• Генеральный спонсор — «Иматон»

Скоро

28 марта — 2 апреля
Москва

Первая Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Образовательная кинезиология – через движение к развитию, обучению и долголетию»

1 апреля
Москва

XXVIII Международная научно-практическая конференция «Научный форум: педагогика и психология»

2 апреля
Москва

Семейный инклюзивный фестиваль «#ЛюдиКакЛюди»

4 — 5 апреля
Екатеринбург

II Уральский форум психологов государственных структур и силовых ведомств

5 — 7 апреля
Краснодар

Конгресс «Психологическая помощь—2019»

13 апреля
Белгород

II Ассамблея практической психологии «Ощущение весны»

15 апреля
Новосибирск

XXI Международная научно-практическая конференция «Современная психология и педагогика: проблемы и решения»

Весь календарь

«Расстановки — это работа, направленная на решение конкретной задачи»

/module/item/name

Предлагаем Вашему вниманию интервью со Святославом Анатольевичем Шехом. Святослав Анатольевич - исполнительный директор Гильдии психологов, психотерапевтов и тренеров им. профессора В. А. Ананьева, консультант ИПП ПГУПС ОАО РЖД, ведущий (совместно с О.И. Абдурашитовой-Шех) авторской программы «Практика краткосрочной системной семейной терапии на основе подхода Берта Хеллингера».

- Святослав Анатольевич, есть ли категории людей, которым нежелательно участвовать в расстановках?

- Есть, но их не так много: в расстановках, как правило, не участвуют дети и психически больные люди. Хотя даже в случае психического заболевания на расстановку может прийти член семьи больного, чтобы найти пути помощи этому человеку, а помощь ребенку всегда могут оказать родители или те, кто их заменяет. Прежде чем назначить расстановку, терапевт должен побеседовать с клиентом и определить, может ли он помочь в данном конкретном случае, достаточно ли у него квалификации для работы с тем или иным клиентом, подходит ли данный метод для работы с обозначенным запросом. Важно обращать внимание не только на то, что клиент говорит о своем запросе, но и на то, с какими эмоциями он говорит, и достаточно ли у него мотивации к изменениям. Нужно осознавать, что расстановки — это работа, направленная на решение конкретной задачи. Не раз бывало, что люди хотели прийти посмотреть — я не приглашаю таких людей, потому что в терапевтической группе все должны быть в равном положении. Иногда выясняется, что запрос клиента ориентирован на длительную терапию. Тогда я проясняю ситуацию для клиента и побуждаю его оценить, готов ли он пройти психотерапию. Специалист должен понимать, что расстановкой нельзя «вылечить» всё - это не панацея, это метод, который может быть очень эффективным, если его правильно применять. Он подходит не всем клиентам и не во всех ситуациях.

- Сколько психолог должен работать с набранной группой — необходима одна встреча, несколько встреч или это зависит от задачи, которую ставит клиент?

- Я разделяю подход, который был сформулирован автором метода - Бертом Хеллингером. Он говорил, что после расстановки динамика идет в течение некоторого времени, обычно, несколько месяцев, и всё это время человек меняется. Нужно уважать процесс и дать время ему произойти. Можно, конечно, по любому поводу делать расстановку, но всё-таки это мощный инструмент для глубинной работы и лучше использовать его по назначению. В любом случае, в каждый момент времени человек переживает какой-то один внутренний конфликт, решает какую-то наиболее актуальную для себя жизненную задачу и, поэтому, сколько бы мы ни делали расстановок, мы будем снова и снова выходить на этот актуальный конфликт. Поэтому частые расстановки не имеют смысла. Частые обращения указывают на то, что человек нуждается в профессиональном сопровождении своих изменений и ему показана индивидуальная пролонгированная психотерапия.

Поскольку эффект от расстановки формируется не сразу, иногда клиенты через некоторое время звонят мне, чтобы поделиться результатами, если у них есть такая потребность. Я никому вопросов о результатах не задаю. Конечно, если специалист работает в клинике с соматическими больными, он может наблюдать динамику пациента и по ней судить об эффективности работы. Я более десяти лет веду расстановки - по опыту знаю: если клиенты и приходят повторно, то раз в несколько лет и уже с новыми запросами.

- Насколько уместно в случае соматических заболеваний искать родовые проблемы и переплетения? Возможно, иногда головная боль — это просто головная боль...

- У разных людей причины одного и того же соматического нарушения могут быть разными. Некоторые авторы пытаются классифицировать телесные симптомы, но это невозможно, механизмы формирования симптомов сложные, нелинейные. На человека влияет множество факторов и ответы психики на их влияние у каждого человека индивидуальны. Если голова болит один раз, я бы не стал делать расстановку. Но если она болит периодически и длительный период времени, если врач говорит, что тут есть какая-то психологическая проблема, то я думаю, имеет смысл сделать расстановку. Сегодня многие врачи достаточно грамотны в вопросах психологии и, нередко направляют пациентов с психосоматическими симптомами к психотерапевтам. Кстати говоря, если ко мне приходит клиент и жалуется на телесные недомогания, я сначала всегда интересуюсь, обращался ли он к врачу. Если нет, то обязательно рекомендую пройти медицинское обследование, а уж потом берусь за психотерапевтическое лечение.

- Пожалуйста, приведите пример того, как работает расстановка.

- Расскажу один курьезный случай: ко мне обратился бизнесмен, который никак не мог ужиться с главными бухгалтерами — претензий к их компетентности у его не было, но раз в год он обязательно со скандалом увольнял очередного специалиста. Мы сделали расстановку. Оказалось, что этот не очень молодой неженатый мужчина имел трудности сепарации от своей мамы и те сложности, которые имел дома, он переносил на работу, отделяясь от бухгалтеров вместо матери. После расстановки он смог сработаться с новым бухгалтером, женился и забыл об этой проблеме. Этот случай показателен тем, что не все могут жаловаться на родителей и, поэтому, зачастую с запросом об отношениях с посторонним человеком прийти легче. Чаще всего в расстановках мы выходим на решение проблемы, связанной с близкими. Хеллингер утверждает, что в основе всего лежит любовь: когда мы восстанавливаем порядки любви, у человека появляется возможность проявить эту любовь, одновременно став самостоятельным, и все становится на свои места.

- Вы много лет обучаете расстановкам. Чего студентам больше всего не хватает для успешной работы, что Вы хотите дать им во время обучения?

- Прежде всего, видение и методологию. Это, мне кажется, самое важное. Причем не только методологию Хеллингера, но, в первую очередь, методологию семейной системной психотерапии. Специалисты узнают о сути этого метода, обретут техническую компетентность, обучившись разным видам работы, личную практику в качестве заместителей, клиентов и расстановщиков, а в конце обучения, если у них будет желание и смелость, получат супервизию. Во время обучения специалисты должны понять, что представляет собой семья как система, в чем заключается терапевтический процесс, осознавать динамику работы с клиентом, как именно происходят изменения и кто отвечает за то, чтобы клиент изменился.

- Кто отвечает?

- В расстановке главный - клиент. Он будет искать, что за фигуры проявляются в его расстановке, и он будет, при желании, менять отношение к ним, если были какие-то переплетения в его судьбе. Мы не можем клиента вылечить насильно. Психотерапевт отвечает за процесс — за то, чтобы его правильно организовать, за то, чтобы увидеть, услышать, понять клиента, вести с ним беседу технически грамотно, при необходимости переформулировать запрос, провести правильную диагностику, подобрать подходящие данному клиенту способы устранения нарушений в семейной системе.

Во время обучения специалисты начинают лучше понимать те процессы, которые происходят в расстановке, и то, как правильно структурировать эти процессы для клиента. В первый день обучения им часто кажется, что расстановка — это когда все просто ходят туда-сюда. А к концу курса они не только начинают видеть, что же на самом деле происходит, но и определяют свой стиль работы. Обучение происходит так: методологическая часть, техническая, а затем практика в качестве клиента, заместителя и терапевта, проводящего расстановку. Когда мы учимся, мы обязательно должны побыть и клиентом, и заместителем, и терапевтом. Также в конце этого курса я даю супервизию тем, кто готов провести работу.

- Супервизия обязательна?

- Она очень важна! Наша с Ольгой Игоревной Шех супервизорская группа по методу системных расстановок работает уже более десяти лет. Супервизия – необходимая часть нашей профессии, она не только помогает проверить правильность выбранной терапевтом тактики работы с клиентом, она помогает увидеть и осознать, психотерапевтический процесс в целом: что происходит в отношениях терапевт-клиент, что происходит с терапевтом, его контртрансфер. Здоровый, то есть осознающий себя терапевт, поможет клиенту гораздо лучше. Конечно, абсолютного здоровья не бывает, но если у терапевта в начале сессии появляются эмоции, с которыми он не может справиться, работать невозможно. Разобраться во всем этом помогает супервизия. Я постоянно работаю с личным терапевтом, посещаю две супевизорские группы, и все это помогает мне эффективно взаимодействовать с клиентами. Как бы ни был опытен психотерапевт, он не может избежать эмоций в отношениях с клиентом, психотерапия - это всегда отношения и именно терапевтические отношения, осознаваемый контртрансфер и есть основной инструмент работы в психотерапии. Поэтому постоянная работа над собой дает возможность оставаться, здоровым эмоционально и развиваться. Важно также, повышать свою квалификацию, изучать новое. Как только возникает мысль: «Я уже все знаю» — это очень плохой признак для специалиста. Мы всегда побуждаем наших студентов в дальнейшем проходить личную терапию, посещать супервизорские группы в своих регионах. Интенсив дает введение в метод, понимание процессов, происходящих в семейной системе, методологию системной расстановки, обучение технике, далее специалисту потребуется несколько лет практики и работы над собой, чтобы он мог свободно и эффективно пользоваться этим инструментом.

- Возникают ли какое-то этические проблемы в работе методом расстановок Хеллингера, и если да, то какие?

- Я думаю, что метод Хеллингера экологичен и безопасен, поскольку запрос обозначается очень коротко и без лишних расспросов. Расстановщику не нужно очень много информации, можно ограничиться озвучиванием запроса. Нельзя увидеть какие-то секреты, которые и клиент, и система не готовы показать. Клиент сможет увидеть ситуацию настолько, насколько готов к этому. Участники не узнают, что конкретно произошло в системе клиента сто лет назад, или конкретную ситуацию в жизни клиента. Мы увидим на расстановке, что было, к примеру, насилие, но и только. Язык расстановки – это язык семантики, смыслов. У расстановок другая цель - не выяснять подробности, как в телесериале, чтобы наслаждаться ими, а выровнять нарушенные порядки. Мы относимся к системе с уважением, мы говорим, что все, что происходило - это правильно, и все происходило для того, чтобы система могла выжить и двигаться вперед. Не зря же порядки описаны Хеллингером именно таким образом: терапевт, не уважающий эти порядки, не сможет пользоваться этим методом. Сначала нужно научиться принимать, уважать, относиться бережно, а уж потом приступать к работе с людьми. И когда мы относимся к системе с уважением — не выискиваем правых и виноватых, не ищем конкретных подробностей, подходим безоценочно и с уважением к тому, что происходило, - мы будем лишь определять то, что было нарушено. И система покажет пути к исцелению и восстановлению равновесия.

- Бывает ли так, что нет путей к исцелению?

- Не бывает. Бывают клиенты, которые не готовы внести свой душевный вклад в то, чтобы изменение произошло. Даже в случае тяжелого соматического заболевания человек может найти в своей семейной системе ресурсы, которые будут ему помогать. Семейная система это живая открытая самоорганизующаяся система, в ней самой всегда достаточно ресурсов для «исцеления». Мы не говорим, что клиент обязательно исцелится определенным образом (если у него ампутирована нога, она не вырастет) и не обещаем вылечить онкологическое заболевание. Мы говорим о том, что может быть найден тот путь, который будет наиболее благоприятным для этого человека и этой системы, а уж каким будет этот путь, каких движений души он потребует от клиента, зависит от конкретной ситуации. Клиент получит некие ресурсы, а как он ими распорядится, зависит только от него самого. Я считаю, что очень важно относиться с уважением к желаниям и позиции клиента. Иногда он увидит свою ситуацию и захочет оставить её, как есть. Такое в терапии бывает. Если терапевт не может принять эту позицию клиента, начинает его переубеждать — это контрперенос. Человек имеет право жить так, как он хочет, а не так, как я хочу, и с моей стороны будет насилием убеждать его «правильно» лечиться. В терапии клиент сам выбирает то, что ему нужно. Возможно, через некоторое время клиент сам примет другое решение, это его выбор. На расстановке человек получает импульс к движению, а дальше начинают работать и ресурсы, и сознание этого человека, и его глубинные эмоции и его душа. Это длительный процесс. На расстановке он с помощью специалиста распутывает то, в чем запутался, а направление дальнейшего движения будет выбирать уже сам. Метод расстановки помогает человеку увидеть мощные системные ресурсы, обрести личностную силу и принять собственный, осознанный и свободный выбор!

Беседовала Юлия Смирнова

Опубликовано 28 октября 2013

Материалы по теме

О противоречивости клиент-терапевтических желаний
15.03.2019
Встреча смыслов. О ресурсном фестивале «Другая арт-терапия…»
07.02.2019
Умалишёные и несчастные «дети». Часть третья
07.02.2019
Как научить ребенка рассказывать об эмоциях?
05.02.2019
Ревность. Как научиться с ней жить и сохранить отношения
29.01.2019
ПТСР: практика работы психолога со страхами детей и взрослых
24.01.2019
Умалишёные и несчастные «дети». Часть вторая
17.01.2019
Видеоконференция с Ирвином Яломом «Как смерть помогает нам жить?»
14.01.2019
Умалишеные и несчастные «дети». Часть первая
07.01.2019
«Медицинский психолог, психотерапевт, психиатр: трое в лодке?!»
27.12.2018
Когда близкий умирает, или Путь в сопровождении горя
20.12.2018
Западный и восточный подходы к работе с эмоциями
04.12.2018

Комментарии

Оставить комментарий

  • Генеральный спонсор — «Иматон»
24 марта 2019 , воскресенье

В этот день

Скоро

28 марта — 2 апреля
Москва

Первая Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Образовательная кинезиология – через движение к развитию, обучению и долголетию»

1 апреля
Москва

XXVIII Международная научно-практическая конференция «Научный форум: педагогика и психология»

2 апреля
Москва

Семейный инклюзивный фестиваль «#ЛюдиКакЛюди»

4 — 5 апреля
Екатеринбург

II Уральский форум психологов государственных структур и силовых ведомств

5 — 7 апреля
Краснодар

Конгресс «Психологическая помощь—2019»

13 апреля
Белгород

II Ассамблея практической психологии «Ощущение весны»

15 апреля
Новосибирск

XXI Международная научно-практическая конференция «Современная психология и педагогика: проблемы и решения»

Весь календарь
24 марта 2019 , воскресенье

В этот день

Скоро

28 марта — 2 апреля
Москва

Первая Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Образовательная кинезиология – через движение к развитию, обучению и долголетию»

1 апреля
Москва

XXVIII Международная научно-практическая конференция «Научный форум: педагогика и психология»

2 апреля
Москва

Семейный инклюзивный фестиваль «#ЛюдиКакЛюди»

4 — 5 апреля
Екатеринбург

II Уральский форум психологов государственных структур и силовых ведомств

5 — 7 апреля
Краснодар

Конгресс «Психологическая помощь—2019»

13 апреля
Белгород

II Ассамблея практической психологии «Ощущение весны»

15 апреля
Новосибирск

XXI Международная научно-практическая конференция «Современная психология и педагогика: проблемы и решения»

Весь календарь