![Н.М. Лебедева о проекте закона о психологической помощи](/mod_files/gazeta/img_img_gazeta_10400.jpg?1665997803)
Проект Федерального закона «О психологической помощи в Российской Федерации» представляется мне сырым и недостаточно проработанным ни юридико-технически, ни концептуально. В настоящем отзыве остановлюсь лишь на некоторых юридических недостатках законопроекта, при этом подробнее рассмотрю его концептуальные недостатки, влекущие невозможность принятия законопроекта с таким наименованием, целями и предметом регулирования.
Как следует из названия, законопроект не регламентирует психологическую деятельность в целом, а посвящен попытке регламентации лишь одного из видов психологической деятельности — психологической помощи. Между тем, требуется регламентация в целом психологической деятельности по аналогии с деятельностью образовательной, при этом следует помнить, что ранее также имела место регламентация разных уровней образования двумя федеральными законами, но затем от такой противоречивой регламентации отказались.
В этой связи требуется Федеральный закон «О психологической деятельности в Российской Федерации» (или закон «О психологии»), содержащий регламентацию деятельности в сфере психологии, но не анализируемый законопроект с попыткой регламентации одного из видов психологической деятельности.
Юридико-техническая непроработанность законопроекта очевидна уже из первых слов самой первой его статьи «Цели и предмет регулирования настоящего Федерального закона»: «В целях обеспечения социальной защищенности и психологического благополучия населения Российской Федерации…» при том, что дефиниции «социальная защищенность» и «психологическое благополучие населения» в действующем законодательства (и в анализируемом законопроекте) отсутствуют.
Согласно законопроекту, психологическая помощь — вид профессиональной психологической деятельности, являющейся целостной системой профессиональных мер поддержки и содействия человеку, семье, социальной группе со стороны лиц, оказывающих психологическую помощь, в предупреждении, разрешении, преодолении психологических проблем, которые нарушают нормальную жизнедеятельность, и способствующих поддержанию психического здоровья и психологического благополучия, оптимизации психического развития, социальной адаптации, саморазвитию, самореализации и повышению качества жизни.
Учитывая цели законопроекта и данное определение, имеет место смешение мер социальной защиты и психологической помощи, тем самым предложенная регламентация не способна обеспечить надлежащее законодательное регулирование собственно психологической деятельности.
Ярко прослеживается и оторванность авторов законопроекта от практической психологической деятельности и незнание современного уровня регламентации психологической деятельности, в том числе регламентации труда лиц, занятых психологической деятельностью. включая оказание психологической помощи.
Авторы законопроекта устанавливают ничем необоснованные требования к образовательному цензу лиц, именуемых ими «психолог», давая весьма странное понятие: психолог — физическое лицо, имеющее высшее психологическое образование (подтвержденное дипломом не ниже уровня специалиста), успешно прошедшее профессиональную стажировку, сдавшее квалификационный экзамен, являющийся членом общероссийской профессиональной психологической организации и включенный в реестр практикующих психологов РФ в соответствии с настоящим законом, либо проходящее государственную службу в государственных органах и оказывающее психологическую помощь в соответствии с должностными обязанностями либо оказывающее психологическую помощь в государственном учреждении в соответствии с должностными обязанностями.
Затем в статье 6 законопроекта с наименованием «Психолог», дается иное определение «Психологом является лицо, осуществляющее психологическую помощь в установленном настоящим Федеральным законом порядке».
Очевидно, что авторы законопроекта не знакомы с такими действующими нормативными правовыми актами, как:
- Приказ Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 № 541н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», которым предусмотрена в т.ч. должность «Медицинский психолог»;
- Приказ Минтруда России от 24.07.2015 № 514н «Об утверждении профессионального стандарта “Педагог-психолог (психолог в сфере образования)”»;
- Приказ Минтруда России от 18.11.2013 № 682н «Об утверждении профессионального стандарта “Психолог в социальной сфере”».
Между тем, утвержденные профессиональные стандарты содержат квалифицированное определение видов профессиональной деятельности, осуществляемых психологами в соответствующих сферах, и требования к уровню образования.
В частности, профессиональный стандарт «Психолог в социальной сфере» регламентирует такой вид профессиональной деятельности, как предоставление психологических услуг в социальной сфере.
Основная цель вида данного вида профессиональной деятельности — профилактика и психологическая коррекция негативных социальных проявлений в поведении социальных групп и отдельных лиц (асоциальное и конфликтное поведение, социальное сиротство и другое), психологическая помощь представителям социально уязвимых слоев населения (мигранты, беженцы) и лицам, находящимся в трудной жизненной ситуации (в том числе дезадаптированным лицам и девиантам; лицам, имеющим разные виды зависимости, совершившим суицидальные попытки; больным, одиноким и престарелым, сиротам, лицам с ограниченными возможностями здоровья; лицам, получившим посттравматические стрессовые расстройства; находящимся под следствием или в учреждениях пенитенциарной системы).
Законопроект предлагает предъявлять к лицам, осуществляющим психологическую помощь, следующие требования:
- наличие высшего психологического образования, полученного в высшем учебном заведении, имеющем аккредитацию в установленном федеральном законодательстве порядке, не ниже специалитета или магистратуры в соответствии с пунктом 4 статьи 12 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»;
- наличие квалификационного аттестата, полученного в установленном настоящим Федеральным законом порядке;
- отсутствие признания судом недееспособным или ограниченно дееспособным.
При этом также дается весьма странное для гражданского законодательства определение: «Юридическим лицом, осуществляющим психологическую помощь, является организация, от имени которой в отношении заказчика и получателя психологической помощи действует психолог. Юридическое лицо, принимающее на работу психолога или заключающее с ним гражданско-правовой договор, обязано соблюдать указанные в статье 6 настоящего Федерального закона квалификационные требования, предъявляемые к психологу», свидетельствующее о том, что авторы законопроекта имеют весьма отдаленное представление о гражданском и трудовом законодательстве, а нормы законопроекта написаны без учета положений Гражданского кодекса РФ и Трудового кодекса РФ (в том числе ст. 15 ТК РФ).
В результате такие юридически некорректные формулировки резко контрастируют с действующими нормативными правовыми актами, например, с Профессиональным стандартом «Психолог в социальной сфере», согласно которого предусмотрены должности «Психолог в социальной сфере» и «Психолог».
Организация психологического сопровождения и психологической помощи представителям социально уязвимых слоев населения (клиентам) предусматривает выполнение психологом таких трудовых функций, как оказание психологической помощи работникам органов и организаций социальной сферы (клиентам), психологическое сопровождение процессов, связанных с образованием и деятельностью замещающих семей (клиентов), организацию работы по созданию системы психологического просвещения населения, работников органов и организаций социальной сферы.
Профстандартом также установлены следующие требования:
Какие-либо доводы в пользу изменения данных требований (в том числе в части требований к образованию и обучению) в обосновании законопроекта отсутствуют. При этом отсутствует обоснование необходимости установления законодательных требований к уровню образования к ведению одного из видов психологической деятельности, в отсутствие таких требований при ведении других видов деятельности, вместо их установления в профессиональных стандартах, как это предусмотрено действующим трудовым законодательством.
Вместе с тем, следует обратить внимание на то, что Профстандарт прямо предусматривает ведение психологом разных видов психологической деятельности — не только психологической помощи, но и психологического сопровождения, что на самом деле является важным для обеспечения социальной защиты социально уязвимых слоев населения.
Править отдельные статьи преждевременно, хотя многие из них нуждаются в коррекции. Например, считаю, что в ст. 6, п. а) должен быть дополнен. «Иную психологическую деятельность» (за исключением психологической психотерапии и психологической экспертизы) МОГУТ осуществлять и лица, прошедшие профессиональную переподготовку в государственном высшем учебном заведении, имеющем аккредитацию в установленном федеральном законодательстве порядке, а также в ЧОУ ДПО или АНО ДПО, имеющем государственную лицензию. В противном случае огромное число психологов, успешно работающих много лет в различных организациях, прежде всего, в государственных детских садах и школах, — должны будут быть уволены. Уверена, что высшие учебные заведения, имеющие аккредитацию в установленном федеральном законодательстве порядке, не смогут обеспечить подготовку необходимого числа специалистов, осуществляющих психологическую деятельность!
Ст. 6 п. б) наличие квалификационного аттестата, полученного в установленном настоящим Федеральным законом порядке. Однако в законе не установлен порядок получения квалификационного аттестата.
С моей точки зрения, необоснованными являются положения законопроекта об участниках системы психологической помощи и законодательстве в сфере психологической помощи. Так, органы местного самоуправления, не являющиеся, согласно законопроекту, участниками системы психологической помощи, тем не менее, наделяются правом принимать нормативные правовые акты, содержащие нормы, регулирующие отношения в сфере оказания психологической помощи, «в пределах своей компетенции», которая, впрочем, законодательно не определена.
По меньшей мере недоумение вызывает непонимание авторами законопроектов устройства системы органов власти в РФ и статья 16 законопроекта, из которой следует, что все федеральные органы исполнительной власти издают ведомственные подзаконные акты в области психологической помощи. Вероятно, авторы законопроекта полагают, что «психологическая помощь» с принятием их законопроекта станет основой системы государственного управления в Российской Федерации.
Также недоумение и даже серьезные опасения вызывают мысли о том, что в современных условиях возможно рассмотрение и тем более принятие законопроекта столь низкого качества. Статья 11 законопроекта озаглавлена «Психологическая тайна и конфиденциальность оказания психологической помощи», хотя, судя по тексту, ее можно было бы озаглавить «отсутствие психологической тайны и конфиденциальности оказания психологической помощи», так как, согласно тексту, предоставление (выемка) конфиденциальных сведений психологом третьим лицам без согласия получателя психологической помощи или его законного представителя допускается в том числе «2) в ситуации угрозы жизни получателя психологической помощи и его окружения».
В условиях уже объявленного в стране режима «повышенной готовности», ранее объявлявшихся «угрозах распространения новой коронавирусной инфекции» угрозы жизни получателя психологической помощи и его окружения существуют всегда; тем самым законопроект де-факто объявляет психологов лицами, обязанными передавать всю информацию тем или иным «органам», которую последние потребуют.
Фактически представленный законопроект во многом противоречит даже здравому смыслу, вследствие чего его не рекомендуется рассматривать вообще, ибо вносить отдельные правки в него бесполезно, необходима существенная переработка законопроекта.
Лебедева Н.М., ректор ЧОУ ДПО «СПб Институт Гештальта», член Президиума Санкт-Петербургского психологического общества, кандидат психологических наук, доцент.
"Фактически представленный законопроект во многом противоречит даже здравому смыслу, вследствие чего его не рекомендуется рассматривать вообще, ибо вносить отдельные правки в него бесполезно, необходима существенная переработка законопроекта."
Полностью поддерживаю!
Удивительно, как можно такой документ спустить профсообществу, при этом делая публикации в СМИ, что его в течение года готовили и уже заранее одобрили....
, чтобы комментировать
По моему мнению, эти слова Натальи Марковны четко отражают суть законопроекта и все реалии вокруг его продвижения, цит. :"Фактически представленный законопроект во многом противоречит даже здравому смыслу, вследствие чего его не рекомендуется рассматривать вообще, ибо вносить отдельные правки в него бесполезно, необходима существенная переработка законопроекта". Я бы добавил, его даже перерабатывать бесполезно!
, чтобы комментировать