности зрительного восприятия);
  • оценку слуховой сферы (сохранности слухового анализатора, ориентировочных слуховых реакций, слухового сосредоточения, выполнения устных инструкций и понимания речи).

Следует учитывать, что восстановление — это не путь от рождения, это восстановление в условиях уже пострадавшей системы и индивидуального прошлого опыта.

Поэтому необходимо фиксировать не только функционирование различных модальностей, но и рассматривать уровень реализации поведенческих проявлений: непроизвольный или произвольный, целенаправленный или нецеленаправленный.

К заключению могут прилагаться количественные показатели психометрических стандартизированных шкал.

Определение актуального уровня сознания часто вызывает трудности вследствие первичных повреждений двигательной сферы пациента. В этом случае инструментальные методы оценки рассматриваются дополнительно к неврологической и нейропсихологической диагностике (Formisano, D. Ippolito, Catani, 2013; Wang et al., 2020). Клинический психолог (нейропсихолог) может войти в мультидисциплинарную команду на этапе разработки индивидуальных парадигм с целью уточнения уровня сознания и когнитивного функционирования пациента, а также для проведения последующих программ сенсорной стимуляции.

Использование инструментальной оценки в ряде случаев способствует повышению точности постановки диагноза. Оценка функциональной активности головного мозга (с помощью фМРТ), церебрального метаболизма (с помощью ПЭТ) и электрической активности коры головного мозга (с помощью ЭЭГ) при предъявлении различных парадигм позволяет выявить у небольшой доли пациентов с нарушениями сознания феномен «скрытого сознания». Этот собирательный термин отражает диссоциацию между клинической оценкой пациентов и данными инструментальных методов исследования (Nachev, Hacker, 2010; Boly, Laureys, 2018). В 2015 году Николас Шифф (Nicholas D. Schiff) ввел более четкое понятие — «когнитивно-моторное разобщение» (КМР), характеризующее состояние, при котором пациенты по клинической оценке соответствуют определению хронических нарушений сознания, в то время как инструментальные методы показывают их способность выполнять инструкции (Schiff, 2015; Белкин и др., 2019).

Для выявления феноменов «скрытого сознания» и «когнитивно-моторного разобщения» разрабатываются специальные пассивные и активные парадигмы. Выполнение исследований с пассивными парадигмами подразумевает фиксацию изменений церебральной активности в ответ на пассивное воздействие стимулов той или иной модальности — слуховой речевой (Coleman et al., 2007) и неречевой (Okumura et al., 2014), зрительной (Monti et al., 2013), соматосенсорной болевой (Laureys et al., 2002) и других. Отдельно рассматривается воздействие эмоционально значимых персонифицированных стимулов, например, обращение по имени (Di et al, 2007), предъявление рассказов, записанных знакомым пациенту голосом (Schiff et al., 2005), или фотографий близких ему людей (Giacino et al., 2006). Выполнение исследований с активными парадигмами включает оценку изменений церебральной активности в ответ на предъявление инструкций. Наличие подобных изменений может свидетельствовать о том, что пациент способен к выполнению этих инструкций. В исследованиях использовались инструкции, направленные на мысленные представления движений, пространственных перемещений (Owen et al., 2006, Monti et al., 2010), требующие концентрации внимания на том или ином стимуле (Monti et al., 2009).

Нейропсихологическая реабилитация пациентов с нарушениями сознания

Когнитивная реабилитация пациентов в сниженных и измененных состояниях сознания — относительно новое направление, требующее теоретической и методологической разработки (Ковязина, Фомина, 2018; Закрепина, 2012).

В настоящее время в рамках зарубежного подхода применяется сенсорная стимуляция (sensory stimulation), направленная на снижение и профилактику сенсорной депривации пациента. С этой целью используются различные стимулы, которые могут меняться по интенсивности, локализации в пространстве, эмоциональной насыщенности и знаку, знакомости / незнакомости и по источнику (родственник / чужой) (Schnakers, Magee, Harris, 2016; Abbate et al., 2014). Можно выделить несколько направлений применения сенсорных стимулов:

  • уточнение уровня сознания в рамках диагностики (например, протокол музыкальных стимулов MATADOC (Magee et al., 2013));
  • оценка прогноза восстановления (Окнина, Шарова, Зайцев, 2017; Perrin et al., 2006 и др.);
  • реабилитационное воздействие.

В некоторых исследованиях показано увеличение ответных реакций пациента на персонализированные стимулы, знакомые и эмоционально-значимые стимулы (Okumura et al., 2014; Perrin et al., 2015; Heine et al., 2017). Так, в одном простом слепом рандомизированном контролируемом исследовании с участием 40 пациентов в коме в течение 10 дней 2 раза в день на 5–15 минут предъявлялись записи голосов членов семьи, которые рассказывали о знакомых пациенту воспоминаниях, желали выздоровления и делали другие комментарии. Было показаны значимые различия в восстановлении в соответствии с оценкой по шкале комы Глазго после десятого дня (Tavangar et al., 2015).

Исследования последних десятилетий все больше направлены на стандартизацию протоколов стимуляции. Одним из таких протоколов является протокол аудиостимуляции знакомыми голосами и историями “Familiar Auditory Sensory Training (FAST)”. Печальные и радостные истории из жизни пациента рассказываются голосом матери и голосом друга / подруги пациента (Pape et al., 2012). В то же время, результаты исследований по эффективности и влиянию на восстановление сознания сенсорной стимуляции до сих пор носят противоречивый характер.

В рамках отечественного подхода была разработана не только стадийность восстановления психической деятельности, но и психостимулотерапия (Доброхотова, 2006; Доброхотова, Зайцев, Гогитидзе, 1991). Она заключается в активации психической деятельности пациента путем воздействия на него внешней стимуляции (как неречевой, так и речевой), которая подбирается индивидуализировано. Используемые стимулы должны не просто воздействовать на сенсорный «вход», но и обладать когнитивной, эмоциональной и личностной значимостью для пациента.

Множественные неврологические (в т.ч. двигательные) нарушения могут препятствовать восстановлению способности пациентов к общению. В последнее время активно обсуждается возможность использования альтернативных способов коммуникации. Так, нейропсихолог наряду с логопедом может решать задачи о подборе способов альтернативной коммуникации (eye tracking, коммуникативные книги, картинки, алфавит и др. ) (Pundole, Crawford, 2017).

Заключение

Таким образом, клинический психолог (нейропсихолог) в составе мультидисциплинарной помощи пациентам, находящимся в сниженных состояниях сознания, реализует выполнение таких профессиональных задач, как диагностика восстановления поведенческих реакций, высших психических функций, диагностика функциональных дефицитов и их коррекция. При этом методы традиционной нейропсихологической диагностики на ранних этапах восстановления сознания должны быть дополнены специальными качественными и количественными шкалами. Необходимо включать методы нейропсихологической реабилитации в общую систему восстановительных мероприятий для пациентов с нарушениями сознания после повреждений головного мозга.

Список литературы

  1. Белкин В.А., Поздняков Д.Г., Белкин А.А. Диагностика феномена когнитивно-моторного разобщения у пациентов с хроническими нарушениями сознания // Неврология, нейропсихиатрия, психосоматика. 2019. № 11 (Прил. 3). С. 46-51. DOI: 10.14412/2074-2711-2019-38-46-51
  2. Беспалов Б.И. Проблема сознания в концепции Л.С. Выготского // Материалы XIV Международных чтений памяти Л.С. Выготского. Психология сознания: истоки и перспективы изучения. М.: РГГУ, 2013. Т. 1. С. 8-15.
  3. Быкова В.И., Лукьянов В.И., Фуфаева Е.В. Диалог с пациентом при угнетении сознания после глубоких повреждений головного мозга // Консультативная психология и психотерапия. 2015. Т. 23. № 3. С. 9-31.
  4. Вундт В. Очерк психологии. СПб: Издание Ф. Павленкова, 1896.
  5. Выготский Л.С. Проблемы развития психики // Собр. соч.: в 6 т. М.: Педагогика, 1983. Т. 3.
  6. Доброхотова Т.А., Зайцев О.С., Гогитидзе Н.В. Психостимулотерапия в реабилитации больных с тяжелой черепно-мозговой травмой, сопровождающейся длительной комой: Методические рекомендации. М., 1991.
  7. Доброхотова Т.А. Нейропсихиатрия. М.: БИНОМ, 2006.
  8. Закрепина А.В. Педагогические технологии в комплексной реабилитации детей с тяжелой черепно-мозговой травмой. М.: Парадигма, 2012.
  9. Иванников В.А. О природе и происхождении психики // Национальный психологический журнал. 2015. № 3 (19). С. 15–23.
  10. Ковязина М.С., Фомина К.А. К вопросу о теоретическом обосновании клинико-психологического подхода к реабилитации больных с измененными состояниями сознания // Consilium Medicum. 2017. Т. 19. № 2.1. С. 53–55.
  11. Кондратьева Е.А., Яковенко И.В. Вегетативное состояние (этиология, патогенез, диагностика и лечение). СПб: СПб ФГБУ «РНХИ им. проф. А.Л. Поленова» Минздрава России, 2014. С. 356–361.
  12. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Смысл; Академия, 2004.
  13. Лурия А.Р. Основы нейропсихологии. М.: Академия, 2003.
  14. Максакова О.А., Игнатьева Н.С., Зайцев О.С. О роли и принципах работы психолога в нейрохирургической клинике // Российский нейрохирургический журнал имени профессора А.Л. Поленова. 2016. Т. 7. № 4. С. 37–44.
  15. Мочалова Е.Г., Легостаева Л.А., Зимин А.А., Юсупова Д.Г., Сергеев Д.В., Рябинкина Ю.В., Бодин Е., Супонева Н.А., Пирадов М.А. Русскоязычная версия пересмотренной шкалы восстановления после комы — стандартизированный метод оценки пациентов с хроническими нарушениями сознания // Журнал неврологии и психиатрии. 2018. T. 3. № 2. С. 25–31.
  16. Окнина Л.Б., Шарова Е.В., Зайцев О.С. Вейвлет-синхронность вызванных ответов мозга при прослушивании реалистичных стимулов в прогнозе восстановления сознания. Сообщение 1. Вейвлет-синхронность при прослушивании инструментальной музыки // Физиология человека. 2017. Т. 43. № 6. С. 15–23. DOI: 10.7868/S0131164617060078
  17. Психология сознания / Сост. и общ. ред. Л.В. Куликова. СПб: Питер, 2001.
  18. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб: Питер, 2002.
  19. Фуфаева Е.В., Микадзе Ю.В., Лукьянов В.И. Нейропсихологическая диагностика сниженного уровня состояния сознания после тяжелой черепно-мозговой травмы у детей // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2017. Т. 117. № 11. С. 33–40.
  20. Хомская Е.Д. Нейропсихология. СПб: Питер, 2005.
  21. Abbate, C., Trimarchi, P.D., Basile, I., Mazzucchi, A., Devalle, G. (2014). Sensory stimulation for patients with disorders of consciousness: from stimulation to rehabilitation [Electronic resource]. Frontiers in Human Neuroscience, 8 (616). URL: https://www. frontiersin. org/articles/10.3389/fnhum.2014.00616/full (date of retrieval: 23.02.2021). DOI: 10.3389/fnhum.2014.00616
  22. Ansell, B.J., Keenan, J.E. (1989).The Western Neuro Sensory Stimulation Profile: a tool for assessing slow-to-recover head-injured patients. Archives of Physical Medicine and Rehabilitation, 70(2), 104-108. DOI: 0.5555/uri:pii:0003999389901263
  23. Boly, M., Laureys, S. (2018). Functional ‘unlocking’: bedside detection of covert awareness after severe brain damage. Brain, 141 (5), 1239-1241. DOI: 10.1093/brain/ awy080
  24. Coleman, M.R., Rodd, J.M., Davis, M.H., Johnsrude, I.S., Menon, D.K., Pickar, J.D., Owen, A.M. (2007). Do vegetative patients retain aspects of language comprehension? Evidence from fMRI [Electronic resource]. Brain, 130 (10), 2494-2507. URL: https://academic. oup. com/brain/article/130/10/2494/373595?login=true (date of retrieval: 23.02.2021). DOI: 10.1093/brain/awm170
  25. Di, H.B., Yu, S.M., Weng, X.C., Laureys, S., Yu, D., Li, J.Q., Qin, P.M., Zhu, Y.H., Zhang, S.Z., Chen, Y.Z. (2007). Cerebral response to patient’s own name in the vegetative and minimally conscious states. Neurology, 68 (12), 895-899. DOI: 10.1212/01.wnl.0000258544.79024.d0
  26. Doig, E., Lane-Brown, A. (2012). Responsiveness of Instruments to Assess Disorders of Consciousness: A. Literature Review. Brain Impairment, 13 (3), 285-315. DOI: 10,1017/BrImp. 2012.29
  27. Formisano, R., D Ippolito, M., Catani, S. (2013). Functional locked-in syndrome as recovery phase of vegetative state. Brain Injury, 27 (11), 1332-1332. DOI: 10.3109/02699052.2013.809555
  28. Giacino, J., Hirsch, J., Schiff, N.D., Laureys, S. (2006). Functional neuroimaging applications for assessment and rehabilitation planning in patients with disorders of consciousness. Archives of Physical Medicine and Rehabilitation, 87 (12), 67-76. DOI: 10.1016/j.apmr.2006.07.272
  29. Giacino, J.T., Kalmar, K., Whyte, J. (2004). The JFK Coma Recovery Scale-Revised: Measurement Characteristics and Diagnostic. Utility Archives of Physical Medicine and Rehabilitation, 85 (12), 2020-2029. DOI: 10.1016/j.apmr.2004.02.033
  30. Gill-Thwaites, H. (1997). The Sensory Modality Assessment Rehabilitation Technique — a tool for assessment and treatment of patients with severe brain injury in a vegetative state. Brain Injury, 11 (10), 723-734. DOI: 10.1080/026990597123098
  31. Hagen, C., Malkmus, D., Durham, P. (1979). Levels of Cognitive Functioning. Downey, Calif: Rancho Los Amigos Hospital.
  32. Heine, L., Tillmann, B., Hauet, M., Juliat, A., Dubois, A., Laureys, S., Kandel, M., Plailly, J., Luaute, J., Perrin, F. (2017). Effects of preference and sensory modality on behavioural reaction in patients with disorders of consciousness. Brain Injury, 31 (10), 1307-1311. DOI: 10.1080/02699052.2017.1306108
  33. Laureys, S., Faymonville, M.E., Peigneux, P., Damas, P., Lambermont, B., Del Fiore, G., Degueldre, C., Aerts, J., Luxen, A., Franck, G., Lamy, M., Moonen, G., Maquet, P. (2002). Cortical Processing of Noxious Somatosensory Stimuli in the Persistent Vegetative State. NeuroImage, 17 (2), 732-741. DOI: 10.1006/nimg.2002.1236
  34. Magee, W.L., Siegert, R.J., Daveson, B.A., Lenton-Smith, G., Taylor, S.M. (2013). Music Therapy Assessment Tool for Awareness in Disorders of Consciousness (MATADOC): Standardisation of the principal subscale to assess awareness in patients with disorders of consciousness. Neuropsychological Rehabilitation, 24 (1), 101-124. DOI: 10.1080/09602011.2013.844174
  35. Monti, M.M., Coleman, M.R., Owen, A.M. (2009). Executive functions in the absence of behavior: functional imaging of the minimally conscious state. Progress in Brain Research, 177, 249-60. DOI: 10.1016/S0079-6123(09)17717-8
  36. Monti, M.M., Pickard, J.D., Owen, A.M. (2013). Visual Cognition in Disorders of Consciousness: from V1 to Top-Down Attention [Electronic resource]. Human Brain Mapping, 34 (6), 1245-1253. URL: https://onlinelibrary.wiley.com/doi/full/10.1002/hbm.21507 (date of retrieval: 23.02.2021). DOI: 10.1002/hbm.21507
  37. Monti, M.M., Vanhaudenhuyse, A., Coleman, M.R., Boly, M., Pickard, J.D., Tshibanda, L., Owen, A.M., Laureys, S. (2010). Willful modulation of brain activity in disorders of consciousness [Electronic resource]. The New England Journal of Medicine, 362 (7), 579-589. URL: https://www. nejm.org/doi/full/10.1056/NEJMoa0905370 (date of retrieval: 23.02.2021). DOI: 10.1056/NEJMoa0905370
  38. Nachev, P., Hacker, P.M.S. (2010). Covert cognition in the persistent vegetative state. Progress in Neurobiology, 91 (1), 68-76. DOI: 10.1016/j. pneurobio.2010.01.009
  39. Okumura, Y., Asano, Y., Takenaka, S., Fukuyama, S., Yonezawa, S., Kasuya, Y., Shinoda, J. (2014). Brain activation by music in patients in a vegetative or minimally conscious state following diffuse brain injury. Brain Injury, 28 (7), 944-950. DOI: 10.3109/02699052.2014.888477
  40. Owen, A.M., Coleman, M.R., Boly, M., Davis, M.H., Laureys, S., Pickard, J.D. (2006). Detecting awareness in the vegetative state. Science, 313 (5792), 1402. DOI: 10.1126/science.1130197
  41. Pape, T.L., Rosenow, J.M., Harton, B., Patil, V, Guernon, A., Parrish, T, Froehlich, K., Burress, C., McNamee, S., Herrold, A.A., Weiss, B., Wang, X. (2012). Preliminary framework for familiar auditory sensory training (FAST) provided during coma recovery. Journal of Rehabilitation Research & Development, 49 (7), 1137-1152. DOI: 10.1682/JRRD.2011.08.0154
  42. Pape, T.L., Tang, C., Guernon, A., Lundgren, S., Blahnik, M., Wei, Y., Querubin, M., Zollman, F., Soneru, I. (2009). Predictive value of the Disorders of Consciousness Scale (DOCS). PM&R, 1 (2), 152-161. DOI: 10.1016/j.pmrj.2008.11.002
  43. Perrin, F., Castro, M., Tillmann, B., Luaute, J. (2015). Promoting the use of personally relevant stimuli for investigating patients with disorders of consciousness. Frontiers in Psychology, 6 (1102). DOI: 10.3389/fpsyg. 2015.01102
  44. Perrin, F., Schnakers, C., Schabus, M., Degueldre, C., Goldman, S., Bredart, S., Faymonville, M-E., Lamy, M., Moonen, G., Luxen, A., Maquet, P., Laureys, S. (2006). Brain response to one’s own name in vegetative state, minimally conscious state, and locked-in syndrome [Electronic resource]. Archives of Neurology, 63 (4), 562-569. URL: https://jamanetwork.com/journals/jamaneurology/article-abstract/791093 (date of retrieval: 23.02.2021). DOI: 10.1001/archneur.63.4.562
  45. Pistarini, C., Maggioni, G. (2018).Early rehabilitation of Disorders of Consciousness (DOC): management, neuropsychological evaluation and treatment. Neuropsychological Rehabilitation, 28 (8), 1319-1330.DOI: 10.1080/09602011.2018.1500920
  46. Pundole, A., Crawford, S. (2017).The assessment of language and the emergence from disorders of consciousness. Neuropsychological Rehabilitation, 28 (8), 1285-1294. DOI: 10.1080/09602011.2017.1307766
  47. Rader, M.A., Ellis, D.W. (1994). The Sensory Stimulation Assessment Measure (SSAM): a tool for early evaluation of severely brain-injured patients. Brain Injury, 8 (4), 309-321. DOI: 10.3109/02699059409150982
  48. Report of the American Congress of Rehabilitation Medicine, Brain Injury- Interdisciplinary Special Interest Group, Disorders of Consciousness Task Force: Seel R. T., Sherer M., Whyte J., Katz D.I., Giacino J.T., Rosenbaum A.M., Hammond F.M., Kalmar K., Pape T. L., Zafonte R., Biester R. C., Kaelin D., Kean J., Zasler N. (2010). Assessment scales for disorders of consciousness: evidence-based recommendations for clinical practice and research. Archives of Physical Medicine and Rehabilitation, 91 (12), 1795-1813. DOI: 10.1016/j.apmr.2010.07.218
  49. Sanz, L.R.D, Aubinet, C., Cassol, H., Bodart, O., Wannez, S., Bonin, E.A.C., Barra, A., Lejeune, N., Martial, C., Chatelle, C., Ledoux, D., Laureys, S., Thibaut, A., Gosseries, O. (2021). SECONDs Administration Guidelines: A. Fast Tool to Assess Consciousness in Brain-injured Patients [Electronic resource]. JoVE Journal, 168 (e61968). URL: https://www.jove.com/t/61968/seconds-administration-guidelines-fast-tool-to-assess- consciousness?status=a63974k (date of retrieval: 27.05.2021). DOI: 10.3791/61968
  50. Schiff, N.D. (2015). Cognitive Motor Dissociation. Following Severe Brain Injuries. JAMA Neurology, 72 (12), 1413-1415. DOI: 10.1001/jamaneurol.2015.2899
  51. Schiff, N.D., Rodriguez-Moreno, D., Kamal, A., Kim, K.H.S., Giacino, J.T., Plum, F., Hirsch, J. (2005). fMRI reveals large-scale network activation in minimally conscious patients. Neurology, 64 (3), 514-523. DOI: 10.1212/01.WNL.0000150883.10285.44
  52. Schnakers, C., Magee, W.L., Harris, B. (2016). Sensory Stimulation and Music Therapy Programs for Treating Disorders of Consciousness [Electronic resource]. Frontiers in Psychology, 7 (297). URL: https://www.frontiersin. org/articles/10.3389/fpsyg.2016.00297/full (date of retrieval: 23.02.2021). DOI: 10.3389/fpsyg.2016.00297
  53. Schnakers, C., Vanhaudenhuyse, A., Giacino, J., Ventura, M., Boly, M., Majerus, S., Moonen, G., Laureys, S. (2009). Diagnostic accuracy of the vegetative and minimally conscious state: Clinical consensus versus standardized neurobehavioral assessment [Electronic resource]. BMC Neurology, 9 (35). URL: https://link.springer.com/article/10.1186/1471-2377-9-35 (date of retrieval: 27.05.2021). DOI: 10.3389/fpsyg.2016.00297
  54. Shiel, A., Horn, S., Wilson, B.A., McLellan, D.L., Watson, M., Campbell, M. (2000). The Wessex Head Injury Matrix scale: a preliminary report on a scale to assess and monitor patients recovery after severe head injury. Clinical Rehabilitation, 14 (4), 408-416. DOI: 10.1191/0269215500cr326oa
  55. Tavangar, H., Shahriary-Kalantary, M., Salimi, T., Jarahzadeh, M., Sarebanhassanabadi, M. (2015). Effect of family members’ voice on level of consciousness of comatose patients admitted to the intensive care unit: a single-blind randomized controlled trial [Electronic resource]. Advanced Biomedical Research, 4 (106). URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC4513326/ (date of retrieval: 23.02.2021). DOI: 10.4103/2277-9175.157806
  56. Wang, J., Hu, X., Hu, Z., Sun, Z., Laureys, S., Di, H. (2020). The misdiagnosis of prolonged disorders of consciousness by a clinical consensus compared with repeated coma-recovery scale-revised assessment [Electronic resource]. BMC Neurology, 20 (343). URL: https://link. springer.com/article/10.1186/s12883-020-01924-9 (date of retrieval: 23.02.2021). DOI: 10.1186/s12883-020-01924-9

Источник: Фуфаева Е.В., Микадзе Ю.В., Черкасова А.Н., Ковязина М.С., Баулина М.Е., Варако Н.А., Скворцов А.А., Зинченко Ю.П. Восстановление сознания: возможности нейропсихологической оценки и реабилитации // Вестник Московского университета. Серия 14: Психология. 2021. №3. С. 102–128. DOI: 10.11621/vsp.2021.03.06

Опубликовано 26 мая 2022

В статье упомянуты

Материалы по теме

Прикладная культурно-историческая психология перед вызовами современности
17.11.2022
Н.В. Треушникова: «Какими они будут, новые психиатры?»
10.10.2022
Использование МКФ в реабилитации: клинический случай
05.05.2022
Клинический психолог в системе комплексной реабилитации
24.04.2022
История группы пациентов с психотическими нарушениями: взгляд изнутри и снаружи
10.10.2021
Ошибки психотерапевта
09.10.2021
О бесценном «трудном взрослении»
21.09.2021
Психологическое время личности в практике психотерапевта
16.09.2021
Проблемы в организации работы психолога в учреждениях родовспоможения
12.04.2021
В России выросла нагрузка на психиатрические и психологические службы
31.03.2021
Методика экспресс-диагностики ПСАФ-аутодезадаптации
12.02.2021
Антивитальные переживания онкологических больных
04.02.2021

Комментарии

Оставить комментарий:

8 декабря 2022 , четверг

В этот день

Скоро

9 — 10 декабря
Екатеринбург, online

V Международный форум «Cognitive Neuroscience – 2022»

8 — 12 января
Ставрополь

«Души Порывы». 29-й международный фестиваль психотерапии и практической психологии «Святочные встречи»

11 января
Тверь

III Международный конгресс девиантологов «Девиантология XXI столетия»

26 января
Москва, online

II Международная конференция «Психолого-педагогические инновации в педиатрической практике»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

Весь календарь
8 декабря 2022 , четверг

В этот день

Елена Ивановна Морозова празднует день рождения! Поздравить!

Александр Сергеевич Прутченков празднует день рождения! Поздравить!

Марина Зеудыевна Газиева празднует день рождения! Поздравить!

Станислав Александрович Козловский празднует день рождения! Поздравить!

Скоро

9 — 10 декабря
Екатеринбург, online

V Международный форум «Cognitive Neuroscience – 2022»

8 — 12 января
Ставрополь

«Души Порывы». 29-й международный фестиваль психотерапии и практической психологии «Святочные встречи»

11 января
Тверь

III Международный конгресс девиантологов «Девиантология XXI столетия»

26 января
Москва, online

II Международная конференция «Психолого-педагогические инновации в педиатрической практике»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

Весь календарь