• Генеральный спонсор — «Иматон»

Скоро

30 - 31 марта
Санкт-Петербург

Всероссийский конгресс с международным участием «Отечественная психотерапия и психология: становление, опыт и перспективы развития (к 85-летию отделения неврозов и психотерапии Национального центра психиатрии и неврологии им. В.М. Бехтерева)»

31 марта - 4 апреля
Санкт-Петербург

Ежегодная научно-практическая конференция «Травма. Внешний мир и внутренняя реальность»

11 - 12 апреля
Москва

XXIII Международный симпозиум «Психологические проблемы смысла жизни и акме»

18 – 20 мая
Ставрополь

XIV ежегодная ставропольская психоаналитическая конференция. Тема: «Скука»

Весь календарь

«О дислексии в нашей стране знают немногие»

/module/item/name

Предлагаем Вашему вниманию интервью с Александром Николаевичем Корневым. Александр Николаевич - кандидат медицинских наук, доктор психологических наук, профессор кафедры общей и прикладной психологии СПбГПМА, вице-президент Ассоциации логопатологов СПБ,  автор книг  «Дислексия и дисграфия у детей», «Нарушения чтения и письма у детей», «Основы логопатологии детского возраста», автор методик диагностики и коррекции дислексии  «Стандартизованная методика исследования чтения» (СМИНЧ), «Методика раннего выявления дислексии» (МРВД).

- Александр Николаевич, скажите, что же такое дислексия? Как определить границы этой проблемы?

- Дать однозначное определение понятию «дислексия», конечно же, необходимо, поскольку эта проблема обычно вызывает много вопросов. Ребенок, испытывающий трудности при обучении чтению, совсем не обязательно дислексик: многие дети, которые на начальном этапе медленно осваивают чтение, потом успешно догоняют своих одноклассников (сами или с помощью родителей). Но есть особая группа детей, которые переживают огромные и стойкие трудности при освоении чтения, несмотря на нормальный интеллект, отсутствие нарушений зрения и слуха, регулярное посещение школы. Способность овладеть навыком чтения у таких детей на порядок хуже и ниже, чем способности к другим предметам. Именно эту группу детей специалисты называют дислексиками. В каждом классе всегда есть 1-2 ребенка с дислексией и об этом обязательно нужно знать учителю, психологу и логопеду. Знать и своевременно принимать меры.

К сожалению, чаще всего ни учитель, ни психолог, ни логопед не умеют выявлять детей-дислексиков и правильно оказывать им помощь. По одной простой причине – о дислексии в нашей стране слышали немногие и специалисты знают сейчас очень мало. Нам есть чему поучиться у западных коллег - на западе проблему дислексии начали изучать еще в 30 годах XX века. В настоящее время количество зарубежных публикации о дислексии исчисляется миллионами, уже опубликованы тысячи монографий. А на русском языке на данный момент можно найти всего лишь несколько десятков статей, существует несколько моих книг по этой проблеме, еще можно назвать двух-трех авторов и все. Это практически капля в море.

- Западные специалисты изучили проблему дислексии, а какие способы ее решения они нашли?

- Надо сказать, что для англоязычных стран вопрос дислексии всегда стоял очень остро, поскольку  письменный английский язык  крайне труден для усвоения и дислексия там встречается намного чаще. В большинстве стран Европы периодически организуется год дислексии, когда государство силами всех средств массовой информации привлекает внимание общественности к этой проблеме, ведется разъяснительная работа с родителями, существуют специальные программы обучения логопедов и психологов.

Западными специалистами были разработаны методики, позволяющие определять предрасположенность к дислексии и своевременно начинать коррекционную работу. В некоторых странах пробовали открывать специальные школы для дислексиков, но двадцать лет назад распространение получила система интегрированного обучения: дислексики с нетяжелой формой дислексии обучаются в обычных классах и периодически занимаются со специалистом (в течение всех школьных лет, а в некоторых странах – даже в течение обучения в университете).  Дислексия чаще всего является труднопреодолимой проблемой, для ее решения требуется многолетняя и систематическая помощь.

Во многих государствах права детей, страдающих дислексией, на получение специальной помощи и льготы при обучении в школе, защищены законодательно. То есть, если права ребенка-дислексика в школе нарушаются, его родители могут обратиться в суд и потребовать исполнения закона. К сожалению, в нашей стране ни одно из прав не только дислексиков, но и многих других категорий «особых» детей законодательно не оговорено. Это может показаться странным, но у нас нет даже закона о специальном образовании для разных категорий детей, имеющих трудности! Десять лет назад был создан проект закона о специальном образовании, но он так проектом и остался.

- Следовательно, из-за того, что детям с дислексией не оказывают в школе необходимую им систематическую специальную помощь, они постоянно испытывают трудности, связанные с чтением и, в конечном итоге, получают менее качественное образование, чем их одноклассники?

- Это очень грустная правда, но это так. Они не только получают менее качественное образование (таким детям трудно учиться и очень трудно поступить в ВУЗ), но и их душевное состояние оставляет желать лучшего. Ребенок с дислексией очень уязвим, поскольку вынужден на каждом шагу сталкиваться с тем, что не может прочитать текст, а текст – это основа обучения в школе, ведь даже для решения задачи по математике нужно сначала прочесть ее условие в учебнике. Я неоднократно наблюдал у таких детей фобию чтения. Нередко развитию этой фобии способствуют родители, которые наказывают детей чтением, заставляя их читать насильно. Это вызывает серьезные фрустрирующие переживания и дети начинают ненавидеть книги. На этой основе часто формируется также фобия школы и различные нарушения поведения. Согласно западной статистике, среди подростков-правонарушителей процент дислексиков очень высок. Это социально значимая проблема и не случайно западные специалисты активно ею занимаются, потому что наличие у ребенка дислексии увеличивает риск девиантного поведения, риск развития наркомании. Известный ученый, психиатр, профессор Андрей Евгеньевич Личко, работавший в НИИ В.М.Бехтерева, в 80-е годы исследовал предпосылки наркомании у подростков. В числе главных причин, согласно результатам исследования, были: постоянное третирование в семье и хроническая школьная неуспеваемость. Нерешенность этой проблемы вызывает у ребенка тревогу и страх, проблемы с самооценкой. Я уже говорил, что о существовании такой проблемы как дислексия многие учителя даже и не подозревают, поэтому отношение к детям-дислексикам в классе может быть критическим, даже враждебным. Роль школьного изгоя может оказать негативное влияние на всю дальнейшую жизнь человека.

- Можно ли предотвратить дислексию?

- Сейчас проводятся исследования за рубежом, изучающие ранние предикторы дислексии, позволяющие выявлять дислексиков еще в детском саду и оказывать им соответствующую помощь. Если помощь будет оказана своевременно, ребенок сможет учиться наравне с другими и не испытывать особых проблем. Много лет назад я написал книгу «Нарушение чтения и письма у детей», в которой описал методику выявления и коррекции дислексии. Эта книга выдержала уже три переиздания. Также в этом году вышла моя книга «Методика обучения чтению дошкольников» - я разработал облегченный метод обучения чтению, который будет более доступен детям, входящим в группу риска, и поможет предупредить проблемы в будущем. Хочу подчеркнуть, что для успешности коррекционной работы решающее значение имеет фактор времени: чем раньше ребенок попадет к специалисту, тем лучше. Замечательно, если родители обратятся до школы, многое можно сделать в начальных классах, но если ребенок приходит за помощью в пятом классе, ему уже трудно помочь. Велика вероятность, что такой ребенок, к сожалению, останется на всю жизнь функционально неграмотным. Он будет взрослым, который не умеет читать.

- Кто должен оказывать помощь детям, страдающим дислексией - логопед или психолог?

- В идеале – и психолог, и логопед. На западе с дислексиками чаще всего работают психологи. В России традиционно детьми с нарушениями речи, письма, чтения занимались только логопеды. К сожалению, этот стереотип привел к  крайне негативным последствиям: в то время, когда в России начали разрабатывать программы для подготовки психологов в ВУЗах, в них не была включена необходимая информация по этой теме. Все, что связано с речью и речевой патологией никак не представлено в этих программах и о дислексии психологи, чаще всего, просто не знают!

Это очень печальная ситуация, потому что у детей с дислексией есть огромная потребность в психологической помощи. Десять лет назад у меня была серия передач на радио «Россия», в них я рассказывал о разных формах речевой патологии и, в том числе, подробно освещал проблему дислексии. После эфиров был просто вал писем от родителей, которые, лишь услышав эту передачу, начинали осознавать, что у их ребенка дислексия. Ни учителя, ни специалисты не могли им подсказать, потому что сами не знали! Естественно, родители детей-дислексиков, не обладая необходимой информацией, годами могут считать своих детей разгильдяями, лентяями, не осознавая, что дислексия – это заболевание и их детям нужна специальная помощь. Конечно же, это порождает конфликты между родителями и детьми и может стать причиной невроза.

Одна из задач для психолога при работе с такими детьми - помочь в решении эмоциональных проблем, снижении фрустрации и предотвратить невротизацию. Психологи, ориентированные на работу с когнитивной сферой, могли бы заниматься и коррекцией дислексии, используя для достижения этой цели существующие диагностические и коррекционные методики. Коррекционная работа с дислексией – это абсолютно неосвоенная психологами область, в ней нет никакой конкуренции, поскольку специалистов, владеющих методиками помощи детям с дислексией, можно буквально пересчитать по пальцам. А потребность в них огромная, поскольку  таких детей много. К сожалению, изменение программы обучения студентов-психологов – это процесс весьма ригидный. По мере сил, я стараюсь восполнять пробелы в знаниях студентов, которым я преподаю на психологических факультетах  Санкт-Петербурга  и Москвы, но это моя личная инициатива, которая, конечно же, не может изменить ситуацию в стране в целом. Необходимо «бить в набат», чтобы люди, наконец, осознали существование этой проблемы и начали ее решать.

- Какие открытия вы сделали для себя, изучая западные публикации по дислексии?

- Я отслеживаю информацию в англоязычных публикациях по этой проблеме, начиная с 70 х годов прошлого века.  В свое время открытием для меня стали три книги: книга Самуэля Ортона «Нарушения письма, чтения и речи у детей», книга Макдональда Кричли «Дислексия развития», посвященная дислексии, и книга чешского ученого Зденека Матейчека «Нарушения формирования чтения». Стандартизованная методика диагностики дислексии, которую я создал, во многом базируется на опыте Матейчека. Он сыграл немалую роль в формировании моих взглядов. Зденек Матейчек считал, что разработка оптимальных методов обучения чтению, учитывающих недостатки детей с дислексией, позволила бы вообще избежать дислексии. Мне кажется, в этом есть рациональное зерно, поскольку дислексики способны обучаться грамоте, но испытывают специфические трудности, связанные как с типом письменности, так и определенным способом обучения. Например, когда учат писать английских школьников, очень большая нагрузка при обучении идет на зрительное восприятие, это связано со спецификой английской письменности. Когда учат грамоте русский детей, большее значение имеет слуховой анализатор, поскольку обучение начинается со звукового анализа слов, и, если ты не освоил фонематический анализ, ты не сможешь двигаться дальше ни в письме, ни в чтении. Получается, что в нашей системе обучения наибольшие трудности при овладении чтением будет испытывать тот ребенок, которому трудно даются освоение фонематического анализа и аналитико-синтетический способ формирования навыка. Если бы существовал набор методик, который позволил бы учителю подбирать тот или иной метод обучения в зависимости от трудностей ученика, проблему предупреждения дислексии можно было бы решить гораздо успешнее.

- Вы говорите о том, что специалистов, работающих с дислексиками, мало и информации по этой проблеме в нашей стране недостаточно. Удалось ли вам как-то повлиять на эту ситуацию?

- Да, я стараюсь по мере сил делать все, чтобы ситуация изменилась к лучшему: пишу книги, статьи, преподаю. И я не одинок в своих трудах – в 2004 году в Москве была создана Российская ассоциация дислексии, этой ассоциацией уже были проведены три конференции с международным участием. Два года назад начат проект по изучению распространенности дислексии, проведена рестандартизация СМИНЧ (стандартной методики исследования чтения). Проведено исследование 900 школьников Москвы и Санкт-Петербурга. Планируется публикация пособия по диагностике дислексии и переиздание моей книги о дислексии. Я часто выступаю с лекциями на эту тему для  специалистов Санкт-Петербурга и других городов. В частности, недавно на базе Института практической психологии «Иматон» я провел семинар по дислексии, в котором участвовало немало психологов из разных уголков России.

Я убежден, что психологов привлекать к решению этой проблемы необходимо. Безусловно, очень полезной была инициатива «Иматона», который в рамках Саммита психологов организовал круглый стол «Дислексия и дисграфия – бич современного образования: основные причины, профилактика и пути эффективной коррекции» . Все это – важные этапы информирования общественности. Да, пока специалисты, работающие с дислексией, немногочисленны, это небольшая группка людей, энтузиастов. Но все когда-то начинается с усилий небольшой группы людей.

Беседовала Юлия Смирнова

Опубликовано 11 января 2010

Материалы по теме

ЕГЭ как игра
22.09.2014
Кризис 6-7 лет или «Кризис первоклашки»
08.11.2017
Гиперактивный ребенок: как воспитывать непоседу?
13.10.2017
«Неудобный» ребёнок в классе
05.10.2017
Фантазирование в жизни взрослых и детей
22.08.2017
Фильмы о детской психологии, теории привязанности
30.06.2017

Комментарии

А где же метод Дейвиса? Неужели о нем кандидаты и доценты не знают, или умышленно замалчивают? Методу более 30 лет.

19.03.201510:51:43

Оставить комментарий

  • Генеральный спонсор — «Иматон»
20 февраля 2018 , вторник

В этот день

Игорь Александрович Загайнов празднует День рождения ― 36 лет! поздравить!

Скоро

30 - 31 марта
Санкт-Петербург

Всероссийский конгресс с международным участием «Отечественная психотерапия и психология: становление, опыт и перспективы развития (к 85-летию отделения неврозов и психотерапии Национального центра психиатрии и неврологии им. В.М. Бехтерева)»

31 марта - 4 апреля
Санкт-Петербург

Ежегодная научно-практическая конференция «Травма. Внешний мир и внутренняя реальность»

11 - 12 апреля
Москва

XXIII Международный симпозиум «Психологические проблемы смысла жизни и акме»

18 – 20 мая
Ставрополь

XIV ежегодная ставропольская психоаналитическая конференция. Тема: «Скука»

Весь календарь
20 февраля 2018 , вторник

В этот день

Игорь Александрович Загайнов празднует День рождения ― 36 лет! поздравить!

Скоро

30 - 31 марта
Санкт-Петербург

Всероссийский конгресс с международным участием «Отечественная психотерапия и психология: становление, опыт и перспективы развития (к 85-летию отделения неврозов и психотерапии Национального центра психиатрии и неврологии им. В.М. Бехтерева)»

31 марта - 4 апреля
Санкт-Петербург

Ежегодная научно-практическая конференция «Травма. Внешний мир и внутренняя реальность»

11 - 12 апреля
Москва

XXIII Международный симпозиум «Психологические проблемы смысла жизни и акме»

18 – 20 мая
Ставрополь

XIV ежегодная ставропольская психоаналитическая конференция. Тема: «Скука»

Весь календарь