16+
Выходит с 1995 года
21 апреля 2024
О либерализме как о грехе — диалог психолога и священника
Асмолов Александр Григорьевич

Члены Совета по правам человека при президенте РФ доктор психологических наук, профессор Александр Асмолов и протоиерей Кирилл Каледа в газете «Вести образования» выразили свое отношение к высказыванию патриарха Кирилла о либерализме как о грехе:

В статье «Благословение на раскол: крестовый поход против либерализма» Александр Асмолов пишет:

«На днях Патриарх Московский и всея Руси Кирилл на вечере памяти митрополита Ленинградского и Новгородского Никодима назвал греховной идею либерализма. По его словам, либеральная идея предполагает (цитирую точно) «поставление в центр жизни самого человека, а не Бога».

Когда я вижу подобную позицию патриарха, то могу сказать, что это точная диагностика ценностной доминанты либерализма. Патриарх в этом диагнозе и прозорлив, и прав в своей системе отсчёта. Либерализм в центр духовной жизни, в центр системы мировоззрения ставит личность человека, а не Бога как творца мироздания.

Вопросы заключаются в другом: что стоит за этим диагнозом? Какое послание обществу несет диагноз патриарха?

За этим диагнозом стоит противоборство в атмосфере различных ценностей и различных мировоззрений в современной России.

Один их моих коллег, замечательный философ Евгений Ивахненко, выделяет в развитии духовной жизни России пороговые переломные и допороговые стабильные периоды. Он пишет, что в пороговые периоды обостряется борьба за ценностную доминанту в российской жизни. На мой взгляд, это борьба за идеологию как конструирование мотивации поведения больших и малых социальных групп, мотивации каждого человека. Пороговая ситуация в России, связанная с духовенством, с конкуренцией государственной, церковно-религиозной и общественно-политической систем ценностей, в жизни проявляется в различных идеологических кризисах. Прежде всего, в вакууме ценностей. И когда Патриарх всея Руси говорит, что в центре духовной жизни России с позиции либерализма стоит именно личность, он рельефно высвечивает самую суть либерального мировоззрения. Вместе с тем, в христианской системе постановка личности в центр мира интерпретируется как грех, как инакомыслие, как вероотступничество. И тогда на первый план фокусировки массового сознания выходят вопросы поиска источников греха: кто виноват во всех трагедиях и драмах нашей жизни? Кого назначить на роль главного злодея, кого превратить в «неверного»? На кого направить громы и молнии народного гнева?

Сама постановка подобного вопроса из уст духовного лидера по большому счету является благословением на раскол, благословением на духовные, идеологические, в том числе на политические, погромы. Особо отмечу, что, в отличие от христианской идеологии, для которой «нет ни Эллина, ни Иудея», нет ни консерватора, ни демократа; в которой сакральна формула «Богу — богово, а Кесарю — кесарево», дискурс патриарха, по сути объявляющего крестовый поход против либерализма, совпадает с дискурсом Кесаря.

За все беды России, за её тревоги, за разруху в умах и головах патриархом назначен главный злодей, главный носитель смуты и возмущения — либерализм.

Когда мы ищем виновника всех бед жизни, мы выносим на духовную и политическую повестку дня вопрос: кого ненавидеть? И тем самым мобилизуем массовое сознание россиян не на гуманизацию, не на консолидацию сил, а на раскол.

И в данном случае за словами патриарха рельефно обозначена для верующих мишень, куда должны быть направлены стрелы ненависти. За этим в пороговой ситуации, в ситуации борьбы мировоззрений, или, как говорит Илья Пригожин (нобелевский лауреат, физик, философ — прим. Ред), ситуации бифуркации, мудрое понимание патриархом того, сколь высока вероятность, что религиозная система может утратить своё доминирующее влияние на поведение многих граждан нашей страны. Именно поэтому продемонстрированы две разных системы мировоззрения. Я бы сравнил их с системами мировоззрения Птолемея и Коперника. В религиозной системе мировоззрений центр Вселенной, центр космоса — Бог как творец мирозданий.

В либеральной системе мировоззрения — личность, ответственная за свои дела, свои деяния и свои поступки.

В психологии подобного рода различия называются различиями между внутренним и внешним локусом контроля в поведении личности.

Любая религиозная система всегда имеет внешний локус контроля. В ней есть тот, кому я могу задать вопрос, тот, кто может отпустить мне грехи, тот, кто может взять на себя принятие решения и ответственность за мои поступки; кто может простить и дать ту или иную духовную индульгенцию за мои действия.

В либеральной системе ценностей мотивы и поступки выносятся на иной суд — суд пред самим собой. «Зависеть от царя, зависеть от народа — Не все ли нам равно?», — я бы мог продолжить эту цитату А.С. Пушкина словами «Самостоянье человека — залог величия его».

Пушкин ставит в центр мировоззрения именно личность. Личность сама ответственна за выбор жизненного пути.

Наш жизненный путь — это история сотканных и отклонённых альтернатив, история того, кем мы могли бы стать и не стали.

Говоря о различных мировоззренческих системах, я отчётливо понимаю и хочу акцентировать внимание, что любая религиозная система, в том числе столь знаковая для России система духовных ценностей, которая передается такой аксиоматикой нравственности, как Библия, имеет свою психотерапевтическую функцию: когда ты знаешь, что есть тот, к кому можно обратиться за помощью, то тем самым ты снимаешь с себя бремя выбора в очень многих ситуациях.

Поэтому религия в разные времена была уникальнейшей психотерапией, ценностной психотерапией снятия неопределённости.

Вместе с тем, в моём сознании присутствует диалог, который в своё время шел между двумя значимыми для меня людьми. Один из них — Фазиль Искандер, другой — протоиерей Александр Мень. В диалоге Искандер, обращаясь к Меню как к одному из лидеров российской духовной мысли, спрашивает: «А кому жить сложнее — верующему или неверующему человеку?»

Александр Мень отвечает: «Куда сложнее неверующему. У вас нет духовного посоха, как у верующих. Нет точки опоры. Вам всё приходится совершать и делать самим. В отличие от этого у нас, слава Богу, есть Бог, который, так или иначе, выступает для нас как великая ценностная опора в жизни».

Вот ответ Меня. Он проливает во многом свет на то, что мы обсуждаем.

Еще раз обращаю внимание, что рефлексия, сделанная патриархом, — точный диагноз сути либерализма, за которым стоит борьба мотивов разных этических и духовных групп за мировоззрение, за картину мира.

В религиозной картине мира личность человека, его свобода, его достоинство, его право на принятие решения интерпретируется как ересь, как грех. Греховно, когда человек забывает, что он — раб, «Раб божий», а не свободная личность. Поэтому в истории цивилизации именно либералы воспринимались нередко как еретики — носители беспорядка, хаоса и смуты. Достаточно вспомнить судьбы Джордано Бруно, Чаадаева, Сахарова. Судьба Чаадаева связана именно с тем, что он был источником либерального мировоззрения, центром которого выступает Человек.

Поэтому для нас важны слова патриарха. Они ещё раз помогают нам понять, в какой пороговой ситуации мы с вами находимся, когда в России ищутся различные пути дальнейшего движения в её многострадальной и замечательной истории. И сколько бы в этой истории ни было драм, сколько бы в ней ни было побед, я занимаю позицию гражданского стоицизма. Позицию, в которой человек в своих делах и поступках ищет опору в себе самом, в том гражданском обществе, которое Антуан де Сент-Экзюпери назвал «Планетой людей»».

Протоиерей Кирилл Каледа в своей статье «Когда в центре воскресший Бог — мы свободны» ответил профессору Александру Асмолову следующее:

«Уважаемый Александр Григорьевич! Простите, я не специалист в области психологии. На геологическом факультете эту дисциплину не преподавали, а в семинарии учился заочно, параллельно занимаясь сохранением не очень кому нужного кладбища. Но Ваш логический переход от слов Святейшего о либерализме, а это понятие включает в себя свободу мысли и свободу их выражения, до обвинения его в призыве к крестовому походу заставил меня вспомнить старый анекдот.

Жена высказывает некоторое предложение. Супруг говорит ей: «Дорогая, а может быть мы сделаем так-то и так-то». «Что?!! — слышит он в ответ, — ты считаешь меня неправой. Значит я глупая! Мама, он меня … назвал!»

А если по-серьезному, то по мысли преподобного Силуана Афонского «свобода только там, где нет смерти, где подлинное вечное бытие, то есть в Боге».

Потому, пока мы будем пытаться ставить в центр Вселенной человека, мы будем оставаться рабами смерти, а когда в центре Воскресший Бог — мы свободны. И именно эта свобода давала возможность простым, нередко неграмотным бабушкам отвечать на вопрос следователей об их отношении к Советской власти, что эта власть есть явление временное, и тем самым сохранить в себе то, что верующие люди называют «образом и подобием Божием», а психологи — «личностью». Тогда как, казалось бы, мужественные командармы, до этого не раз поднимавшие под градом пуль целые армии в атаку, но не имеющие этого основания веры, ломались и писали и на себя, и на своих близких неизвестно какие глупости.

По поводу же «рабства» почитайте в Евангелии от Иоанна прощальную беседу Христа с учениками, где Он, дав им новую заповедь о любви, говорит: «Вы друзья Мои, если соблюдаете то, что Я заповедую вам. Я уже не называю вас рабами; ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего» (Ин. 15. 14-15).

К вопросу же об ответственности или безответственности человека позволю себе напомнить Вам слова Господа к еврейскому народу, когда он входил в землю обетованную: «Вот, Я сегодня предложил тебе жизнь и добро, смерть и зло… Жизнь и смерть предложил я тебе... Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое» (Втор. 30. 15, 19).

Не надо наводить тень на плетень, Бог всегда ждет от нас выбора, и Он настолько уважает наш с Вами выбор, что по словам того же Силуана Афонского, Он бы мог всех привести к Себе, несмотря на все наши безобразия, но если мы говорим: «Не хочу!», Он отходит и смиренно ждет, пока мы дорастем до встречи с Ним.

А вообще надо перечитать Николая Александровича Бердяева, его «Философию свободы», тем более, что встречаемся мы с Вами на Старой или Новой площадях в тех домах, мимо которых он нередко ходил, направляясь в церковь Свт. Николая в Кленниках, сохранившуюся до наших дней в самом начале улицы Маросейки, где он был прихожанином. Еще раз простите, если что не так. Я простой кладбищенский поп, а не философ или богослов».

Ответ профессора Александра Асмолова:

«Дорогой мой собрат по любви к свободе! Для меня ценно все, что Вы пишете! Подчеркиваю, абсолютно все!.. Особенно мысль о временности и проходящем характере любой власти над нашими мыслями, нашей душой!

И, конечно, я не теолог.

Мой текст о том, сколь рискованно духовному лидеру, явно или неявно, дарить аргументы тем, кто пытается погрузить общество в токсичный раствор политической ксенофобии; тем, кто подпитывает идеологические установки черной сотни и стигматизирует массовое сознание, разделяя людей на касты.

Именно об этом и в этом боль моей души!!!».

Источник: газета «Вести образования»:

https://vogazeta.ru/articles/2019/10/23/edpolitics/10054-blagoslovenie_na_raskol_krestovyy_pohod_protiv_liberalizma

https://vogazeta.ru/articles/2019/10/24/culture/10065-kogda_v_tsentre_voskresshiy_bog___my_svobodny

В статье упомянуты
Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»