16+
Выходит с 1995 года
3 марта 2024
Психологический инструментарий повседневности

Современное общество является динамично развивающимся в социальном, культурном, техническом, технологическом, информационном и других отношениях. Исследователи также указывают, что оно все более становится психологическим [1; 8; 11; 17]. Одним из элементов психологизации общества является значительный рост в обществе психологических практик [10]. Еще одним компонентом возрастания психологической компоненты в современном социуме является феномен психологической игрушки [11]. Указанные направления психологизации общества открывают новые ракурсы понимания и исследования психики, сознания, их функций [5; 6; 7; 12; 14; 15].

Понятие психологической игрушки нами впервые было введено в 2005 г. в связи с проектом по внедрению новейших достижений психологии в технические изделия как ведущего компонента их функционирования на базе Центра психологических технологий ИП РАН. В 2014–2017 гг. проект развивался в рамках хозтемы «Психологические игрушки и учебные пособия для психологического практикума» в МГУДТ (РГУ им. А.Н. Косыгина). В частности, в обоих случаях речь шла о создании технических изделий, совмещающих, с одной стороны, развлекательный, а, с другой — диагностический, развивающий, творческий, познавательный, обучающий и терапевтический компоненты. Диагностический, развивающий, творческий, познавательный, обучающий и терапевтический компоненты были направлены на тестирование психических состояний, свойств личности, формирование и развитие навыков саморегуляции на основе обратной связи, эмоциональной саморефлексии, устойчивости к стрессу, послабление негативных состояний, развитие коммуникативных навыков и творческие способности (2005–2006), разные виды мотивации, групповую совместимость, лидерские качества, психологическое и физическое расслабление, иллюстрацию психологических иллюзий и т.п. (2014–2017).

Практическая сфера психологии и игрушки имеют множество областей пересечения, поскольку всякая игрушка весьма психологична. Всем понятно, что игра и игрушка — существенный элемент развития ребенка и его социализации [4; 9; 13; 16]. Но также взрослые отношения часто выстраиваются через игру, символические значения вещей. Можно сказать, что мы постоянно играем, хотя не всегда сознаем это.

В области культурных и психологических аспектов игры и игрушки произведен значительный объем исследований: Г. Зиммель (Социология. Исследование форм обобществления, 1908), Н.Д. Бартрам (Игрушка, ее история и значение, 1912), У. Штерн («Серьезная игра» в юношеском возрасте, 1931), Л.С. Выготский (Игра и ее роль в психическом развитии ребенка, 1933), Й. Хейзинга (Homo Ludens, 1939), Х. Ранер (Der spielende Mensch, 1952), Р. Кайуа (Игры и люди, 1958), О. Финк (Игра как символ мира, 1960), Э. Берн (Игры, в которые играют люди..., 1964), Л.И. Божович (Личность и ее формирование в детском возрасте, 1968), С. Миллер (Психологии игры, 1968), К. Акселос (Мир как игра, 1969), Д. Винникотт (Игра и реальность, 1971), Б. Саттон-Смит (Исследование игры, 1971), Д.Б. Эльконин (Психология игры, 1976), В.С. Мухина (Игрушка как средство психического развития ребенка, 1988), М.В. Осорина (Секретный мир детей в пространстве мира взрослых, 2008), Х. Ранер (Играющий человек, 2010) и т.д., и т.п.

В настоящее время, когда наблюдается быстрый рост техники, электроники, автоматики, технотроники, мобильной связи и компьютерных технологий, усиливается также общественное и научное внимание к психологическим аспектам игры и игрушки на базе этих техник и технологий. Производители компьютеров, смартфонов, мобильных устройств, умных часов, других гаджетов, создатели веб-сайтов, онлайн-сервисов, мессенджеров, социальных сетей и т.п. используют данные исследований в области психологии и встраивают психологические функции в свои технические изделия, тем самым создавая большое многообразие психологических игрушек. Для молодых поколений психологические игрушки становятся элементом повседневности. В связи с этим психологи-исследователи также направляют свой интерес к этой новой социальной, экономической, виртуальной и психологической реальности.

По нашему мнению, вещи, материальные или виртуальные, которые являются по большей части психологическими или используются преобладающим образом в психологическом отношении, одновременно имеющие как конструктивную психопрактическую направленность, так и развлекательную, представляют собой психологические игрушки. Конструктивная психопрактическая направленность включает в себя следующее психологическое содержание: саморегуляционное, тренирующее, профилактическое, консультационное, терапевтическое, развивающее, творческое, познавательное, диагностическое, идентифицирующее и обучающее. Таким образом, психологическая игрушка — это игрушка с акцентированным психологическим содержанием, игрушка, которая используется характерно психологическим образом, такая игрушка, которая выступает в качестве элемента и опоры психологической практики, содержит специфический культурный слой [3; 8; 10; 11].

Основу психологической практики в структурном отношении составляют вертикальное (психопрактические основания), горизонтальное (психопрактические аспекты) и временнóе (психопрактическая динамика) измерения. К психопрактическим основаниям относятся: феноменальные, действенные, орудийные, праксические, методологические, реляционные, концептуальные и мотивационные. С уровня мотивационных оснований заданы психопрактические аспекты, которые имеют несколько групп, важнейшие из них деятельностнообразующие и дополнительные. Деятельностнообразующие аспекты соотнесены с основными видами психопрактик и главными характеристиками психологических игрушек, это саморегуляционный, терапевтический, консультационный, профилактический, тренинговый, развивающий, обучающий и диагностический аспекты. Дополнительные аспекты представлены видами: контекстуальным, компенсационным, поддерживающим, психосоматическим, игровым, просоциальным, творческим, рекреационным и другими. Психопрактическая динамика включает в себя системные, групповые и личностные процессы [8; 10].

Психологические игрушки представляют собой инструмент психологической практики. Для того чтобы они осуществили эту роль, должна быть соответствующая мотивация, теория игровой психопрактики, методология игры, развитые навыки и умения обращения с игрушкой. Психологическая игрушка включается в психопрактику с разнородными намерениями и целями, которые, в частности, соотносимы с психопрактическими аспектами. Эти намерения и цели в общем виде представлены саморегуляцией, психопрофилактикой, тренингом, психотерапией, развитием, обучением, формированием контекста, психологической компенсацией, творчеством, психологическим сопровождением, помощью, рекреацией, развлечением, направлены на самопознание, самоидентификацию, психологическое управление и т.д. Тем самым, психологические игрушки выступают явно данной опорой конкретных психопрактик. В то же время, область их использования гораздо обширнее: современная тенденция состоит в том, что психологические игрушки становятся постоянным элементом повседневной жизни, ее перманентным содержанием, хотя это не в полной мере отрефлексировано ни производителями, ни пользователями. Психологические игрушки — это сфера эффективного формирования доверия в социальном пространстве [1; 2] и развития творческих способностей как детей, так и взрослых [12; 13].

Осознание этой неявной тенденции включения игры и игрушки в повседневность, их становление инструментами повседневности, особенно их психопрактического содержания, требует научного анализа, производственной, дизайнерской и инженерной поддержки и, конечно, потребительской востребованности, которая уже существует, но как неявный компонент при использовании изделий потребителем. Схожая ситуация прослежена нами для социальной перцепции культурных слоев одежды [3], где было показано, что вещи имеют социальные значения, которые ментально и перцептивно объединяются в семантические группы, определяя социальные статусы, отношение, поведение и т.п. Таким же образом игрушки зачастую применяются исключительно в психологическом отношении, но это их скрытое основание ускользает от сознательной рефлексии: пользователь воспринимает только вещность, игрушкость, отдых, времяпровождение, может быть, ему обнаруживается часть психологического содержания в аспекте переключения внимания, релаксации, снятия стресса, взятия временной паузы, отвлечения от текущих проблем, но само это содержание не обобщено до психологической всеобщности. И значит, важнейший аспект современной социальной реальности, повсеместно действующий, скрыт от осознания, понимания, исследования и использования. Таким образом, ясное понимание психологической составляющей игрушки в ее разнообразных проявлениях важно для осознания роли и значения психологических игрушек как инструментов повседневности в современном прогрессирующем обществе.

Сейчас психологические игрушки имеют все возрастающую электронно-цифровую компоненту, этот основной тренд превращается одновременно в ведущий вектор развития общества. В то же время, электронно-цифровые психологические игрушки обычно не представляют собой автономные устройства, гаджеты, а как раз наоборот, являются элементами других изделий как их дополнительные функции. Это направление эволюции психологических игрушек также удостоверяет как современный тренд развития аппаратурных методик в психологии, так и в целом современную направленность когнитивной психологии, нейробиологии и нейронаук, для которых чрезвычайно существенна развитая технологическая и техническая база.

Таким образом, возрастающая психологизация общества представляет собой важнейшую линию его развития наравне с такими тенденциями, как глобализация, демократизация, гуманизация, индивидуализация, технологизация, информатизация и т.п. Психологические практики, психологические игры и игрушки — это важнейшие манифестирующие компоненты данного процесса, ведущие к большему самопознанию и саморазвитию, позволяющие осуществлять психологическую самоидентификацию, саморегуляцию, психологическое управление, возвышать коммуникативные процессы в обществе, развивать творческое начало.

Библиографический список

  1. Антоненко И.В. Социальные контексты доверия // Вестник университета (Государственный университет управления). 2002. №2. С. 12–20.
  2. Антоненко И.В. Социально-психологическая сущность доверия: от психического явления к функциональному органу // Вестник университета (Государственный университет управления). 2008. №10. С. 19–22.
  3. Антоненко И.В., Карицкий И.Н. Психология одежды и моды (теория культурных слоев) // Гуманитарные основания социального прогресса: Россия и современность: сб. статей Междунар. науч.-практ. конф. Московский государственный университет дизайна и технологии. 2016. С. 6–13.
  4. Выготский Л.С. Игра и ее роль в психическом развитии ребенка // Л.С. Выготский. Психология развития. СПб: Питер, 2001. С. 56–79.
  5. Гусельцева М.С. Проблема изучения психики как междисциплинарного феномена: культурно-аналитический подход // Методология и история психологии. 2009. Вып. 1. С.166-179.
  6. Калинин И.В. Формирование своего окружения царствующими особами и приближенными к ним в истории российского государства // Акмеология. 2004. №2 (10). С.50-56.
  7. Карицкий И.Н. Экспликация предмета психологии // Методология и история психологии. 2006. №1. С. 105–118.
  8. Карицкий И.Н. Субъектно заданная модель психологической практики // Вестник Университета Российской академии образования. 2015. №3. С. 70–80.
  9. Карицкий И.Н. Воспитание в эпоху тотального господства СМИ // Гуманитарные основания социального прогресса: Россия и современность: сб. статей Междунар. науч.-практ. конф. В 8 частях. Часть 6 / под ред. В.С. Белгородского и др. М.: МГУДТ, 2016. С. 59–67.
  10. Карицкий И.Н. Структура и классификации психологических практик // Гуманитарные основания социального прогресса: Россия и современность: сб. статей Междунар. науч.-практ. конф. В 8 ч. Ч. 3 / под ред. В.С. Белгородского и др. М.: МГУДТ, 2016. С.182–189.
  11. Карицкий И.Н. Психологические игрушки // Перспективы психологической науки и практики: сб. статей Междунар. научно-практ. конф. РГУ им. А.Н. Косыгина, 16 июня 2017 г. / под ред. В.С. Белгородского и др. М.: РГУ им. А.Н. Косыгина, 2017. С. 561–566.
  12. Кашапов М.М. Роль творческого мышления психолога в объяснении // Методология и история психологии. 2008. Вып. 1. 128–136.
  13. Кашапов М.М. Психология творческого мышления. М.: ИНФРА-М, 2017.
  14. Мазилов В.А. Методология современной отечественной психологии // Методология и история психологии. 2008. Вып. 3. С. 9–24.
  15. Мазилов В.А., Слепко Ю.Н. Новые перспективы психологии деятельности // Вопросы психологии. 2015. №1. С. 162–164.
  16. Сенющенков С.П. Проблема генезиса психических процессов в теории поэтапного формирования умственных действий // Методология и история психологии. 2009. Вып. 2. С. 59–75.
  17. Сироткина И.Е., Смит Р. «Психологическое общество» и социально-политические перемены в России // Методология и история психологии. 2008. Вып. 3. С. 73–90.

Источник: Карицкий И.Н. Психологический инструментарий повседневности // Системогенез учебной и профессиональной деятельности: материалы VIII всероссийской научно-практической конференции (19–20 ноября 2018 г.) / под ред. проф. Ю.П. Поваренкова. Ч. II. Ярославль: РИО ЯГПУ, 2018. С. 106–109.

В статье упомянуты
Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»