«Достижения и перспективы российской психотерапии»

«Центральным предметом деятельности сопереживания является переживание пациента, но в предметное поле входят и вся целостная экзистенциальная ситуация пациента, и внутренние состояния и душевные процессы самого терапевта, и динамика терапевтических отношений».

«Идентифицированный пациент, т.е. носитель симптома — лишь видимая часть айсберга, дисфункциональной семейной системы. …часто симптом просто перебирается от одного человека к другому, а система в целом остается без перемен».

В.Е. Рожнову психотерапевты обязаны тем, что вышел приказ Минздрава СССР №750 от 31 мая 1985 г. Этим приказом в номенклатуру врачебных специальностей включена специальность «психотерапевт», а в номенклатуру врачебных должностей должность «врач-психотерапевт».

«Превращение страдания из замкнутой на себя, неподвижной, равной себе реальности в средство и условие реализации ценности принципиально меняет и отношение к нему, и его переживание».

«Одним из наиболее эффективных методов психотерапии признается ТФ-КПТ… Также свою эффективность продемонстрировали методы экспозиционной терапии, ДПДГ. Перспективным представляется дальнейшее изучение ДБТ».

«"Пассивная" роль терапевта нередко оказывается чрезвычайно тяжелой. Иногда она может быть просто невыносимой. Но это и есть то единственное, что мы можем предложить пациенту на первом этапе…»

«Л.М. Кроль делится впечатлениями от встреч с выдающимися психотерапевтами мира, представляющими все многообразие современной психотерапии, из которого, несмотря на его противоречивость, складывается великое богатство психотерапевтического опыта».

«Работая с фигурой Олуха в тренингах, мы возвращаем клиенту право на телесную нелепость — то, что было отнято в детстве через чрезмерное стыжение».

Процесс постановки спектакля сам по себе является вдохновенной целебной работой — психотерапевтическим процессом для всех участников этого действия. Участники театральных психотерапевтических сессий учатся «не играть, а чувствовать… сообразно своей природе»...

«Клинический и исследовательский интерес к последствиям боевого опыта все больше смещается от феноменов, основанных на страхе, к глубоким экзистенциальным страданиям, известным как моральная травма…»

«Результаты наших эмпирических и клинических исследований позволяют описать проактивное совладающее поведение в триаде других типов совладающего поведения (реактивного, активного, проактивного) в контексте уровневой теории личности».

«В функциональной семье изменения обсуждаются, в дисфункциональной часто не обсуждаются. Возникают зоны молчания, люди предпочитают не проверять свои версии происходящего, а принимать их за истину».