Скоро

12 — 14 февраля
Санкт-Петербург

IX Зимний фестиваль «Несказанная радость бытия. Психология телесности»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

31 марта — 1 апреля
Санкт-Петербург

X Международный научно-практический конгресс психологов-консультантов, психотерапевтов и представителей помогающих профессий «Помощь психологического консультирования, психотерапии в новейшее время»

1 — 2 июня
Online

III Международный психологический форум «Ребенок в цифровом мире»

22 — 23 июня
Москва

VI Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Сухаревские чтения. Аутоагрессивное поведение детей и подростков: эффективная профилактическая среда»

12 — 13 октября
Киров

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Детская психиатрия в фарватере современных медико-социальных проблем»

30 октября
Москва

8-я Всероссийская научно-практическая конференция «Психическое здоровье человека и общества: актуальные междисциплинарные проблемы и возможные пути решения»

Весь календарь

Психологический взгляд на коррупционное поведение

/module/item/name

Активное обсуждение тематики распространения коррупции в России часто упускает тот момент, что, кроме юридической, экономической, этической и других не менее важных составляющих, коррупция является отражением психологии человека. Живые люди с их стереотипами, установками, ценностями, мотивами и влечениями проявляют готовность к коррупционному поведению, злоупотребляют своим служебным положением, берут и дают взятки. Коррупция — только в ее последствиях правовая и экономическая проблема, а исходно — сугубо психологическая и общечеловеческая1.

В материалах исследований, проведенных на выборке взрослых людей в 2018 г., мы обнаружили, что люди часто в опросах декларируют законопослушный вариант поведения с точки зрения коррупционных действий. Тем не менее при решении кейсов, максимально приближенных к реальным ситуациям, поступают ровно наоборот, оправдывая выбор своего поведения внешними факторами или отсутствием, на их взгляд, иных вариантов решения проблемы в сложившихся обстоятельствах. Такие данные гипотетически обнаруживают существующее рассогласование между декларируемыми нормами и действенными стереотипами, которые актуализируются в определенных ситуациях автоматически.

Анализ современных социально-­психологических исследований в этой области и собственные эксперименты позволяют задуматься о важности психологических факторов, требующих особого внимания в изучении коррупции.

Во-первых, какова современная и исторически сложившаяся картина отношения общества к коррупции в целом и к ее конкретным компонентам. Планирование путей профилактики коррупции не может не учитывать существующие в обществе в настоящее время и действующие установки, стереотипы, лежащие в основе коррупционного поведения. Во-вторых, важно понимать, какие социально-психологические процессы и как могут оказывать влияние на людей и «провоцировать» возникновение коррупционных схем поведения. В‑третьих, какие личностные качества и характеристики человека могут выступать психологическими факторами риска такого рода поведения.

Во многом психологические основания коррупции опираются на естественные для общественного существования процессы, такие как взаимный обмен, предполагающий симметричность взаимодействия, например, вы чувствуете себя обязанным, если вам оказали услугу или помогли в чем-либо, и с большей вероятностью ответите взаимностью в симметричной ситуации. Или стремление соответствовать нормам референтной группы, способствующее переживанию уверенности в принятии и поддержке, уменьшению тревоги; стремление к соблюдению традиций как понятных устойчивых схем поведения и отношений, например, подношения денег врачам, как правило, осуществляются без какого-либо принуждения и вымогательства с их стороны — просто потому, что «так принято».

Обратимся к данным, отражающим отношение общества к коррупции. Одним из таких материалов являются установки, которые представлены в виде пословиц и крылатых фраз, возникших в разное историческое время в литературном фольклоре. При этом под установками в психологии понимаются долгосрочные глубинные мысленные убеждения, которые служат в качестве основной директивы того или иного действия, а также задают вектор эмоционального отношения к действию и себе2.

Будучи внешне оформленными в виде определенного высказывания, они ведут за собой человека, делая его переживание и поведение зависимым от установки. Действие глубинных переживаний до конца не осознается и поэтому не контролируется. Основные переживания или установки отличаются от актуальных тем, что они отвечают за автоматические решения. Этот механизм можно считать рациональным, поскольку он экономит время на понимание происходящего и помогает при устоявшемся образе жизни.

Еще один важный момент в этом контексте, который нельзя оставить без внимания, — это отношение к трудностям и, соответственно, характер их переживания. Что происходит с человеком в ситуации столкновения с трудностью, неопределенностью или такими ситуациями, где нет готовых вариантов ответов или готовой формулы поведения? В таких случаях мы можем наблюдать несколько вариантов действия: преодолевающее, связанное с установкой на поиск ресурсов и преодоление препятствия способами, приемлемыми в обществе; избегающее поведение, связанное с переживаемой в ситуации трудностью, фрустрацией. Под фрустрацией понимается психическое состояние дезориентации сознания и деятельности личности, возникающее, когда вследствие каких-то препятствий и противоречий мотив остается неудовлетворенным или его удовлетворение тормозится. Такое состояние провоцирует стремление к самозащите и приписыванию вины за ситуацию кому-то (чему-то) из окружения, что усиливает напряжение, поскольку ответственность за разрешение ситуации и, соответственно, за себя в этой ситуации не принимается самим субъектом, а атрибутируется внешним инстанциям. В связи с этим мы часто наблюдаем оправдание коррупционного поведения внешними обстоятельствами.

Мы находим достаточно большую коллекцию пословиц и крылатых фраз, которые далеко не в полном объеме представлены ниже, суть их заключается в эмоциональном принятии такого способа психологических обменов, например: рука руку моет; не подмажешь — не поедешь; ты мне — я тебе; с нас взятки гладки; иному слова не скажи, а только грош покажи; тот взяток не берет, кому их не дают; дашь — на дашь; взятка чудеса творит; легче дать, чем взять; взятка для порядка; дары и мудрых ослепляют; когда деньги говорят, тогда совесть молчит; падок до взяток, как муха до меда; знай, когда дать в руку, а когда в ухо; одна взятка в руку, другая в брюхо; знай, кому дать, и знай, с кого взять.

Исследование, проведенное среди студентов разных направлений подготовки нескольких вузов г. Красноярска в 2018 г. (выборка составила 1200 человек), позволяет задуматься о действующих установках молодежи, которая в недалеком будущем будет составлять наиболее политически и социально активную часть нашего общества. Так, ниже представлены некоторые совокупные данные, полученные в ходе исследования в ответах на заданные вопросы.

Например, на вопрос «Какие ресурсы необходимо развивать, чтобы стать состоятельным в России?» 62,4% испытуемых ответили «развивать нужные связи»; 24% испытуемых указали, что материальное вознаграждение должностного лица (взятка) недопустимо в любом случае, в то же время 67% придерживаются противоположного мнения. Допускают возможность взятки как благодарности за услугу 52% респондентов, для предоставления льгот — 31%; для содействия в ускорении процесса решения проблемы — 34%; для получения услуги — 28%; для получения финансовой выгоды — 21%; для разрешения спорного вопроса в их пользу — 10%; для освобождения от ответственности — 39%.

Можно сослаться на данные социально-­психологических исследований таких авторов, как О.В. Ванновская3 , Е.М. Богодухова, В.Г. Гордиенко4, которые показали сходные результаты на разных выборках. Из чего можно сделать вывод о толерантности в отношении к коррупции как к неизбежной и допустимой, практически норме в обществе.

Также отмечается непоследовательное и противоречивое отношение к коррупции. С одной стороны, коррупция считается общественно неприемлемой, когда речь идет о масштабных случаях, с другой — практически не осуждается, если касается собственных действий или действий других людей, оправданных обстоятельствами, вынуждающими к такому поведению.

Кроме того, многие испытуемые говорили о том, что для них очень важны дружеские отношения и неформальные связи, которым отдается приоритет в сравнении с формальными, что позволяет чувствовать себя более уверенно и в безопасности. На вопрос «Как вы поступите, если вам необходимо лекарство, а его можно купить только по рецепту врача, которого у вас нет?» 71% ответили, что будут искать знакомых, которые смогут им выписать рецепт или продать лекарства без рецепта. Такого рода ответы гипотетически указывают на существующие и укоренившиеся в менталитете стереотипы психологических обменов: искать связи и строить нужные отношения. Кроме того, в исследовании обнаружено, что большая часть испытуемых не верит в социальную справедливость и в качество, например, оказываемых услуг без специальных отношений. Эти переживания приводят к естественным, с точки зрения психологии, процессам, направленным на «обеспечение безопасности» и усиление уверенности за счет собственных действий. При этом обнаруженное в 50% случаев непонимание границы между взяткой и благодарностью не приводит после обсуждения к изменению ответов на вопросы. Испытуемые говорят, что поступили бы так же, даже если это трактуется как взятка, а не подарок. Большинство испытуемых воспринимает эти поступки как естественную человеческую благодарность и/или установление, поддержание значимых отношений, а не как коррупционное действие.

В какой-то мере можно говорить об исторически сформированных способах адаптации к существующей действительности, которые выступали как действенные и продолжают таковыми оставаться в настоящее время. Можно при таких обстоятельствах небезосновательно предположить, что количество коррупционных предложений может превосходить количество вымогательств взятки в силу готовности общества к такого рода действиям. Коррупция, в широком ее толковании, является сегодня нашим образом жизни, культурно и психологически обусловленным явлением, постоянно воспроизводимой культурной традицией5.

Ряд авторов делает попытку нащупать личностные детерминанты коррупционного поведения должностных лиц, ответить на вопрос: что же является определяющим в поведении коррупционера — внешние факторы или внутренние свойства личности. В коррупционном поведении, как и в любом другом, проявляются индивидуально-психологические качества человека, такие как установки, ценностные ориентации темперамент и другие. Исследователи отмечают, что эти свойства детерминируются факторами, расположенными на различных поведенческих уровнях личности. О.В. Ванновская выделяет пять уровней личностных образований, лежащих в основе формирования коррупциогенной личности6.

Уровень смыслов и ценностей. По утверждению О.В. Ванновской, для такого типа личности смыслообразующей составляющей поведения является приобретение богатства. Жизненные идеалы и ценностные ориентации, образующие содержательную сторону направленности личности и выражающие внутреннюю основу ее отношения к действительности, сводятся для коррупциогенной личности к преобладанию материальных, а не духовных ценностей.

Уровень когнитивно-­нравственный. К этому уровню относятся установки нравственного поведения. При преобладании в детерминантах нравственного поведения индивидуальных установок антикоррупционная устойчивость будет наиболее высокой, так как эти установки являются индивидуальными нормами поведения, то есть они представляют собой наиболее устойчивые характеристики в поведении человека. При преобладании моральных или социальных детерминант антикоррупционная устойчивость будет ниже, так как здесь он будет ориентироваться на мораль и установки окружающего его социума. Более низкими показатели антикоррупционной устойчивости будут при преобладании правовых детерминант, так как основным регулятором нравственного поведения здесь являются внешние для личности принципы поощрения и наказания, устанавливаемые законами, которые для большинства наших граждан воспринимаются как внешние и чуждые.

Уровень эмоциональный подразумевает «удовлетворенность жизнью, профессией, личным статусом и самоотношение». Чем выше уровень удовлетворенности жизнью, тем выше антикоррупционная устойчивость и наоборот. То же самое можно сказать про удовлетворенность профессией, удовлетворенность личным статусом и уровнем антикоррупционной устойчивости.

Уровень регулятивный связан с показателем локуса контроля, под которым понимается склонность человека видеть источник управления своей жизнью либо преимущественно во внешней среде, либо в самом себе. Интернальный локус контроля предполагает взятие ответственности за события своей жизни на себя. При экстернальном локусе контроля вся ответственность приписывается внешним факторам (другим людям, случайности, окружающей среде и т.д.). По данным исследования, коррупционная личность обладает экстернальным локусом контроля, а личность с высокой антикоррупционной устойчивостью — интернальным.

Уровень поведенческий связан с двумя основными типами реагирования: импульсивным и рефлективным. При импульсивном типе реакция на внешние раздражители носит спонтанный, эмоциональный характер, а при рефлексивном типе реагирования действия человека опосредованы логическим анализом ситуации. Данные, полученные в исследовании О.В. Ванновской, указывают, что к коррупционным действиям в большей степени будет склонен человек с ведущим импульсивным типом реагирования, а в меньшей — с рефлексивным типом.

На основании приведенных выше данных О.В. Ванновская7 предлагает психологический портрет коррупциогенной личности. «Для нее характерно: осмысление жизни через приобретение материальных благ, стремление к роскоши как показателю счастья, неосознанная мотивация и недифференцированная структура установок нравственного поведения, низкий уровень удовлетворенности жизнью, негативное самоотношение и неадекватная самооценка, экстернальный локус контроля, импульсивный тип реагирования».

В исследованиях Е.М. Богодуховой и В.Г. Гордиенко, проведенных на выборке лиц, осужденных за совершение коррупционных преступлений, предусмотренных уголовным законом РФ, установлено, что ведущими психологическими механизмами коррупционного поведения являются рефлексия, временная ориентация личности, парадоксальное состояние самодостаточности с коррупционными установками личности. Из чего авторы делают вывод, что структура психологических механизмов коррупциогенной личности представлена: неразвитыми формами рефлексии; гедонистической временной ориентацией; парадоксальными свойствами личности — высоким уровнем саморегуляции и самодостаточности; личностными чертами, актуализирующими представление Я‑концепции в коррупционном поведении8.

Приведенные в статье данные демонстрируют значимость психологических знаний для понимания природы коррупционного поведения, его оснований и индивидуальных рисков. При проектировании методов профилактики необходимо учитывать психологические основания коррупции и проблематизировать существующие стереотипы и установки, оформляя социально приемлемые и неприемлемые основания для поведения. Формирование установок неприемлемости коррупционного поведения и устойчивости к коррупционным рискам целесообразно начинать уже со школьного возраста.

Сноски

1 См.: Решетников М. Психология коррупции: утопия и антиутопия. СПб: Восточно-Европейский институт психоанализа, 2008. 128 с.

2 См.: Узнадзе Д. Психология установки. СПб: Питер, 2001. 416 с.

3 См.: Ванновская О.В. Психология коррупционного поведения государственных служащих: монография. 2-е изд. СПб: Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина, 2019. 251 с.

4 См.: Богодухова Е.М., Гордиенко В.Г. Психологические механизмы коррупционного поведения личности // Научно-­методический электронный журнал «Концепт». 2017. Т. 44. С. 1–23. URL: http://e-koncept.ru/2017/570134.htm

5 Решетников М. Указ. соч.

6 Ванновская О.В. Указ. соч.

7 См.: Ванновская О.В. Указ. соч. 2

8 См.: Богодухова Е.М., Гордиенко В.Г. Указ. соч.

Источник: Федоренко Е.Ю. Психологический взгляд на коррупционное поведение // Актуальные вопросы противодействия коррупции в сфере образования: сборник научных статей по материалам IV Сибирского антикоррупционного форума, Красноярск, 26–27 декабря 2018 г. / отв. ред. И.А. Дамм, Е.А. Акунченко. Красноярск: Сибирский федеральный университет, 2019. С. 48–54.

Опубликовано 14 ноября 2022

В статье упомянуты

Материалы по теме

Три определения и три подхода к изучению сотрудничества в психологии
08.01.2023
Подходы к исследованию психологических феноменов коррупции
05.02.2021
Ситуационное моделирование как способ преадаптации личности в меняющемся мире
12.11.2020
Все пленарные доклады на фестивале к 30-летию Компании «Иматон»
11.03.2020
«Конкурс пророков: от амёбы до Харари». Лекция А. Асмолова
30.08.2018
Сравнительный анализ социально-перцептивных установок представителей разных поколений
02.02.2023
Методика исследования проявлений волевого и полевого поведения личности в сети Интернет как инструмент анализа деструктивности
23.01.2023
Теоретико-методологические обоснования психологии девиантного поведения
11.01.2023
Социальные сети как новая среда для междисциплинарных исследований поведения человека
07.01.2023
Инклюзивные и эксклюзивные идентичности представителей разных народов России: роль базовых ценностей
12.12.2022
Основные подходы отечественных психологов к анализу деструктивных тенденций профессионализации личности
06.12.2022
Исследования этнической толерантности личности
23.11.2022

Комментарии

Оставить комментарий:

6 февраля 2023 , понедельник

Скоро

12 — 14 февраля
Санкт-Петербург

IX Зимний фестиваль «Несказанная радость бытия. Психология телесности»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

31 марта — 1 апреля
Санкт-Петербург

X Международный научно-практический конгресс психологов-консультантов, психотерапевтов и представителей помогающих профессий «Помощь психологического консультирования, психотерапии в новейшее время»

1 — 2 июня
Online

III Международный психологический форум «Ребенок в цифровом мире»

22 — 23 июня
Москва

VI Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Сухаревские чтения. Аутоагрессивное поведение детей и подростков: эффективная профилактическая среда»

12 — 13 октября
Киров

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Детская психиатрия в фарватере современных медико-социальных проблем»

30 октября
Москва

8-я Всероссийская научно-практическая конференция «Психическое здоровье человека и общества: актуальные междисциплинарные проблемы и возможные пути решения»

Весь календарь
6 февраля 2023 , понедельник

Скоро

12 — 14 февраля
Санкт-Петербург

IX Зимний фестиваль «Несказанная радость бытия. Психология телесности»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

31 марта — 1 апреля
Санкт-Петербург

X Международный научно-практический конгресс психологов-консультантов, психотерапевтов и представителей помогающих профессий «Помощь психологического консультирования, психотерапии в новейшее время»

1 — 2 июня
Online

III Международный психологический форум «Ребенок в цифровом мире»

22 — 23 июня
Москва

VI Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Сухаревские чтения. Аутоагрессивное поведение детей и подростков: эффективная профилактическая среда»

12 — 13 октября
Киров

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Детская психиатрия в фарватере современных медико-социальных проблем»

30 октября
Москва

8-я Всероссийская научно-практическая конференция «Психическое здоровье человека и общества: актуальные междисциплинарные проблемы и возможные пути решения»

Весь календарь