16+
Выходит с 1995 года
18 мая 2024
Методика исследования имплицитных теорий семьи

Термин «имплицитная теория (ИТ) личности» был введен Дж. Брунером и Р. Тагиури в 1954 г. для обозначения присутствующего у каждого человека («наивного наблюдателя») представления о психологической организации других людей. Позднее Дж. Келли предложил понимать ИТ как систему конструктов1, отражающую то, как конкретный человек воспринимает сложный мир социальных отношений.

Наряду с ИТ личности некоторые ученые рассматривают также социальные ИТ — убеждения, формирующиеся в массовом сознании относительно того, как и каким образом соотносятся между собой черты какой-либо социальной среды или социального явления (Андреева, 2000), т.е. представления целой группы, а не только одного человека.

Понятие «имплицитная теория семьи» (ИТС) впервые употребил Л.Р. Барнхил (Barnhill, 1979), отметив, что «хорошая», стабильно функционирующая семья описывается исследователями не на научном уровне, а на уровне ИТС. Л.Я. Гозман* и Ю.Е. Алешина (1983, с. 11) также отмечали, что «феноменология семьи изучена пока явно недостаточно, и это отрицательно сказывается на тех “имплицитных концепциях семьи”, которыми пользуются в своей работе психологи-практики». Актуальность исследования представлений о семье усиливается тем, что критерии ее «хорошего» функционирования различаются у терапевтов и у самих членов семьи (Seywert, 1990).

Для описания восприятия семьи ее членами существует множество понятий: «образ Мы» (Черников, 2001), «семейная идентичность» (Аккерман, 2000), «эмоциональное и когнитивное Мы данной семьи» (Шнейдер, 2000), «карта семьи» (С. Минухин, цит. по: Фримен, 2001), «внутренняя картина семьи» (Эйдемиллер, Юстицкис, 2000), «семейные мифы» (А. Эллис, цит. по: Слепкова, 2006) и др. Часто встречаются также термины «модель семьи» (по отношению к научным теориям) и «образ семьи» (по отношению к обыденным представлениям). На содержание этих понятий сильно влияют теоретическая ориентация и ИТС исследователя, и ни то, ни другое не соответствует полному представлению индивида о семье. Кроме того, данные, полученные при изучении семьи с помощью приведенных выше понятий, трудно поддаются корректному количественному анализу.

Мы придерживаемся того мнения, что ИТС — это система концептов (категорий суждения о каком-то явлении), с помощью которой осуществляется процесс социального познания семьи (подробнее см.: Минеева, Лидерс, 2004). ИТС индивида — это система неявных, неотчетливо осознанных или совсем неосознанных представлений, регулирующих тем не менее его реальные взаимоотношения в семейной сфере, организующих его восприятие семьи. Понимание индивидом семейного контекста, суждение о норме и отклонениях семейной жизни, чувства и ожидания по поводу семьи, поведение и отношения с родными определяются его ИТС.

Мы предполагаем, что ИТС индивида имеет по крайней мере трехуровневую структуру (Минеева, Лидерс, 2004).

  • Ядерный уровень — система базовых конструктов, общих для всех людей. Существование такой системы интуитивно очевидно, поскольку все люди понимают друг друга, когда упоминается семья в прямом или переносном значении.
  • Групповой уровень — набор ИТС, разделяемых индивидом со своими группами (гендерными, возрастными, культурными и др.). Групповые ИТС могут образовываться в результате сходного жизненного опыта индивидов.
  • Индивидуальный уровень, сформированный в детстве в родительской семье в результате собственного опыта индивида. Этот уровень ИТС близок концепту «житейских понятий» Л.С. Выготского (1982).

На сегодняшний день разработано и введено в практику большое количество методик для диагностики семьи, семейных отношений (Лидерс, 2006), однако интерпретации результатов тестирования и цели вмешательства опираются на ИТС психологов не меньше, чем на теоретические модели семьи, заложенные в используемых ими психотерапевтических и психодиагностических подходах.

Далее будет описана авторская методика исследования социальных представлений о семье.

Для исследования ИТС мы выбрали психосемантические методы, поскольку они очерчивают систему значений, организующих восприятие и поведение человека, и при этом позволяют применять количественный анализ данных.

Множество оснований категоризации, используемых респондентом, образует категориальную структуру той или иной содержательной области его сознания. При геометрической реконструкции семантического пространства (СП) эти категории-факторы задают координатные оси некоего многомерного СП, в котором анализируемые значения описываются через их координаты, а срезы СП представляют собой содержательно однородные СП (Петренко, 2005).

В нашем случае параметры (категории) не задаются экспериментатором. Целью исследования являлось именно определение осей СП как конструктов ИТС.

Выборка

В исследовании приняли участие 260 человек. Из них: 30 — на стадии сбора лексики, описывающей семейную жизнь; 10 экспертов, отбиравших стимульный материал для исследования; 10 экспертов — на стадии перевода стимульного материала на французский язык (для проведения кросскультурного исследования) и 210 испытуемых. Сравнивались следующие подгруппы.

  1. Студенты пятых курсов психологических факультетов МГУ им. М.В. Ломоносова и Гренобльского университета (Франция), не состоящие в браке, — для выделения культурных составляющих ИТС.
  2. Женатые и холостые респонденты — для выделения влияния семейного опыта на конструкты ИТС.
  3. Мужчины и женщины четырех возрастных подгрупп — для выявления влияния гендерных и возрастных различий.
  4. Психологи и не психологи. Сравнение конструктов, выделяемых этими подгруппами, показывает влияние теоретических установок.
  5. Объединенные группы французов и русских разного пола и возраста — для выделения базовых конструктов, отраженных в лингвистической связанности, системности языка.

Методика

В исследовании применялась методика свободной сортировки лексических единиц, обладающая, на наш взгляд, рядом достоинств, среди которых простота получения информации от респондента, небольшие временные затраты на проведение опроса. Каждый респондент мог выбрать значимые для него смыслы предлагаемых лексических единиц и в соответствии со своей системой смыслов разложить объекты по группам.

Испытуемому не навязывается количество классов и основания, по которым он должен оценивать объекты. Таким образом, метод позволяет выявить индивидуальное основание классификации у каждого испытуемого и тем самым выделить существенные характеристики изучаемого явления, а также получить данные о структуре восприятия объекта исследования в сознании респондента. В то же время при применении указанного подхода встречаются трудности в дальнейшем анализе данных. В первую очередь это связано с тем, что мы получаем разное количество классов объектов для каждого респондента, к тому же экспериментатор не имеет никакой информации о том, как респондент оценивает объекты. Сами классы являются отражением его субъективной смысловой структуры.

Выбор лексических единиц

Лексика, описывающая различные категории семьи, была собрана с помощью специально разработанного опросника, а также интервью клиентов семейного консультанта, мини-сочинений слушателей Высшей школы социальной работы (второе высшее образование), фокус-группы (участники — школьные психологи и социальные педагоги). Были также привлечены слова из аналогичных исследований2. Итоговая подборка содержала 306 слов. Затем эксперты (семейные консультанты) отобрали 100 слов, характеризующих основные категории семьи и семейной жизни. Этот результирующий список слов (табл. 1) и был использован в исследовании.

Таблица 1. Результирующий список слов (по алфавиту)
Таблица 1. Результирующий список слов (по алфавиту)

При переводе на французский язык словарь подвергся определенной адаптации, чтобы соответствовать реалиям французских представлений о семье. Адаптация проводилась в несколько этапов.

  1. Непосредственно перевод.
  2. Проверка переведенных слов 8 двуязычными экспертами-лингвистами (русскими и французами) с обсуждением неоднозначных вариантов.
  3. Обсуждение каждого переведенного понятия в ситуациях его употребления в контексте семьи с руководителем французской части исследования Ж. Пуссеном и окончательный выбор соответствующей лексики.

Процедуры опроса респондентов и обработки результатов

Респондент получал набор из 100 слов на отдельных карточках и должен был разложить слова в любое количество групп (не менее 3, но и не более 15), а затем дать название каждой группе. Во время сортировки можно было перекладывать слова из группы в группу, если респондент посчитает это необходимым. Никаких оснований для группировки не давалось.

При необходимости испытуемые могли дополнить предложенный им список, для чего в набор карточек добавлялось несколько пустых.

Исходные данные от респондентов были получены нами в виде разложенных по группам слов. У разных респондентов было разное количество групп. Для каждого респондента была построена матрица 100х100 элементов, состоящая из 0 и 1. Единица ставилась на пересечении двух слов, если респондент поместил эти два слова в одну группу. Таким образом, мы получили индивидуальные матрицы для всех респондентов. Далее путем суммирования элементов индивидуальных матриц были получены общие групповые частотные матрицы.

Для обработки результатов свободной сортировки часто применяют факторный и кластерный анализ. Однако для факторного анализа необходимы предположения о связи объектов друг с другом. Кластерный анализ интересен, он хорошо выделяет близкие по смыслу слова, но не позволяет четко разнести слова, относящиеся к противоположным по смыслу категориям.

Мы полагаем, что наиболее адекватными для обработки результатов свободной сортировки являются методы многомерного шкалирования (МШ).

Основные модельные предположения в МШ составляют понятия «дистанция» и «пространство восприятия». Частота попадания объектов в один класс представляет собой естественную меру сходства объектов, которую мы принимаем за меру близости. Очевидные параллели между таким пониманием понятия сходства и понятием геометрической близости привели к использованию функции расстояния для описания психологического сходства во многих психосемантических исследованиях (Артемьева, 1999; Петренко, 1997; Серкин, 2004; Шмелев, 1993).

МШ не требует от респондента оценки объектов по заранее заданным характеристикам (как, например, в технике семантического дифференциала), а использует вместо этого суждения о сходстве между объектами. Кроме того, размерность пространства восприятия, так же как и шкальные значения объектов, определяется из самих исходных данных, в отличие от кластерного анализа, где принимается одна размерность.

При этом методы МШ максимально сохраняют структуру исходных данных и позволяют построить СП, оси которого соответствуют различным категориям (конструктам), что отвечает целям психосемантического исследования.

Интерпретация результатов МШ отличается определенной субъективностью. Это проявляется уже в том, что требуемую размерность СП выбирает исследователь.

В МШ размерность СП выбирается исходя из требования минимизации среднего отклонения результирующих расстояний между словами-стимулами от исходных.

Эмпирически многими пользователями МШ получено следующее правило выбора количества осей СП: берется не то количество осей, которое обеспечивает наименьшую ошибку, а то, на котором происходит наибольший изгиб функции ошибки (стресса).

Проиллюстрируем процесс выбора количества шкал СП для интерпретации на примере подгруппы незамужних студенток-психологов — француженок в возрасте до 32 лет. Эта подгруппа оказалась наиболее однородной по ответам, поэтому на ней удобно показать процесс выбора необходимого количества шкал.

В данной подгруппе функция ошибки выходит на минимум при размерности СП, равной 8. Однако для интерпретации существенна значимость (амплитуда) шкалы. Ниже продемонстрировано, что при таком количестве осей их значимость будет низкой. На качественном уровне это означает, что мы учитываем не только основные категории, выделяемые большим количеством испытуемых, но и частные вариации.

Рассмотрим полученное 8-мерное СП. Далее знаки в квадратных скобках обозначают полюса шкал. Цифры в круглых скобках — координаты соответствующего слова или нескольких слов подряд по данной шкале. Названия шкал соответствуют наиболее типичным названиям, которые испытуемые давали группам слов.

Шкала 1/8. Сущность семьи

[+] Семья как духовная ценность: Гордиться, Надежда, Счастье (0.5)
[–] Семья материальная: Члены семьи (0.8), Дом (0.6)

Шкала 2/8. Воздействие семьи на ее членов

[+] Давление: Имущество (0.7), Могилы родных, Договор, Скучать, Одиночество, Зарабатывать, Власть.
[–] Поддержка: Уверенность (0.6), Убежище, Тепло

Шкала 3/8. Порядок / Хаос

[+] Порядок в семье: Распределение забот (0.5), Свое место в доме, Порядок
[–] Не относится к семье3: Ненависть (–0.6), Раздражение (–0.5), Ревность

Далее идут две шкалы с меньшими амплитудами, противопоставляющие понятие свободы словам, указывающим на семейную сплоченность, согласие, интересы расширенной семьи (рода).

Шкала 4/8. Что мне даст моя будущая семья?

[+] Социальный аспект: Свобода, Социальное положение (0.5)
[–] Эмоциональный аспект: Согласие, Продолжение рода (–0.4)

Шкала 5/8. Личная свобода / Включенность в родительскую семью

[+] Сплоченность: Домашняя еда (0.6), Семейные торжества (0.5)
[–] Свобода: Свобода (–0.5), Совесть, Жизнь

Шкала 6/8. Границы семьи

[+] Материальная независимость семьи: Деньги (0.5), Независимость (0.5)
[–] Психологические границы: Привычки, Домашние имена, Обычаи (–0.5)

Шкала 7/8. Грани принадлежности

[+] Принадлежать (0.4)
[–] Зависеть (–0.4)

Шкала 8/8. Положительное в семье

[+] Внешние характеристики семьи: Благополучная (0.4)
[–] Обстановка внутри семьи: Уют, Общаться, Отдыхать (–0.4)

Можно видеть, что координаты слов начиная с четвертой шкалы довольно маленькие, причем одни и те же слова оказываются определяющими (на полюсах) нескольких осей. Это означает, что мы учитываем «экспериментальный шум» — мелкие различия в категоризации, свойственные испытуемым.

Существенное изменение функции стресса происходит в два этапа, сначала при переходе к трехмерной модели СП, а затем — к четырехмерной. Более упрощенный трехмерный вариант для совершенно разных выборок испытуемых дают оси-конструкты, почти совпадающие по форме противопоставления, но различающиеся по содержанию. Это позволяет легко сравнивать ИТ различных подгрупп. В модели четырехмерного СП достигается большая точность не только в математическом смысле (резко падает функция стресса), но и в психологическом, поскольку в последнем случае выявляются более тонкие градации конструктов. Однако при этом сами оси могут различаться у отдельных подгрупп, что затрудняет сравнение. Таким образом, можно рекомендовать для сравнительного анализа ИТ использовать трехмерную модель, а для углубленного анализа конкретной подгруппы — четырехмерную.

Следует помнить, что положительное или отрицательное значение координат слов-стимулов означает только то, что слова на противоположных полуосях шкалы противопоставлены по смыслу друг другу. Для успешной интерпретации смысла конструкта необходимо также учитывать смысловую общность слов, имеющих максимальные координаты (независимо от знака), и их противопоставленность «центру» — словам, имеющим близкие к 0 координаты по этой шкале.

Анализ результатов

Для всех подгрупп испытуемых выявляется схожая структура трехмерного СП. Индивид и система всегда оказываются на противоположных концах первой оси. Две другие оси противопоставляют социальные и психологические функции семьи и ее гомеостаз и динамику. Мы интерпретируем это сходство как подтверждение существования общекультурного инварианта — поверхностного уровня ИТС. Именно он позволяет людям, принадлежащим к разным культурам, понимать друг друга, примерно одинаково воспринимать художественные произведения, касающиеся семьи.

СП следующих размерностей дает возможность выделить конструкты более глубоких уровней, социальные ИТ группы (гендерной, возрастной и др.).

Сравнение трехмерного СП французских и русских студенток

Сравним СП незамужних студенток-психологов из Франции и России. Это две гомогенные группы женщин одного возраста, изучающих психологию (в частности, психологию семьи) по схожим программам, не имеющих опыта семейной жизни. Они живут примерно в одних и тех же условиях, находятся на иждивении родителей. Это старшекурсницы, перед которыми остро стоят проблемы обретения независимости, поиска работы, устройства личной жизни. В то же время эти две группы принадлежат разным культурам, разным языковым общностям. Шкалы СП у них практически совпадают, но более подробный анализ содержания конструктов показывает различия. Рассмотрим их.

Первая шкала-конструкт противопоставляет семью и личность. На один полюс попадают члены семьи (мать, отец, дети, бабушка / дедушка и др.) с координатами 0.7—0.5. У русских испытуемых эти слова лежат в отрыве от всех остальных, а у француженок вместе с ними на полюс шкалы попали такие слова, как Происхождение (0.7), Родственники (0.6) и другие, рисующие образ многопоколенной семьи — клана. На другом полюсе у француженок — личные экзистенции: Независимость, Надежда (–0.7), Одиночество, Совесть, Свобода, Быть собой (–0.6), Быть нужным (–0.5). У русских члены семьи противопоставлены разнообразию индивидуальных чувств: Надежда, Ненависть, Счастье, Горе, Ревность, Любовь (–0.5), где наиболее значимыми оказываются чувства, направленные на другого: Симпатия (–0.7), Привязанность (–0.6).

Второй конструкт противопоставляет механизмы сплочения семьи: социальные (то, что связывает, организует группу) и межличностные (то, что связывает индивидуумов). В обеих подгруппах на полюсе социального находится слово Власть (0.7). При этом у француженок оно связано с семейным согласием, упорядоченностью (Согласие, Социальное положение (0.6), Порядок (0.5)) и одновременно с зависимостью, негативным оттенком (Обижаться, Ссориться (0.5)). У русских это слово также соседствует со словами, отражающими упорядоченность (Права, Долг, Зарабатывать (0.6)), однако попадающие на тот же полюс Умирать (0.6) и Ненависть (0.5) сообщают всей группе слов резко негативный оттенок. Само слово Порядок по этой шкале у русских девушек находится близко к середине шкалы в зоне незначимых слов (0.2), тогда как у француженок примыкает к полюсу социального.

Противопоставленный полюс этой шкалы отражает то, что связывает людей в семье. Для француженок это в первую очередь поддержка и супружеские отношения (Откровенность, Поддержка, Ласка, Секс, Муж, Жена (–0.6), на втором месте Любовь (–0.5), Забота, Доверие, Близость, Дети (–0.45). Для русских наиболее значимыми оказываются покой-уют и супружеские отношения (Секс (–0.6), Покой, Уют, Вместе, Опора (–0.5)), затем стабильность, «семейственность» (Домашние имена, Семейные торжества, Обычаи (–0.45)). Обращает на себя внимание то, что у русских студенток эта группа слов не связана с определенными семейными ролями, а у француженок сюда попадают роли нуклеарной семьи, супруги и дети.

Третий конструкт на одном полюсе объединяет позитивные характеристики семьи, жизнь семьи как целого организма. У русских это: Благополучная (0.7), Гостеприимная, Прочная, Замкнутая (0.6), Сплоченная, Обещание / клятва, Покой, Уют, Жизнь (0.55) – для француженок, и Благополучная (–0.8), Прочная, Гостеприимная (–0.7), Жизнь (–0.6). На другом полюсе объединены процессы, деятельность, из которых состоит семейная жизнь. Этот полюс резко различается у двух подгрупп. Для француженок речь идет о жизни благополучной нуклеарной семьи, в которой люди общаются, растят детей, что-то делают вместе, уважают и гордятся друг другом: Общаться (–0.7), Отдыхать, Растить детей, Воспитывать, Вместе (–0.6), Заступаться, Уважать, Гордиться (–0.6). Для русских позитивной жизни семьи противопоставлены мрачные процессы в многопоколенной семье-клане: Умирать (0.8), Старость (0.7), Память (0.6), Ненависть, Могилы родных, Происхождение (0.5), Горе, Быть нужным, Привычки (0.5).

Если подобным же образом сравнить особенности четырехмерных СП (табл. 2), то можно обнаружить отличие противопоставлений при похожих по форме полюсах шкал.

Таблица 2. Четырехмерные СП французских и русских студенток
Таблица 2. Четырехмерные СП французских и русских студенток

В подгруппах француженок и русских совпадают возрастные, гендерные, ролевые особенности. У них одинаковое образование и семейное положение. Отличаются только язык и культура. По-видимому, именно эти факторы служат причиной различия СП.

СП объединенной группы французов и русских различного пола и возраста

Для объединенной группы были построены двухмерная и трехмерная модели СП.

Двухмерное СП

Шкала 1. Индивид / Семейная система: [+] Свобода, Независимость (0.8) — [–] Родственники, перечисление членов семьи (–0.8)

Шкала 2. Моральная оценка: [+] Власть, договор, ненависть (0.9) — [–] Долг, Ценности, Ответственность (–0.8)

Шкала 1, отражающая противопоставление индивида и семейной системы, выделяется во всех подгруппах испытуемых при двух- и трехмерном СП (см. ниже). При увеличении размерности СП до трех вторая шкала (Моральная оценка) распадается на две: Мы (Связанность — Привязанность) и Функции семьи (Социальные — Психологические). При этом все слова, организующие эти два конструкта ИТС, имеют значимые координаты и по двум осям, т.е. у разных испытуемых они попадают в группы двух типов. Коннотативный оттенок сохраняется за шкалой Мы, а шкала Функции семьи становится денотативной.

Трехмерное СП

Шкала 1. Уровень общности: [+] Системность — [–] Индивидуальность.
Шкала 2. Мы (отражает механизмы, объединяющие семейную систему): Связанность [+] — Привязанность [–].
Шкала 3. Функции семьи: [+] Социальные функции семьи (семья для общества) — [–] Психологические функции семьи (семья для меня).

Выделенные шкалы СП мы интерпретируем как конструкты социальной ИТ, которая представляет собой групповой инвариант индивидуальных ИТС. Поэтому на первый план вышли основные, глобальные конструкты восприятия семьи, которые, возможно, являются общечеловеческими.

Шкала 1 отражает механизмы, связывающие семью в единое целое. На одном ее полюсе находятся позитивные чувства и отношения (Доверять, Обнимать, Понимание, Близость), на другом — системные отношения (Происхождение, Обычаи, Имущество). Шкала 2 противопоставляет семью как иерархическую систему в комплексе с негативными состояниями и чувствами и конкретных людей (членов семьи) в комплексе с понятиями Тепло и Близость. Шкала 3 определяет дихотомию Динамика повседневных отношений — Договор / контракт.

Сравнение СП русских и французских респондентов

Рассмотрим ИТС общей выборки французов.

Трехмерное СП

Шкала 1/3. Домочадцы — То, что дает семья (ценность)
Шкала 2/3. Внутри благополучной семьи — Внутри неблагополучной семьи
Шкала 3/3. Семейный порядок — Быть собой

Четырехмерное СП

Шкала 1/4. Члены семьи — Покой, уважение
Шкала 2/4. Семейные плюсы (Дом, Согласие) — Семейные минусы (Власть, Договор)
Шкала 3/4. Семейные ценности — Семейный негатив и секс
Шкала 4/4. Жизнь человека (экзистенции) — Семейная жизнь (быт)

Информацию об ИТС можно получить также из названий, которые респонденты дают группам слов. Анализируя сырые данные, включающие в себя названия подгрупп, мы можем видеть, что классификации французской выборки в значительной мере унифицированы как по количеству групп (6–8), т.е. по степени когнитивной сложности ИТС, так и по наличию (у 80% респондентов) группы, обозначенной как «Семья». Это говорит о том, что во французской культуре принят аналитический, «философский» взгляд на семью как на объект. Действительно, именно семья как целое, а не отношения в ней, является в первую очередь предметом большого количества дискуссий, исследований, статей в прессе.

Рассмотрим ИТС общей выборки русских.

Трехмерное СП

Шкала 1/3. Домочадцы — Независимость
Шкала 2/3. Семейный негатив, формальные отношения, власть — Благополучная семья
Шкала 3/3. Организованная жизнь (Ценности, Порядок, Покой, Долг) — Жизнь в семье (Согласие, Связывать, Воспитывать, Уважать, Ссориться)

Для русского респондента слова Власть, Порядок, Контракт определенно связаны с одиночеством или негативными отношениями.

Расширение СП русской группы до 4 шкал мало меняет содержание конструктов. Это свидетельствует скорее всего о том, что в русской культуре в настоящее время представления о семье существуют в упрощенном, укрупненном виде. Однако возможно и другое объяснение, базирующееся на экспериментах В.Ф. Петренко (2005), в которых показано, что тема семьи вызывает эмоциональное напряжение, ведущее к упрощению системы категорий. Это предположение согласуется с консультативным опытом авторов настоящей статьи.

Сравнительный анализ СП различных подгрупп

Качественный анализ данных по подгруппам выявляет различия как в количестве конструктов (сложность ИТС), так и в их содержании. Например, в подгруппах женатых мужчин и замужних женщин среднего возраста мы наблюдаем высокую значимость и структурированность для мужской выборки понятий, касающихся семейной структуры, иерархии, власти, и «слипание» и меньшую значимость понятий, касающихся чувств и межличностных отношений. У женщин при противоречивом составе «созвездий» слов в СП пространство чувств и отношений хорошо структурировано, эти понятия имеют более высокую значимость, чем семейные роли и организация семьи. Понятия Власть, Договор, Порядок, Права, Обязанности также имеют высокую значимость, но они оказываются на одном полюсе с Одиночеством, Горем, Смертью, т.е. негативно окрашены.

Слова, не вошедшие в полярные области, также характеризуют гендерные и возрастные отличия. Так, например, в группе женщин в возрасте 23–32 лет, состоящих в браке, близкими к нулю (т.е. «не важными» для семьи) оказались слова Жена и Отец, а также все слова, отражающие благополучие, поддержку, совместность, тепло, радость, интимные отношения. Возможно, это свидетельствует о некотором неблагополучии респонденток, депривации определенных ценностей.

Женщины и мужчины, выделяя группу «Семья», наполняют ее разными смыслами. Женщины помещают в нее слова Любовь и Ненависть, Независимость и Связанность, Радость и Горе, Одиночество и Близость, а также Дом, Хозяйство. В эту группу всегда входит слово Дети (но не Сын или Дочь) и никогда не входят слова Муж, Секс и Счастье. Мужская часть выборки включает в «Семью» такие слова, как Жена, Дом, Уют, Домашняя еда, Секс. Иногда — Счастье, Радость, Любовь и Ценности. Следовательно семья означает для мужчины бытовую стабильность, создаваемую женой, а для женщины — полноту эмоциональной жизни, связанную с детьми.

Особенности индивидуальных классификаций выявляются при качественном анализе сортировок. При этом мы можем выделить не только обобщенные параметры семейной модели, но и те аспекты семейной жизни, в которой отдельный респондент испытывает депривацию.

Заключение

1. В процессе сбора данных испытуемым давалась возможность исключить слова, не относящиеся, по их мнению, к понятию «семья», а также добавить слова, которых, по их мнению, не хватает в словаре. Поскольку они не сделали никаких существенных дополнений или исключений, мы заключили, что составленный нами набор лексических единиц позволяет адекватно описать семейную жизнь.

2. Метод свободной сортировки достаточно прост для испытуемых, он позволяет избежать влияния побочных факторов, хорошо выполняет функцию сбора сырых данных, но сложен в обработке. Методы МШ сохраняют структуру сырых данных, делая их более наглядными, интерпретируемыми за счет понижения размерности СП. Мы обнаружили, что целесообразно выбирать размерность пространства «3» для сравнения выборок испытуемых и «4» для анализа конкретной выборки.

3. Анализ сходства и различия СП подтверждает зависимость групповой составляющей ИТС (социальных представлений) от возрастных, гендерных и культурных особенностей испытуемых.

4. СП низких размерностей почти совпадают во всех подгруппах. Ось, отражающая уровень общности, выделяется во всех подгруппах при двухмерном и трехмерном СП. При увеличении размерности СП до трех осей вторая ось (Моральная оценка) распадается на две: Мы (Связанность — Привязанность) и Функции семьи (Социальные — Психологические). Коннотативный оттенок сохраняется за шкалой Мы, а шкала Функции становится денотативной.

Исключение составляют результаты старшей группы французов. Для них конструкт «Индивид — Система» отображает противопоставление индивидуальной независимости семейному порядку, а полюс Родственники противопоставлен понятию семьи как духовной ценности. Вероятно, старшее поколение французов испытывает сильное влияние католического представления о семье, для которого характерны противопоставление материального (бытового) высокому (духовному) в жизни семьи и высокая ценность порядка. В старшей группе русских этого не наблюдалось. На данном этапе мы можем предположить, что базовая религиозная модель слабо воздействует на эту подгруппу.

Тем не менее мы полагаем, что для сравнения различных подгрупп можно использовать трехмерное СП, поскольку оно сходно у всех подгрупп и одновременно отражает их своеобразие. Для более точного анализа отдельной подгруппы достаточно использовать четырехмерное СП. Выше было показано, что процесс увеличения размерности СП происходит за счет «расщепления» двух последних осей.

5. Качественный анализ показал, что у французской выборки представления о семье в целом и семейных ролях более оформлены, структурированы и, соответственно, более однотипны. У русских респондентов сортировки сильно различаются по количеству групп, а их названия с трудом поддаются классификации. В группу с одним и тем же названием могут попасть совершенно разные понятия, т.е. представления русской выборки о семье довольно хаотичны, роли малосодержательны.

6. Исследование отдельного испытуемого с помощью нашей методики позволяет произвести только качественную оценку системы конструктов его ИТС. Количественный анализ возможен только для группы респондентов. Таким образом, методика выделяет два первых уровня ИТС — ядерный и групповой. Это и есть социальные представления о семье.

В дальнейшем возможно преобразование разработанной нами исследовательской методики в диагностическую на основании полученных данных о социальных представлениях о семье, их генезисе, гендерных и других различиях.

Примечания

1 Конструкт — биполярный признак, противоположные отношения или способы поведения (Франселла, Баннистер, 1987). Конструкты — «не осадок биографических фактов и не факсимиле реальности. Это особые референтные оси (димензии), посредством которых человек ухитряется упорядочить свое психологическое пространство и выделить различные линии своего поведения» (Келли, 2000, с. 87).

См.: Демакова Л.Е. Архетипические корни обыденных представлений о семье. Дипл. раб. Ф-т психологии Тюменского гос. ун-та, 2002.

3 Группа слов с таким названием типична для девушек-француженок. Они складывают в нее все, что обозначает плохие отношения.

Список литературы

  1. Аккерман Н. Теория семейной динамики // Семейная психотерапия. Хрестоматия / Сост. Э. Г. Эйдемиллер и др. СПб., 2000. С. 70—77.
  2. Андреева Г.М. Психология социального познания. М., 2000.
  3. Артемьева Е.Ю. Основы субъективной психосемантики. М., 1999.
  4. Выготский Л.С. Мышление и речь // Выготский Л.С. Собр. соч.: В 6 т. Т. 2. М., 1982.
  5. Гозман* Л.Я., Алешина Ю.Е. Социально-психологические исследования семьи: проблемы и перспективы // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1983. № 4. С. 10—20.
  6. Келли Д. Теория личности. СПб., 2000.
  7. Лидерс А.Г. Психологическое обследование семьи. М., 2006.
  8. Минеева О.А., Лидерс А.Г. Имплицитные теории семьи // Семейная психология и семейная психотерапия. 2004. № 4. С. 15—24.
  9. Петренко В.Ф. Основы психосемантики. М., 1997.
  10. Петренко В.Ф. Основы психосемантики. 2-е изд. СПб., 2005.
  11. Серкин В.П. Методы психосемантики. М., 2004.
  12. Слепкова В.И. Психология семьи. Минск, 2006.
  13. Франселла Ф., Баннистер Д. Новый метод исследования личности. М., 1987.
  14. Фримен Д. Техники семейной психотерапии. СПб., 2001.
  15. Черников А.В. Системная семейная терапия: Интегративная модель диагностики. М., 2001.
  16. Шмелев А.Г. Введение в экспериментальную психосемантику: теоретико-методологические основания и психодиагностические возможности. М., 1993.
  17. Шнейдер Л.Б. Психология семейных отношений: Курс лекций. М., 2000.
  18. Эйдемиллер Э.Г., Юстицкис В. Психология и психотерапия семьи. СПб., 2000.
  19. Barnhill L.R. Healthy family system // Family coordinator. 1979. Vol. 28. N 1. P. 22—37.
  20. Seywert F. L’evaluation systemique de la famille. Paris: Press Univer. de France, 1990.

Источник: Минеева О.А., Лидерс А.Г. Методика исследования имплицитных теорий семьи // Вестник Московского университета. Серия 14: Психология. 2011. №2. С. 110–125.

* Леонид Яковлевич Гозман признан иноагентом (6 мая 2022 года его имя внесено в реестр иностранных средств массовой информации и лиц, выполняющих функции иностранного агента, на сайте Министерства юстиции Российской Федерации) — прим. ред.

В статье упомянуты
Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»