20 октября 2017 , пятница

Жизнь - это мучение?

«Жизнь-это мучение»
 Шура,7 лет

Во время каждой встречи кабинет психолога, работающего с детдомовцами, наполняется  энергией «новой» истории. «Новой» пишу в кавычках, так как она является общей фактически для ста процентов детских повествований. Меняется только оттенок боли, предмет, которым били, места, где протекала жизнь... Даже герои всегда одни и те же: родители, братья и сёстры, коты и собаки, дом и улица. Первое время у меня волосы становились дыбом от всего услышанного. Казалось, что кабинет дышит болью, пропитан страхом. Смотрела на детей и задавала вопросы в пустоту: «Как они смогли это выдержать? Как могут после всего прожитого верить людям и надеяться на взрослых? Как снизить насыщенность травматического следа, помочь детям прожить этот травматический опыт до конца и вырасти более счастливыми, если это ещё возможно?».

Все знают, что дефицит физического и эмоционального контакта с мамой приводит к развитию тревожности, неуверенности в себе, возбудимости, негативизма. Специалисты понимают и степень риска возникновения расстройств личности, а он чрезвычайно высок. Что развивается в ребёнке, мать которого пьёт, бьёт, отец которого пьёт, бьёт, насилует, а потом ребёнок попадаёт в детский дом, приют, интернат? О каком формировании привязанности может идти речь? О каком базовом доверии к миру у ребёнка  можно говорить, если его отвергали, обесценивали, запугивали? Если ребёнок слышит каждый день, чаще, чем своё собственное имя, много лет в свой адрес «дебил», «придурок», «идиот» и так далее, то можно легко сконструировать модель отношения ребёнка к себе в дальнейшем. Он решит, что он дебил, придурок, идиот и сам так же будет обращаться к сверстникам.

Задержка психического развития, педагогическая запущенность есть фактически у всех детей, находящихся в государственных учреждениях. Педагоги обсуждают эти темы постоянно. Каждый из них понимает, что игнорирование ребёнка значимыми взрослыми в раннем возрасте и позже является скрытой формой насилия, которая формирует у ребёнка отношение к себе как к пустому месту, формирует восприятие себя как плохого, гадкого, неправильного, недостойного любви, а порой, и недостойного жизни. Если взрослый не меняет отношение, то впоследствии у ребёнка могут проявиться различные виды зависимостей, попытки суицида, полная неудовлетворённость собой и всеми своими действиями. «Жизнь не удалась и я никто».

Попадая в стены детского дома, интерната, приюта или любого центра оказания такого рода помощи, ребёнок оказывается среди незнакомых людей. Педагогов много и все они разные. Они требуют уважения к себе и к правилам заведения - это работа системы. Дети неосознанно распределяют среди новых  взрослых  социальные роли своих отсутствующих близких. Во многих случаях начинается конфликт интересов. Дети хотят безоценочного отношения, безусловной любви и принятия, в ответ некоторые взрослые говорят, что любить эту массу сиротских существ  - не их обязанность, твердят о «генах» и ярких перспективах стать «шалавой как мать» и «зэком как отец». Конечно, спорить с генами глупо, но важно помнить, что заложенную программу запускает именно то, что окружает ребёнка: семья, учителя, мир и взаимоотношения. Важна среда, в которой в дальнейшем окажется ребёнок. Геном только предполагает возможное проявление негативных черт. Вопрос - запустим ли мы именно его, пробудим ли сущность, способную сгубить ребёнка?

Убедить в этом взрослых бывает трудно. В ответ летят десятки  историй, когда «гены взяли своё».  И тут как в обычной семье: мама и папа могут ругаться на кухне и им кажется, что дети играют и, конечно, их разговор не слышат. Но ведь это не так! В школе, если педагоги между собой обсуждают ученика и ясно дают свою интерпретацию его действий и личности, как зачастую бывает, то через пару часов оказывается, что стены имеют уши, а ярлыки имеют свойство прикрепляться надолго, навсегда.

Тем не менее, если говорить совсем честно, то иногда,  действительно  удивляешься тому, что дети создают и чем наполняют мир вокруг себя. Наташа украла куртку своего одноклассника, продала, себя побаловала доходом. Вернулась в школу, как ни в чём не бывало, стыда не испытала. Исключения из правил придумала сама жизнь. Остаётся гадать, что это  - гены или есть факторы, возможно, более важные?...

Конечно, интернат, каким бы превосходным он ни был, не лучшее место для цветения личности человека. Но если взрослые будут понимать, что ребёнку,  получившему травмы и переживающему их последствия, ещё  предстоит пережить трудные испытания в жизни, что сам он не справится с ними, если никто не поддержит его - вероятно они смогут сказать ребёнку, что он не одинок и они верят в него. Только тогда возможно возрождение личности ребёнка. Пусть множественно травмированной, пусть со слабой, но надеждой на свои силы, свой внутренний стержень, который не сломался под тяжестью бития и бытия.

Эти  истории о детях, не о педагогах, но одну мысль озвучить хочу. Хотелось бы, чтобы люди, работающие с особенными детьми, с детьми травмированными, оказавшимися в сложных жизненных обстоятельствах, относились к ним как к Людям. Если вы чувствуете, что не воспринимаете, искренне не можете воспринимать этих детей Людьми - лучше уйти. Уважение к личности есть основа любого процесса - рождения, воспитания, становления и смерти тоже.

Важно, чтобы такой потерянный во всех смыслах ребёнок мог услышать от кого-то: «Чудо - ты сам! Из 200-300 сперматозоидов выжил ты один! Ты победитель с самого начала и должен оставаться им! Не бойся неудач! Надо пробовать искать в них смысл, учиться и расти над собой. Именно преодолевая трудности ты совершенствуешься!». Конечно, в глазах одних детей это выглядит абсурдно и смешно, а в глазах других появляется  удивление и малюсенькая капля еле трепыхающейся надежды: «А вдруг это и про меня?! А вдруг и я смогу?!».

Расскажу как я работала с подроском, оказавшимся  в стенах интерната

Мама Сергея умерла, когда ему было семь с половиной лет, следом умер отец. Он остался с  двумя младшими братьями и сестрой, на год младше себя. Самое ранее детское воспоминание: вёз брата в коляске, переднее колесо ушло в колею и коляска стремительно поднялась вверх вместе с братом и с Серёжей, который только и мог, что цепляться за ручку, висеть на ней и переживать за малыша. Это был первый случай, когда он чётко почувствовал свою беспомощность.

После смерти родных была соблюдена обычная схема: распределитель, приют, интернат...  Мальчик вырос замечательным парнем, но никак не мог принять ситуацию, смириться и подстроиться под новые условия и систему интернатской жизни. Хотел бросить учёбу в выпускном классе, потом передумывал, потом снова передумывал, чем доставал всех окружающих и мучился сам. Хотел уйти, чтобы работать и быть свободным, мечтал о красивом костюме и джипе: семья-то большая.  Моей задачей стало: разобраться с его огромным чемоданом детских и подростковых воспоминаний, запрелых от обидливых слёз, вонючих, от потливого страха, неузнаваемых и не принимаемых тяжёлых одежд, которые были совсем не по плечу мальчишке.  

Этот детский чемоданчик предстояло, для начала, открыть. Помогли в нашей работе чувства и их отслеживание. Преобладали у парня раздражение, угнетённость и одиночество. Хотя в интернате к нему было привилегированное отношение, доверие и уважение со стороны взрослого коллектива, возможность официально работать. Он злился на себя за собственную обиду на рано оставивших родных. Мешал Сергею сам Сергей. Раздражал себя своим же недовольством.

Считал, что нужно убрать обиду и недовольство собой. Схему выстроил такую: «недоволен собой → хочу понять себя → могу лучше → не делаю → всё раздражает, бесит → что мешает? → назло не делаю, от обиды → на кого злишься? → на родную тётю → почему? →нужна её поддержка, чувство принятия, хочу просто к ней в гости приехать, почувствовать дом, а она равнодушна…».

Ему бы хотелось, чтобы его ждали, ждали дома. В этом месте снова проявилось чувство беспомощности. Он стал отмечать и открыто признавать, что боится себя, не принимает себя в плохом настроении, становится злым и равнодушным. Отсекая части себя, он никак не мог прийти к тому, что всё переживаемое - он сам и есть: «обида - моя, горделивость - моя, равнодушие - моё, переполняющее мучение - моё». Всё это есть и это нормально, когда осознаёшь себя. При этом, он интуитивно искал это непонятное пресловутое «Я» и так же интуитивно догадывался, что с  «ним» надо как-то  встретиться, узнать и соединиться. Проговорить это не мог, не мог найти слова и объяснения, было только внутреннее понимание.

«Что ты хочешь изменить, Серёж?».

«Забыть то, что произошло…».

«Это часть твоей жизни. Это может нравиться или нет, восприниматься тяжелее или проще, со временем может стереться острота и боль воспоминания. Ты можешь говорить, что это было не с тобой. Но рано или поздно боль выскочит наружу и, как показывает практика, в самый неподходящий момент. Сейчас у тебя есть возможность помочь себе. И выбор у тебя есть – делать для себя и ради себя что-то или не делать. Решать только тебе одному. Отказ от перемен - это тоже выбор и он тоже твой. Что ты решишь сделать со всем этим, я не знаю…  Но я готова быть рядом с тобой столько, сколько тебе будет необходимо».

Он всегда с искренним  вниманием и благодарностью слушал, анализировал, строил связи и искал выходы в познаваемых сюжетах жизни других людей. Я решилась рассказать историю, потрясшую когда-то меня саму:

«Узнала об этой трагедии в Индии, несколько лет назад, но до сих пор вспоминаю её в трудные моменты, когда нет сил принимать свою действительность. Два молодых влюбленных человека создали семью. У них родились сыновья. Жизнь протекала в любви, мире, достатке. Они были примерной семьёй для всего округа. Они были счастливыми. Наступил очередной день рождения старшего сына. Ему исполнялось 7  лет. Огромный дом и большая территория вокруг него были празднично украшены. Воздух звенел от счастливых детских голосов и довольных возгласов взрослых.  

Младший сын неожиданно оказался у бассейна в попытке достать уплывающий воздушный шарик. Пятилетний мальчик свалился в воду, не смог выбраться. Именинник по просьбе мамы бегал по дому в поиске брата и нашёл его в воде. Нашёл тело.  Замер от испуга. Какое-то время стоял, не шевелясь, у кромки воды не в силах сдвинуться с места или что-то крикнуть, сказать. Потом, молча направился в дом, вошёл в комнату брата, заперся изнутри в шкафу.

Когда родители кинулись искать сыновей, первым был обнаружен труп младшего. Поиски старшего не давали успеха. Яркое торжество превратилось в трагические розыски. Камера наблюдения помогла проследить передвижения мальчиков. Именинник был найден. Мальчик задохнулся в шкафу, уткнувшись лицом в игрушки погибшего брата.

Как ты думаешь, что родители, в одно мгновение потерявшие обоих детей, жизнь которых стала одним сплошным ужасом, сделали?».

«Я бы с ума сошёл от горя, наверное. Они живы?».

«Да. Был момент, когда муж фактически вытянул из петли любимую жену. Смысла жить дальше она не видела. Но, они были вместе и смогли только им ведомо как, жить дальше. Однако, это случай - не только о постигшем мать и отца горе. Это история о смысле, которым они наполнили позже свою жизнь и тем самым, жизни миллионов людей».

«Прямо миллионов?».

«Именно, я не оговорилась. Родители решили: «Мы потеряли своих любимых детей. Рожать других не станем. Мы не смогли сделать своих мальчиков счастливыми, не смогли увидеть, как они будут играть, расти, учиться. Не уберегли их. Мы не сможем увидеть их взрослыми и нянчить на руках своих внуков. Но мы можем что-то сделать для других детей. Для тех, у кого всё впереди, для тех, у кого есть будущее».

«И что, они сделали что-то?»

«Да! Они создали завод по производству детских игрушек. Он разросся до огромной корпорации. Потеряв двоих сыновей, родители остались родителями и продолжали делиться своей любовью с миллионами малышей  во всём мире. В этом они нашли свой путь. Это их выбор, хотя согласись, он мог быть совсем иным…»

Мы встречались с Сергеем каждый день до того момента, пока некий план будущего, которое он сможет строить самостоятельно, не стал вырисовываться перед ним, пока он не принял решение закончить школу. Однако он честно признавал, что сил у него немного, мотивация слабая, обида большая, страх огромен и ему нужна помощь.

Он придумал получать её так: каждое утро я отправляла ему sms с текстом, который он сам прописал для себя: «Ты должен себе! Ты обязан себе! Ты поклялся себе! Ты будешь счастливым!». Иногда я добавляла фразы: «Надейся на свои силы и Божью поддержку. Верь в себя. Не бойся трудностей, они будут всегда. Иди вперёд, я верю, что ты справишься. Делай и получай удовольствие от процесса. Пусть исполняются твои мечты!».

Про Бога ему можно было писать, так как Сергей не отрицал Его присутствие в своей жизни. Он молился за маму и отца,  и этот молитвенный разговор давал ощущение неодиночества. Но есть дети, подростки, которые ослеплены ненавистью к Богу. Претензии к Нему поглощают и компенсируют в какой-то мере обиду на родных. Смещается объект, оставляя в этом процессе размещения злобы пространство для любимых и одновременно ненавистных родителей: «Это Бог всё неправильно устроил, он виноват, они просто не смогли…». Для них, для родителей, в глубине души, ещё и ещё оставляется малая толика веры и надежды. В глубине души ребёнка живёт прощение и любовь.

Когда я работала с подроском, мы искали книги, которые могли бы изменить его настрой. В них он изучал опыт других и учился выбирать своё. Особенно нравились ему истории людей, которые были никем, а добились больших успехов в жизни, истории о том, что начинать никогда не поздно. Когда перед тобой есть пример успеха «несмотря ни на что», в душе вспихивает надежда на то, что и собственные мечты могут сбыться. Они не грандиозны, они о самом простом, но с поддержкой и верой, с первым успехом можно двигаться дальше. Если первым будет  провал - это не значит, что ты неудачник - это лишь новый опыт и проверка силы устремления.

Парень запоем читал книги по логотерапии, стал вести личный дневник, записывал свои победы, особенно самые маленькие, и свои усилия в этом процессе, учился отслеживать чувства и работать с ними, учился навыкам саморегуляции, правильному дыханию. Это оказался его способ помощи себе, и он сработал.

Думаю, вовремя помог и Андрей Ш., мой хороший друг, спортсмен. Наш Сергей всегда был спортивным парнем, а знакомство с настоящим профессионалом  в той области, которая его привлекала, была подарком. Мы пригласили Андрея в наш школьный тренажёрный зал. Вместе с коллегой они провели полноценное занятие - тренировку для ребят. Позже только сам Серёжка и продолжал начатое, только для него это оказалось действительно важно. Конечно, именно для него это и делалось. Андрей общался с Сергеем на равных, по-мужски. Подарил парню спортивное здоровое питание, расписывал план его тренировок, периодически выслушивал отчёты и корректировал схемы. Думаю, то, что мы все действовали сообща, имели одно желание - понимать и поддерживать парня, было самым важным. Никто ничего не делал за Сергея! Он шёл сам, а мы были рядом на случай необходимости.

Эта встреча показала мне, насколько педагоги включены в жизнь детей. Наш преподаватель физической культуры и классный руководитель Сергея, Елена постоянно находилась рядом. Её женское плечо выдерживало на себе и груз совместных тренировок, и слёзы отчаяния, и дружеские похлопывания и самое приятное - благодарное объятие ученика.

Так трогательно и, признаюсь честно, приятно было слушать Серёжкины  личные переживания в отношении с девушками. Они ссорились, мирились, прибегали по очереди, втайне друг от друга, продумать свои будущие диалоги. В этом столько юношеской наивности и впечатлительности, столько новых открытий и разочарований, ревности и недопонимания, больших ожиданий и надежд, поисков любви.

После школы самый любимый её воспитанник стал студентом высшего учебного заведения. Фактически всю стипендию отдавал тётке в благодарность за то, что она разрешала приезжать к ней и забирала его младших братьев на каникулы, когда они могли видеться со своей семьёй. Сергей по сегодняшний день стесняется слушать похвалу в свой адрес.

Надо признать - это один из немногих случаев такой показательной и успешной работы над собой у воспитанника интерната. Редкость данных явлений, по-другому и не скажу, заставляет задумываться и искать причину- почему смог именно он? Почему таких детей мало? Мне кажется, первоисточник - в присутствии более-менее стабильной семьи в самом начале.  Что-то родители успели заложить в его программу жизни и самовосприятия. Вопрос, что именно? Может, любовь? Чувствую, что даже самая малая её толика, полученная в семье, способна определить путь ребёнка. Это то благословение, то напутствие, то наследие, которое родители успели передать своему сыну.

На одной из групповых встреч мы с детьми смотрели фильм о спортсмене, мечтавшем стать олимпийским чемпионом. Накануне соревнований он получил травму. Врачи и тренер сразу предрекли его уход из спорта и инвалидность до конца дней. Парень просил помощи, просил поверить в него, дать шанс. Он говорил тренеру: «Не ставьте на мне крест! Посмотрите, что я могу!». Но он стал ненужным, несоответствующим, недостойным того, чтобы в него вкладывали и вкладывались. Нашёлся другой тренер, который с терпением и мудростью, с упорством и трудом, своим собственным примером и участием поднял юного спортсмена с колен проигрыша и помог подняться на пьедестал победы. Прежде всего, победы над собой!

У меня нет цели заставить всех плакать и жалеть бедных сирот. Мне важно поделиться тем, что дети скрывают, что не могут в силу разных причин, доверить взрослым и сверстникам, а, зачастую, признаться и себе. Когда со стороны, незаметно, в тёмной комнате, ты наблюдаешь за эмоциями детей, когда они расслабляются и думают, что никто не видит, их слёзы и позволяют им быть. То светлое и чистое, что ещё осталось в душе, пробивается на поверхность, не в силах сдерживать истинную природу ребёнка - радость... Вот тогда и появляется надежда на то, что ребёнок будет пробовать бороться за себя. Бороться с самим собой и с целой системой, к сожалению. И так бы хотелось,  чтобы выйдя из этой комнаты, в которой никто не видел его слёз, ребёнок услышал: «Ты справишься! Я помогу тебе! Я верю в тебя! Ведь жизнь - это не только мучения!».

Может быть, эти слова придётся повторить тысячи раз. Возможно, мы никому не сможем их сказать вообще. Может быть, только для одного единственного ребёнка они будут важны...

Давайте пробовать и начнём сейчас с самих себя.

P.S:

Мы смотрим с детьми фильмы.  До просмотра и после него идёт обязательное обсуждение. Уже знаю, что некоторые не хотят говорить вслух - стесняются, боятся, ленятся. В этих случаях дети пишут о своих мыслях, переживаниях, отвечают на вопросы на бумаге. Подписывают лист только если сами захотят. Это обязательный процесс нашей фильмотерапии.

Сохранились несколько детских записей. Ошибки не исправлены. Часто дети путают русский с украинским языком. Задание: «Чтобы ты сказал тому человеку, который не верит в тебя?»:

«Я хочу вам сказать! Я бы ему сказал я зделаю то что я хочу не ставте на меня крест вы не знаете то что произойдёт со мной».

«Если етот человек делает лютще чем ты не завидуй и не надо обращаться с ним как буто со слабаком».

«Я думаю кто ставит на комта крест говорит эту чушь он не уверен в себе и вдругих а хтата ценит етого человека».

«Будьте всегда добродушными, добра любивыми. Верьте всегда в каждого, никому ниставте крест».

«Я хочу вам сказать вы мне не нравитесь».

«Не ставь крест на людях не проверив их, и не надо им не верить!»

«1.Никогда не ставь на меня крест, и на других людей тоже.
2.Если будешь ставить крест на людей на тебя поставят тоже.
3.Будь добрым, любезным, и не хвастайся ни перед кем.
4.Слушай совет близких».

«1.Не ставь на других людей крест.
2.Посмотри на свои недостатки.
3.Ты должен любить своих соперников».

«Этот человек неправ, потому что он даже не видел что может этот человек, а сразу вычеркнул его, говорит что он ничего не сможет. Вместо того чтобы поддержать».

«Я хочу вам сказать спасибо что я выступил и выиграл».

«Я  хочу чтобы вы поверили в меня и я всё смогу только верь. И всё будет».

Ковалёва Инна Сергеевна
психолог, игровой терапевт
Донецк,Украина
Редакция «Психологической газеты»25.11.2016

Психологический инструментарий

Тест детской апперцепции (САТ)

САТ позволяет исследовать фантазии ребенка, в которых отражаются отношения со значимыми людьми, защитные механизмы и адаптационные возможности ребенка, бессознательные переживания и конфликты, наличие каких-либо психических нарушений

"Роботы". Метафорические карты для работы с детьми, подростками и родителями

Предназначены для работы с детьми и взрослыми. Проблематика может быть очень разной: внутренние конфликты, образ себя в целом и образ тела в частности, представления о близких и об отношениях с ними, измене­ния, адаптация к новым условиям и т.п. Комплект адресован практикующим психологам
Окна в мир ребенка. Руководство по детской терапии. Оклендер В.

Автор исследует сенсорный опыт ребенка, кинестетику, сновидения.
Рассматривается психотерапевтический процесс в целом и различные психотерапевтические техники. Описываются специфические проблемы поведения: агрессия, страх, аутизм, гиперактивность и отчуждение.
Оцениваются взаимоотношения в группе, в семье, взаимодействие со взрослыми

 

Интересная новость?
Вы можете ей поделиться:
Комментарии
Комментариев ещё нет. Вы можете оставить первый!
Желаете оставить свой комментарий?
16+
Информация об издании

Правила публикации

Разработчик портала Versus Ltd

© 2004—2017 · Психологическая газета
При использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на www.psy.su


Мобильное приложение