.jpg)
Достаточно тяжелая и трудная тема, но молчать нет сил! Это явление стало напоминать вирусную инфекцию и имя этому вирусу – материнские преступления (факты из СМИ: «мать выбросила новорожденного младенца в окно 12 этажа», «ребенка 2-х месяцев от роду нашли в мусорном контейнере», «мать готова выбросить новорожденного ребенка в окно, так как муж подает на развод» и др.).
Материнство в отдаленном прошлом (или даже в близком прошлом) и сегодня – это совершенно разные, особые жизненные процессы. Похоже, что эти процессы меняются на наших глазах, и множественное благополучие одних родителей сочетается с крайне негативными проявлениями у других. Ужасающие случаи унижений, побоев, истязаний детей своими родителями имели место и раньше, парадоксальность нынешней социальной ситуации материнства, на наш взгляд, кроется в несопоставимом образе жизни семьи тогда и сейчас.
Мы предполагаем, что потрясающие своей жестокостью «материнские преступления», это вызов для современной пре- и постнатальной, семейной, медицинской и т.д. психологии, а также соответствующим социальным и психологическим практикам. Сегодня многие дети нуждаются в защите от своих матерей и отцов. Образ жизни и иные атрибуты современности, очевидно, недостаточно представлены в теоретической и прикладной психологии материнства, семьи, раннего детства и т.д.
Современная социальная ситуация в общественном и индивидуальном сознании представлена в притяжении двух крайних позиций:
- традиционная, отчасти авторитарная (патриархальная, директивная, маскулинная (независимо от пола) и т.д. позиция;
- либеральная позиция, т.е. полная свобода индивидуальных проявлений и их нравственное, моральное, социальное, и отчасти, юридическое оформление.
Традиционная модель общества отчетливо представлена в основных религиозных вероучениях и в правовых установлениях ряда государств.
Либеральная модель организации жизни общества индуцирована современным научным и технологическим прогрессом, иллюзорно ассоциированным со все большим освобождением человека от ограничений своего биологического устройства (телесное самостроительство и т.д.); своего социального «устройства» (свобода выбора любой идеологии, социальной памяти, социальных предпочтений, социальной презентации и т.д.); своего индивидуально-психологического устройства (самоконструирование личности без каких-либо ограничений).
Вполне очевидно, что эта форма безудержного освобождения была подготовлена (без учета последствий) широкой социально-психологической практикой самоактуализации, самопрезентации, самореализации, а также все большим правовым и экономическим уравниванием мужчин и женщин, что представляется естественным и необходимым. Вместе с тем, абсолютно освобожденное ролевое сознание может быть лишено охранительной ответственности «за тех, кого приручаешь».
Современный всплеск случаев материнской девиации предполагает необходимость существенного расширения и качественной перестройки психологического сопровождения родительства. Необходима также определенная трансформация социального сознания (СМИ, социальные сети, искусство и т.д.), а также помимо дополнительных материальных, определенные организационные условия (доступные ясли, сады) и адекватные социальные стимулы. Сегодня в социальных приоритетах активности индивида недостаточно представлены служение (не прислуживание), позитивная консолидация, неафишируемая помощь и др. В такой логике выражение: «материнство (родительство) – это счастье и/или неустанная забота?» акцентировано на исключающем «или». В этой связи можно рассматривать нередкие статьи на интернет-ресурсах по вопросам материнства, в которых матери снисходительно именуются «клушками с цыплятами», а многодетные – «инкубаторами» (сопли вытирать, щи варить, пеленки стирать и т.д.). В других статьях о свободной от детей молодой женщине – подчеркивается решительность, подтянутость, спортивность, успешность в карьере, независимость, и ей совсем не нужны дети. Создается впечатление пропаганды бездетности молодых людей.
С позиций позитивной психологии резонно спросить у тех или иных родителей – всегда ли ресурсы физические и, в особенности, психологические, достаточны для родительского благополучия? Некоторые молодые мамы представляют себя до рождения ребенка мадонной с рекламного плаката или медицинского буклета: пышущая здоровьем, улыбающаяся красавица с прелестным ребенком на руках. После рождения ребенка (и дай Бог, чтобы роды были успешными, и ребенок родился здоровым, а не проблемным) «розовые очки» вмиг слетают с лица молодой матери. Можно говорить о когнитивном диссонансе, который способен в корне изменить материнскую установку с положительной на любую иную позицию вплоть до ненависти к ребенку. Можно ли думать о здоровом цвете лица, если нет времени не только привести себя в порядок, но даже «поесть некогда»?
В связи с обсуждаемой проблемой возникает соблазн ввести в оборот, помимо известных функциональных определений психологии – понимающая и объяснительная психология, также – действенная или детерминирующая психология. Содержание такой психологии, в частности, определялось бы теми или иными условиями психологической сертификации родительства на разных возрастных этапах жизни детей и, возможно, с градацией уровней в зависимости от освоенных родителями программ социализации-индивидуализации, родительской саморефлексии и др.
Необходимы также институты (службы) психологической супервизии родителей, повышения психологической квалификации родителей в привязке к каждому возрастному этапу детей, экстренной психологической помощи родителям и др.
Возможно, по аналогии с профессиональной пригодностью, необходимо обсудить вопросы общей или частичной психологической «противопоказанности» тех или иных родителей на той или иной возрастной стадии развития ребенка и, в зависимости от этого, - соответствующей внешней компенсации родительских функций на рекомендуемой стадии.Такой «психологический надзор» родительства может показаться чрезмерным, однако он логично следует из признания современного постиндустриального общества обществом информационно-психологическим. При этом такой надзор не следует рассматривать как карательную функцию, а исключительно – направляющую и помогающую.
Несомненно, что перечисленные организационно-психологические меры, как и иные, предполагают основательное проектирование и многостороннее обсуждение. Необходимость соответствующих решений диктуется их жизненной важностью для многих детей, а также социальной недопустимостью, к сожалению, достаточно распространенной родительской позиции: «Мой ребенок: что хочу, то и ворочу». Поэтому психологическое сообщество может и должно вмешиваться, чтобы защитить жизнь и психологическое благополучие детей.
.jpg)
Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый
, чтобы комментировать