16+
Выходит с 1995 года
22 июня 2024
Общая теория навязчивых мыслей и действий

ХХІ век в психологии и психиатрии встретил нас целым рядом проблем, о которых раньше не принято было говорить в больших аудиториях. Действительно, если раньше проблематика навязчивых мыслей или действий, скорее всего, была лишь достоянием узких специалистов – психиатров, теперь об этих вызовах современности заговорили медицинские и клинические психологи.

В конечном итоге человечество столкнулось не просто с разнообразием различных стрессовых факторов, которые в мегаполисах имеют особое значение, но и с целым спектром малопонятных поведенческих и когнитивных реакций людей на эти вышеупомянутые воздействия.

Безусловно, психика граждан защищается от стрессов, множатся вариации психологических защит, изобретаются новые методы и методики борьбы с неблагоприятными психологическими воздействиями. Но что наиболее интересно, из кабинетов психиатров, психологов, специалистов социальных сфер появляются лишь отдельные потоки данных, которые, вроде как, и фиксируют проблему, но не предоставляют ответы на целый ряд актуальных вопросов. А между тем «мегаполисные зацикленности» и навязчивости в городах-миллионниках становятся обычным делом. Многих шокируют картины, когда некоторые люди много десятков раз дёргают ручки своих дверей, потому что у них нет уверенности в том, что они закрыты. Кто-то возвращается с работы, чтобы проверить, выключен ли утюг. Не секрет, что многие автовладельцы создают целые многоступенчатые ритуалы, чтобы точно убедиться, что дверцы машины действительно закрыты на замки. В ряде случаев бесконечно на закрытость проверяются гаражи, магазины, собственные квартиры, офисы, подсобные помещения и т.д. Этот список можно продолжать дальше, и он будет вариативен и разнообразен.

Однако навязчивости многогранны, и мы их начинаем наблюдать не только в сферах проверки, контроля, ревизии. Динамика навязчивых мыслей наиболее ярко выражается и развивается также в различных бытовых и семейных областях. Когда обычные будничные операции превращаются в фобии, любое проявление досады или гнева трактуется как что-то из ряда вон выходящее, опасное. Из этого всего выделяются страхи острых предметов, у людей появляются мысли, что они могут убить других или себя. К этому всему присоединяются иные феномены, когда человек на работе боится сказать что-то нецензурное, неприличное. Парадоксально, но в СМИ, различных информационных сервисах мы также начинаем наблюдать навязчивые тематические потоки. Когда, например, криминальные хроники и сообщения о дорожно-транспортных происшествиях могут надолго перекрыть другие темы и события. И здесь мы начинаем понимать, что не существует какого-либо «компаса» или «карты», которая хотя бы приблизительно сможет ответить нам на вопрос, что на самом деле происходит. Тенденции прошлых лет, когда навязчивые мысли и действия поголовно называли и трактовали как неврозы, лишь одевают на наши глаза розовые очки. Когда нам всё кажется проще, чем оно есть на самом деле. Мы даже уже не говорим о навязчивостях наиболее сложного спектра, где, например, анорексия и булимия остаются классификационно «неприкаянными». И в различных случаях объясняются, а также анализируются из-за этого по-разному.

Так или иначе, мы исходим из тех соображений, что с этой проблемой пока не удалось полностью справиться. Подключение к решению вопроса о навязчивых мыслях (обсессиях) и навязчивых действиях (компульсиях) отдельных психологических школ не приводит к устойчивым или успешным результатам. Сказывается отсутствие определённой «операционной системы», которая бы могла для различных нужд объединить все эти знания в целостный и самостоятельный системный блок. Проще говоря, интегрировать все психологические знания для потребностей решения одной конкретной задачи. В данном случае мы говорим о разделении и дифференциации различных навязчивостей, их возможной классификации.

Переходя от абстрактных рассуждений к более приземлённым, мы отмечаем потребность в новой системе координат, которая могла бы ответить на самые обычные вопросы об обсессиях и компульсиях. Этот пласт ориентировочных знаний, своеобразный фарватер для исследователей, которые пытаются найти ответы на вопросы, можно назвать «общей теорией навязчивых мыслей и действий». Актуальным является то, что эти теоретические построения вполне могут стать крепким мостом для великого разнообразия психологических школ, которые лишь в своём единении способны ответить на самые насущные вопросы человеческой цивилизации.

Представим пять самых основных утверждений, которые составляют фундамент общей теории навязчивых мыслей и действий:

  1. обсессивно-компульсивное расстройство не является самостоятельным и может рассматриваться как регистрозависимый симптом (его свойства и качества зависят от основного заболевания или расстройства);
  2. для классификации навязчивых мыслей и действий используются пять основных регистров (невротический, личностный, психотический, депрессивный, вегетативно-органический) и пять классификационных осей (синдромы и специфика, синтонность / дистонность, уровень осознания, хронизация, сенсорные феномены);
  3. любую навязчивую мысль или действие можно проанализировать в рамках пяти классификационных регистров;
  4. в ряде случаев мы можем наблюдать навязчивости сразу в нескольких регистрах (до пяти);
  5. весьма интересным для изучения является феномен «регистрового сдвига», когда навязчивая мысль (или действие) может переходить из одного качества в другое.

Следует обратить внимание на тот факт, что обсессивно-компульсивное расстройство (характеризуется появлением обсессий и компульсий) довольно подробно изучено в различных диссертациях и научных исследованиях (например, [1; 2; 3; 4] и т.д.). Однако до сих пор нет представления о так называемом «чистом», эталонном ОКР, которое появляется как независимое и чётко определяемое состояние. Из-за невозможности выделения этого феномена без сопутствующих ему расстройств обсессивно-компульсивные состояния часто рассматриваются отдельно в каждом регистре (например, ОКР в составе депрессии, навязчивые мысли и действия во время шизофрении, обсессии и компульсии в составе невроза и т.д.). В результате возникают огромные нагромождения фактологического и экспериментального материала, которые крайне трудно объединить вместе в единую систему. Поэтому первое утверждение общей теории навязчивых мыслей и действий о регистрозависимости обсессивно-компульсивного расстройства (то есть его качественной изменчивости, которая возникает из-за влияния основного заболевания) может быть доказано невозможностью исследования ОКР-стандарта, или навязчивого состояния «без примесей».

Второе теоретическое утверждение также зиждется на вполне проверяемых данных. Пять классификационных регистров по сути являются самыми распространёнными заболеваниями, коморбидными (сосуществующие одновременно болезни) обсессивно-компульсивному расстройству. То есть мы, используя регистро-осевую классификацию, отслеживаем самые распространённые общие качества навязчивостей во время неврозов, личностных расстройств, депрессий, психозов и различных функциональных или органических патологий. В свою очередь классификационные оси (которые, кстати, в интересах различных экспертиз могут быть дополнены или, наоборот, сокращены) являются фильтрами, которые уточняют принадлежность навязчивых мыслей или действий к той или иной основной болезни (регистру). Подобная классификация объединяет в себе психиатрические и психологические данные, оперирует не абстрактными описательными рассуждениями, а логическими связями.

Третий постулат общей теории навязчивых мыслей и действий утверждает, что мы можем довольно точно спрогнозировать качество и характер навязчивости в каждом регистре. Этот аспект практический, и пользу от его использования можно продемонстрировать, используя регистровый анализ различных обсессий или компульсий. К примеру, попытаемся проанализировать навязчивую мысль «страх сделать что-нибудь постыдное». В результате мы получаем следующую картину (или прогноз) возможных разновидностей этой навязчивости. Невротический регистр этой мысли будет свидетельствовать о том, что в психологическом анамнезе такого человека была психотравма, связанная с чувством (эмоцией) стыда. Личностный (психопатический) регистр вышеуказанной обсессии может указывать на различные особенности характера, которые приводят к этой навязчивости. К примеру, личность импульсивна, раздражительна (эпилептоидная акцентуация характера) и в силу этих причин боится, что не сможет достаточно хорошо себя контролировать. Депрессивный регистр обсессии «страх сделать что-нибудь постыдное» весьма вероятно будет отображать одну из составляющих триады Бека: негативный образ себя (а если человек себя видит в мрачных тонах, он вполне может предположить, что сделает что-то не так). Психотический регистр, в свою очередь, будет характеризоваться бредом, встроенным в основную фабулу (в данном случае мы имеем в виду страх сделать постыдный поступок). Здесь может звучать бредовое предположение, что некие злые силы, «голоса», инопланетяне, сверхъестественные недоброжелатели или кто-то другой дистанционно влияют на волю респондента, вынуждают его сделать что-то постыдное, нехорошее. И, соответственно, вегетативно-органический регистр будет указывать на проблемы с вегетативной нервной системой, которые порождают панические атаки с мыслью «а вдруг я сделаю что-то постыдное».

Проанализируем с помощью вышеуказанной классификации ещё одну довольно часто встречающуюся обсессию: страх сделать что-нибудь, повинуясь нежелательному влечению (например, убить близкого или родного человека). Следовательно, невротический регистр этой навязчивости будет указывать на различные психотравмы прошлого, когда кто-то из родственников или других значимых людей, к примеру, был слишком авторитарен. И постепенно стал вызывать такие эмоции, как гнев. Также здесь могут быть психотравматические обиды, которые, уйдя в бессознательное, тем не менее, напоминают о себе различными неприятными мыслями или воспоминаниями. Личностный (психопатический) регистр страха сделать что-нибудь, повинуясь нежелательному влечению, может быть связан с такими акцентуациями характера, как застревание (ригидность, параноичность, которые ведут к злопамятности и быстрому оживлению старых обид) и эпилептоидность (раздражительность, импульсивность). В принципе, эта пара личностных черт вполне достаточна и статистически важна для образования вышеуказанной обсессии. Депрессивный регистр данной навязчивости отображает как негативный образ себя («я способен на что-то страшное»), так и негативный образ будущего («будущее для меня тёмное, случится что-то страшное»). Следует обратить особое внимание, что мы можем говорить о депрессивных обсессиях, когда этому есть объективные подтверждения. Например, при средних или высоких показателях в тесте Бека. В свою очередь, психотический регистр проявляет себя обсессивным бредом нападения, нанесения тяжких повреждений, желания кому-то зла. В этих случаях человек может обратиться в правоохранительные органы с повинной об убийстве, хотя на самом деле он никого не убивал (но галлюцинации об этом событии были). И анализ завершается вегетативно-органическим регистром, где страх сделать что-нибудь, повинуясь нежелательному влечению, рассматривается в рамках трёх основных веток развития: панические атаки с фабулой гнева или нападения при расстройствах вегетативной нервной системы, страх убить при неврастении и патологические аффективно-эмоциональные процессы при органических поражениях мозга либо сотрясениях. Как мы видим, регистровый анализ довольно эффективен при разборе самых разнообразных обсессий.

Четвёртое утверждение общей теории навязчивых мыслей и действий раскрывает наиболее актуальный момент, который связан со сложностью навязчивых симптоматик. Учитывая, что ОКР постоянно встречается с какими-либо сопутствующими расстройствами, есть смысл предположить, что у человека может быть несколько типов или качеств навязчивостей одновременно. Например, возникают навязчивые мысли-воспоминания о психотравмах прошлого и одновременно с этим проявляется обсессивный педантизм, связанный с акцентуацией характера. Следуя логике теории, у одного респондента мы можем обнаружить до пяти различных качеств навязчивых мыслей или действий одновременно.

И последнее, пятое положение общей теории навязчивых мыслей и действий утверждает, что в ряде случаев мы можем наблюдать «регистровый сдвиг», то есть переход навязчивости из одного качества в другое. В этих ситуациях, к примеру, при больших количествах психотравм (невротический регистр) начинают проявляться изменения в характере человека (раздражительность, импульсивность, педантизм, эмотивность и т.д.). Здесь могут быть и другие сценарии, когда сильно невротизированный человек с навязчивыми психотравматическими воспоминаниями постепенно начинает приобретать депрессивные обсессии (с обсессивными прокручиваниями в голове мыслей о самоуничижении, самообвинении, суициде и другими проявлениями триады Бека). Здесь невротический регистр перешёл в депрессивный.

Как мы могли увидеть, все пять утверждений общей теории навязчивых мыслей и действий составляют единую систему, которая может помочь при аналитических или экспериментальных наблюдениях обсессий или компульсий. Вышеуказанные теоретические положения также могут стать вспомогательными «мостами» между психологическим и психиатрическим видениями навязчивых состояний. Следует обратить особое внимание, что вышеупомянутая теория не является «последней станцией» для разработки новых подходов терапии и психодиагностики навязчивых действий либо навязчивых мыслей. Это означает, что она может рассматриваться как «пространство алгоритмов», которое в будущем способно помочь в разработке новых теоретических и практических положений, более детальных пониманий истинных механизмов таких непростых феноменов, как навязчивости. Поэтому, безусловно, теория открыта для критики и дополнений со стороны специалистов как психологического, так и психиатрического профиля.

Литература

  1. Гомозова А.К. Обсессивно-компульсивное расстройство: комплексное психопатологическое и психометрическое исследование : дис. … канд. мед. наук. – М., 2010. – 227 с.
  2. Загороднова Ю.Б. Коморбидные обсессивно-компульсивные и галлюцинаторно-бредовые расстройства при вялотекущей шизофрении (клиника, терапия) : дис. … канд. мед. наук. – М., 2010. – 157 с.
  3. Клементьева И.С. Психотерапия обсессивно-компульсивных расстройств с учётом клинических и личностно-психологических характеристик : дис. …канд. мед. наук. – Москва, 2008. – 155 с.
  4. Масихина С.Н. Шизофрения с обсессивно-компульсивными расстройствами в детском возрасте (клиническая типология, динамика, принципы терапии) : автореф. дис. … канд. мед. наук. – М., 2001. – 21 с.
Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

  • Михаил Решетников. Избранные статьи в двух томах
    05.07.2020
    Михаил Решетников. Избранные статьи в двух томах
    Вышел в свет двухтомник избранных статей проф. М.М. Решетникова: «Современная психотерапия» и «Современная психопатология». Издание объединяет основные работы автора за 20 лет. Материал отобран по актуальности проблем в психологии, психотерапии и психиатрии...
  • XIII Саммит психологов: наша миссия – сохранить Человека
    06.06.2019
    XIII Саммит психологов: наша миссия – сохранить Человека
    2–4 июня 2019 года в Санкт-Петербурге проходил XIII Саммит психологов, который объединил более тысячи психологов из разных стран для обмена профессиональным опытом. Дискуссия в рамках открытого Форума психологов 2 июня была посвящена памяти выдающегося экзистенциального аналитика Александра Баранникова. Панельная дискуссия «Духовность. Сексуальность. Цифра. Куда уводят тренды?» задала участникам Саммита вектор работы по осознанию причин, направленности и последствий стремительных изменений в современном обществе для выполнения великой миссии: сохранить Человека...
  • Использование методики «КМСЭ» в психиатрии и психотерапии
    16.04.2019
    Использование методики «КМСЭ» в психиатрии и психотерапии
    Рамос Валерио Луис Эльмер – врач-психиатр, выпускник программы дополнительного профессионального образования «Танцевальная терапия: теория и практика», автор книги «Методика "КМСЭ" в динамике антропософской танцевальной психотерапии. Теоретическое обоснование. Система диагностики. Оценка эффективности». «Психологическая газета» узнала у Рамоса Валерио Луиса Эльмера о том, для чего психиатру танец, как найти подход к сложному пациенту, и чем полезна его методика в психотерапевтической практике...
  • Фундаментальные техники танцевально-двигательной терапии
    16.04.2019
    Фундаментальные техники танцевально-двигательной терапии
    Доклад «Координация движений, кинестетическая эмпатия как фундаментальные техники танцевально-двигательной терапии» состоялся в рамках II Всероссийской научно-практической конференции «Танцевально-двигательная терапия в реабилитации детей и взрослых различных нозологических групп». Оганесян Наталия Юрьевна - кандидат психологических наук, клинический психолог, руководитель программы дополнительного профессионального образования «Танцевальная терапия: теория и практика» Института «Иматон»...
  • Настоящая и будущая модель невротических расстройств и психотерапии
    05.04.2019
    Настоящая и будущая модель невротических расстройств и психотерапии
    Доклад «Настоящая и будущая модель невротических расстройств и психотерапии» состоялся в рамках Международного конгресса «Психотерапия, психология, психиатрия — на страже душевного здоровья!». Караваева Татьяна Артуровна – д.м.н., руководитель и главный научный сотрудник отделения лечения пограничных психических расстройств и психотерапии, руководитель образовательного направления «психотерапия» ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.М. Бехтерева» Минздрава России...
  • Теория нематериальной природы психики и ее предпосылки
    27.06.2018
    Теория нематериальной природы психики и ее предпосылки
    На 12-м Саммите психологов в Санкт-Петербурге доктор психологических наук Михаил Михайлович Решетников сделал доклад «Теория нематериальной природы психики и ее предпосылки в работах З. Фрейда и его последователей». Докладчик выступил с критикой теорий, объясняющих психическую деятельность реакциями возбуждения и торможения, электрической активностью мозга и т.д. С точки зрения М.М. Решетникова, психика нематериальна...
  • Принципы гендерно специфической психосоциальной реабилитации женщин, больных параноидной шизофренией
    24.05.2024
    Принципы гендерно специфической психосоциальной реабилитации женщин, больных параноидной шизофренией
    «Для усиления потенциала восстановления социального функционирования “защитного потенциала” у женщин с параноидной шизофренией необходимы выявление и установление взаимодействия между больной и значимой для нее фигурой в семье…»
  • Депрессивные расстройства вне психиатрической сети: медико-психологический аспект
    24.03.2024
    Депрессивные расстройства вне психиатрической сети: медико-психологический аспект
    Ежегодно 24 марта отмечается Международный день борьбы с депрессией с целью привлечения внимания людей к проблемам психического здоровья.
  • В России приостановили переход на международный классификатор болезней МКБ-11
    05.02.2024
    В России приостановили переход на международный классификатор болезней МКБ-11
    Решение принято из-за большого числа обращений общественности в части возможного противоречия традиционным ценностям, говорится в сообщении Минздрава.
  • Ранняя диагностика когнитивных расстройств как фактор снижения риска деменции у лиц пожилого возраста: возможности и ресурсы
    02.02.2024
    Ранняя диагностика когнитивных расстройств как фактор снижения риска деменции у лиц пожилого возраста: возможности и ресурсы
    «…количество кабинетов и клиник памяти должно увеличиваться в связи с возрастанием осведомленности и обращаемости населения за помощью. Это повлечет за собой увеличение обращений на ранних стадиях деменции...»
  • Диагностика психической нормы и патологии: психологические критерии
    02.02.2024
    Диагностика психической нормы и патологии: психологические критерии
    «…предлагаем для разграничения психической нормы и патологии комбинированный критерий, содержащий в себе три частных критерия, содержание которых и степень их выраженности помогает психологу оценить вероятность и степень тяжести психического заболевания».
  • Стресс и посттравматический стресс: дифференциация понятий
    17.01.2024
    Стресс и посттравматический стресс: дифференциация понятий
    «…возникает вопрос о том, есть ли различия и как они проявляются в психологических картинах посттравматического и повседневного стресса. Ответы на этот важный, по нашему мнению, вопрос могут дать тщательно спланированные эмпирические исследования».
Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»