16+
Выходит с 1995 года
21 мая 2024
Эмоциональная регуляция: системное мышление и буддизм

Начну этот текст с провокационного вопроса: что в человеческом организме первично — эмоции или мышление? На первый взгляд, кажется, что ответ очевиден — конечно же, эмоции. Но эта очевидность характерна, скорее всего, для взгляда человека, интересующегося психологией. Поскольку здравый смысл подсказывает, что эмоции мешают принимать решения, захватывая внимание и делая поведение непредсказуемым. Потребовались провести специальные нейрофизиологические исследования, которые показали, что решение принимается на эмоциональном уровне, а уже затем мышление подготавливает для осуществленного выбора логическое обоснование.

Эмоции являются составной частью более общего процесса, который известен как переживание. Переживание включает в себе постоянный поток неосознаваемых телесных ощущений, которые в дальнейшем ассоциируются с каким либо эмоциональным состоянием, которому, в свою очередь, необходимо придать смысл, то есть символизировать и составить представление о контексте, внутри которого переживание возникает. Эмоциональная реакция является своеобразной промежуточной зоной между желающим телом, имеющим свои потребности, и окружающей средой, которая становится доступной через контакт, то есть через некоторое действие. Иногда говорят о том, что эмоция это остановленное движение и тогда необходимо возвращать потребности, поставленной на паузу, возможность развиваться в сторону своего удовлетворения.

Можно говорить о том, что эмоциональные реакции являются более ранними в эволюционном отношении. Теория триединого мозга утверждает, что способность к эмоциональным реакциям присутствует у млекопитающих, тогда как когнитивная сфера получает свое окончательное развитие только у человека. Можно ли на этом основании считать, что эмоции по факту своей бОльшей укорененности в телесную сферу не зависят от мышления, а скорее определяют его деятельность?

Попробуем ответить на этот вопрос с описания того места, где возникают эмоции. С одной стороны, эмоции возникают в теле. С другой стороны, эмоциональные реакции появляются внутри особой конструкции, которая называется психическая реальность. Особая она потому, что психика не просто отражает физическую реальность, подобно фотографической карточке, но конструирует ее специальным образом. Этот способ можно описывать с различный позиций. Например, при помощи концепции о когнитивных искажениях.

В рамках этого представления, внутри мышления существует специальный набор процедур, которые отвечают за формирование репрезентации происходящего. Картина объективного мира, которая появляется в результате их действия, с одной стороны, иллюзорна, а с другой — помогает сделать первое допущение о физической реальности. Кроме того, чтобы эту картинку можно было принять за достоверное отражение действительности, необходимо, чтобы в механизм по формированию представлений была встроена сама способность обманываться. Парадоксальным образом то, что было необходимо ранее, в более позднем возрасте приходится обучаться преодолевать. Если в начале процесса развития психики слияние со своей картинкой действительности помогает сформировать автономию, то в дальнейшем, чтобы продолжать движение к усложнению психического аппарата, необходимо подвергать сомнению незыблемость его оснований.

Итак, когнитивные искажения помогают сформировать иллюзорную, но рабочую картину реальности. Поскольку понятие иллюзорности имеет достаточно негативную коннотацию, можно без особых смысловых потерь заменить его на понятие «специальная». Итак, необходима специальная картина действительности, заточенная на возможность осуществления деятельности. При попадании в незнакомую ситуацию человеку необходимо сориентироваться, придать происходящему смысл, иметь возможность отреагировать и упаковать результат в какой-либо опыт. Если приглядеться, то эти задачи достаточно точно совпадают с гештальтистской концепцией о цикле контакта. На каждом этапе существует свой собственный набор когнитивных искажений, который выполняет важную адаптивную роль— позволяет субъекту быть способным к действию.

Например, на этапе ориентировки очень важной оказывается способность к созданию целостной и непротиворечивой картины происходящего в ущерб ее полноте и комплексности. Так работает один из центральных механизмов нашего восприятия — пустоты, паузы и промежутки заполняются некоторыми воображаемыми конструкциями для того, чтобы образ был законченным. Образ реальности не должен обладать внутренним напряжением и поэтому в него с большей легкостью включается то, что согласуется с прошлым опытом и отрицается то, что ему противоречит. Любое действие требует для себя ощущение контроля и поэтому на этом этапе необходима, например, иллюзия прямого влияния на эмоциональное состояние другого человека и ясной осведомленности о содержимом его психики.

Про последний этап ассимиляции также можно говорить очень долго, но остановимся на одном примере — всем известно, что представления о прошлом не является музейным экспонатом, к которому нельзя прикасаться; скорее картинка прошлого постоянно переписывается под действием событий настоящего. Все эти примеры приведены для иллюстрации одной простой мысли — когнитивные искажения необходимы для того, чтобы деятельность могла быть осуществлена, но картина реальности, которая формируется с их помощью, не является полностью совпадающей с происходящим. Более того, можно утверждать, что имеющиеся представления всегда неполны по отношению к действительности, из которой они выводятся. То же самое можно сказать и о субъекте, который всегда не равен собственным представлениям о себе.

 Итак, вернемся к уже озвученному тезису о том, что эмоциональные реакции разворачиваются в пределах психической реальности. С одной стороны, эмоции рождаются в теле, но с другой — тело не существует отдельно от языка, оно не подвешено в вакууме и не является математической формулой — тело пленено воображением, которое обусловливает его реакции. Не тело обладает человеком, но человек обладает телом, которое становится, таким образом, некоторым суждением о субъекте. Если попробовать определить формулу субъективности, то тело окажется выводом функции мышления. Кастрация как психический феномен как раз и означает утрату связи с материнским объектом, переход от непосредственного удовлетворения к символическому. Теперь нельзя уже опираться на незыблемость симбиоза, который дает ощущение окончательной удовлетворенности — теперь, куда бы субъект не шел, он будет видеть перед собой кривые окольные тропы, которые никогда не приведут его на место потерянного рая. Можно находить себя в движении, но цель оказывается недоступной. Тело также перестает быть фундаментом и последним прибежищем — оно подчинено мышлению и символически переписано. Благодаря этому процессу появляется пространство для психосоматических состояний — если тело это высказывание, то симптом оказывается его предикатом.

Описание логики кастрации нам необходимо для того, чтобы понять, каким образом тело включается в происходящее с субъектом. Выше мы описали один путь, который является основным. Второй путь связан с противоположным — когда тело вообще не включено в мышление. Это состояние известно как переживание психической травмы. Кажется неслучайным, что один из авторов психосоматической теории травмы, Питер Левин, описал работу с травматическим опытом через метафору животного мира и назвал свою книгу «Пробуждение тигра». Животные являются своим собственным телом, которое не подвергается символизации. Травма возникает как следствие остановки переживания на уровне телесной реакции. Тело в данном случае оказывается вещью, о которой невозможно сформировать представление, оно находится вне рамок мышления и действует согласно собственной логике. Травмирование возможно в том случае, когда происходящее вторгается в психическую реальность, сметая все на своем пути, и срывает с тела покров кастрационного решения, делая его голым и уязвимым.

Травма запускается на территории мышления, так как опосредуется через систему смыслов, но вываливается на уровень тела. Соответственно, при работе с травмой в рамках этой модели очень важно «отделить» эмоциональную реакцию от телесного события, то есть ввести между ними символическую прослойку и вернуть телесные ощущения в канву переживания субъектности. Похожие процессы происходят и при панических атаках — в этом случае субъект как будто вываливается из символического контекста, который поддерживает его существование и остается один на один с собой. Как слово, которое покинуло предложение, он оказывается предельно одиноким и лишенным своего определения — бунт тела становится единственным способом вернуть себе ощущение бытия.

Вернемся к тому, как действует тело, порабощенное мышлением, поскольку тема работы с травмой требует специального разбора. Эмоциональная реакция, возникающая в рамках определенной конструкции психической реальности, кажется чрезвычайно правдоподобной. Над созданием психической реальности потрудилось огромное количество когнитивных искажений — результатом их работы является полная эго-синтонность эмоциональной реакции. Другими словами, эмоция совпадает с тем, кто ее переживает, то есть она окрашивает переживающего ее субъекта в свои цвета. На первый взгляд, кажется, что совпадение переживания и того, кто переживает, является очевидным и единственно возможным. Но на самом деле, эмоциональная реакция может стать объектом наблюдения. Благодаря этой процедуре смещения внимания субъект имеет возможность наблюдать за своими переживаниями, не будучи в них вовлеченным. Если сохранять фокус внимания достаточное время, окажется, что переживание имеет «внутреннюю» динамику и может трансформироваться в то время, пока за ним осуществляется наблюдение. Эмоция, которая отреагирована сразу, оказывается поставленным на паузу потоком переживания — наблюдение позволяет превратить фотографию в синематографическое движение.

Другими словами, наблюдение превращает отдельное предложение в повествование. В ходе психотерапии это повествование можно разделить с другим. Это важно, потому что в языке отдельное слово ничего не значит — важно то, в какие отношения оно вступает с другими. Также обстоят дела и в социальном измерении — эмоциональная реакция, как некоторое высказывание, направлено на своего адресата. Этим адресатом может быть или реальная фигура, или символическая, в виде терапевта. И это не значит, что символическая фигура менее реальна — мы помним о том, что реальности не существует, а есть только представления о ней.

Наблюдение позволяет выйти из слияния с первой эмоциональной реакцией, которая возникает в ответ на событие. С точки зрения системного мышления краткосрочный выход из ситуации может оказаться даже вредным, поскольку он не учитывает долговременных последствий самой предсказуемой и логичной реакции. В гештальт -терапии есть представление о том, что невроз - это зафиксированная в поведении удачная попытка перевести острую ситуацию в хроническую, то есть, снизить интенсивность переживаний. Эта попытка и является примером быстрого тактического решения, которая в дальнейшем приводит к негативным отложенным последствиям. Самый яркий пример для этого - формирование зависимого поведения. Аддиктивная реализация - это быстрое решение, которое при многократном повторении вызывает побочные эффекты, несравнимые по тяжести с тем дискомфортом, от которого оно вначале избавляло. Наблюдение за эмоциональными реакциями позволяет не снижать интенсивность переживаний, но увеличивать их переносимость.

Рассмотрим несколько примеров

Допустим, в ситуации групповой работы один из участников узнает во взгляде или голосе другого агрессивное послание. Группа является системой, в которой изменение поведения одного члена влияет на всех остальных. Уравновешивающий контур, который приводится в действие в ответ на возмущение в системе, может быть разным - кто-то предпочитает агрессивно реагировать в ответ или наоборот, снижать уровень притязаний, для того, чтобы стать еще более незаметным. В ответ на первую реакцию (ответная агрессия или покорность) включается усиливающий контур системы, который делает другого участника конфликта более агрессивным или более невнимательным. В любом случае вторая реакция скорее подтверждает опасение, которое лежит в основе первой реакции. Таким же образом работает и механизм проективной идентификации, когда поведение строится таким образом, что обратная реакция всего лишь подтверждает ту картину мира, из которой она вырастает.

Другой пример: предположим,  вам нужно совершить какое либо действие, однако когда вы начинаете о нем думать, у вас возникают неприятные переживания. Иногда вы можете просто ощущать эмоциональный или физический дискомфорт при одной лишь мысли о предстоящей деятельности. Что происходит дальше? Предсказуемая модель поведения будет заключаться в том, что вы будете откладывать начало этого процесса или займете внутри него позицию с минимальной вовлеченностью и участием. Эмоциональный дискомфорт подобен упругой стене, от которой отскакивают наши намерения. Однако если в этой ситуации попробовать сохранить внимательность к переживаниям, можно обнаружить, что дискомфорт связан не с деятельностью, а со сложной системой ожиданий и смыслов, которая с ней связана. Это очевидная мысль. Но важна не она сама по себе, а практический вывод, который из нее следует. Если удерживать этот аспект в поле зрения, можно отделять объективную реальность (некоторое занятие) от психической и, тем самым, начинать действовать более свободно. Если у меня получается отдавать себе отчет в том, от чего именно мне становится плохо, то этого достаточно, чтобы делать это «плохо» немного лучше.

Источник

Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

  • Экологическая тревожность: откуда она взялась и что с ней делать
    05.06.2022
    Экологическая тревожность: откуда она взялась и что с ней делать
    «Я боюсь за своих детей, потому что глобальное потепление уничтожит планету» — стандартная жалоба пациента, пришедшего к врачу из-за экотревожности. Психотерапевт Дмитрий Ковпак рассказал, откуда берется климатическая тревожность и как с ней бороться…
  • Паническое расстройство: как победить необоснованный страх
    12.10.2021
    Паническое расстройство: как победить необоснованный страх
    КПТ раскрывает связи между мышлением, переживаниями, физиологией и поведением. Разбирая тревожные ситуации вместе с терапевтом, пациент учится не катастрофизировать, не выбирать худший сценарий, использовать логику и другие варианты поведения…
  • Что делать? Руководство для родителей в период карантина
    03.04.2020
    Что делать? Руководство для родителей в период карантина
    В условиях карантинных мер дети и взрослые проводят вместе дни напролет. Как организовать жизнь семьи в новых условиях? Практические рекомендации предлагает главный научный сотрудник Института изучения детства, семьи и воспитания РАО Вера Абраменкова...
  • Людмила Шёхолм: «Нам нужны поглаживания, чтобы выжить»
    02.04.2020
    Людмила Шёхолм: «Нам нужны поглаживания, чтобы выжить»
    Поглаживание – это единица социального признания. Рене Шпиц нашёл, что у нас есть три голода: по стимулам (прикосновения к телу), по признанию (поглаживания, транзакция), по структуре (расписания, ритуалы). Все три голода должны удовлетворяться…
  • Коронавирус: паника может стать причиной снижения иммунитета
    04.03.2020
    Коронавирус: паника может стать причиной снижения иммунитета
    Иммунитет поддерживает гармоничное состояние души, спокойствие и уравновешенность. Как только человек выходит из себя, он теряет энергию и истощает когнитивные функции, становится менее способным к осознанным действиям и беззащитен перед любыми заболеваниями...
  • «Искусство любви»: интервью психолога Кита Лоринга
    23.01.2020
    «Искусство любви»: интервью психолога Кита Лоринга
    «Необходимо создание безопасной среды, в котором человек может выдерживать свою уязвимость и с уважением относиться к полученным в детстве ранам. Требуется огромное мужество, чтобы снова почувствовать себя маленьким, когда ты уже сильный и большой...»
  • «Для настоящей близости нужна взаимная уязвимость»
    18.11.2019
    «Для настоящей близости нужна взаимная уязвимость»
    Тот, кто может повесить ярлык, отнестись с презрением или стигматизировать, в этот момент переполнен разными чувствами, к которым не готов. Если рядом будет кто-то, кто поможет ему осознать эти чувства, встретиться с ними, выдержать их, пережить, это поможет. Этим человеком может быть психолог. Если некто ранее находился под влиянием людей, которые подвержены предрассудкам и отвергают других, то это становится своеобразным интроектом, встроенным в психику, автоматической, неосознанной реакцией...
  • О шизоидном, параноидном и других характерах
    03.05.2019
    О шизоидном, параноидном и других характерах
    Лекция «О типах характера» знакомит слушателей с шизоидным, параноидным, депрессивным, маниакальным, обсессивно-компульсивным и истерическим характером. Она основана на материалах книги Нэнси МакВильямс «Психоаналитическая диагностика личности» и дополнена примерами из личной терапевтической практики лектора. Описаны общие механизмы формирования характеров и даны рекомендации по помощи и самопомощи...
  • Встреча смыслов. О ресурсном фестивале «Другая арт-терапия…»
    07.02.2019
    Встреча смыслов. О ресурсном фестивале «Другая арт-терапия…»
    Человек создает сценарий, или сценарий — человека? Как помочь клиенту написать сюжет, который будет исцелять, просвещать и преобразовывать жизнь? Как овладеть секретами драматерапии, пробудить жизненные силы с помощью клоунады, прикоснуться к скрытым ресурсам личности через просмотр кино? Эти загадки в течение трех дней разгадывали участники 5-го Всероссийского фестиваля «Другая арт-терапия: кино-, драма-, клоун-...». В первый день мы пригласили гостей на Киностудию «Ленфильм» — всемирно известную студию со 100-летней историей, имя которой с детства знакомо каждому российскому психологу...
  • Когда близкий умирает, или Путь в сопровождении горя
    20.12.2018
    Когда близкий умирает, или Путь в сопровождении горя
    В какой-то момент приходит боль. Бывает рывками и появляется непредсказуемо, а бывает, становится постоянным спутником, непрерывно ноющим комом. Боль у каждого своя. Кажется, что она не имеет границ и никогда не закончится. Захочется ее заглушить, засунуть куда-нибудь, прекратить сейчас же. Но это только продлевает страдание. К сожалению, придется пройти через это. Погрузиться в ощущение боли, прожить и пройти с ней какое-то время...
  • Мэтры психологии о психическом здоровье, психологии и психотерапии
    10.10.2018
    Мэтры психологии о психическом здоровье, психологии и психотерапии
    В День психического здоровья мы поздравляем всех специалистов, которые ежедневно трудятся для сохранения психического здоровья людей, нуждающихся в помощи! О важных составляющих психического здоровья и о тонкостях психологической помощи говорят мэтры психологии: Борис Дмитриевич Карвасарский, Эдмонд Георгиевич Эйдемиллер, Владимир Львович Леви, Александр Иосифович Палей...
  • Интеграция тени через работу с метафорой
    17.08.2018
    Интеграция тени через работу с метафорой
    Встречаются психотерапевтические подходы, где интеграция тени приходит через очень прямое, прямолинейное принятие отвергаемых частей: «если ты видишь, что это есть в тебе, просто прими это, почувствуй себя этим». У таких прямолинейных способов интеграции тени есть много минусов. Во-первых, это очень неприятное занятие. Очень трудно интегрируются те вещи, которые для нас неприемлемы, это вызывает много сопротивления, напряжения. Во-вторых, это в каком-то смысле насилие над личностью. В моей методике «Бумажный третий глаз» принятие отвергаемой части происходит другим образом, принципиально с другой стороны...
Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»