Скоро

9 — 10 декабря
Екатеринбург, online

V Международный форум «Cognitive Neuroscience – 2022»

8 — 12 января
Ставрополь

«Души Порывы». 29-й международный фестиваль психотерапии и практической психологии «Святочные встречи»

11 января
Тверь

III Международный конгресс девиантологов «Девиантология XXI столетия»

26 января
Москва, online

II Международная конференция «Психолого-педагогические инновации в педиатрической практике»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

Весь календарь

Работа с фобиями: распаковка негативных метафор по методу «Бумажный третий глаз»

/module/item/name

Мы продолжаем цикл публикаций об интеграции Тени с помощью прикладного инструмента «Бумажный третий глаз». В первой статье  мы рассказали о сути метода, о его преимуществах перед прямолинейной работой по принятию отвергаемых частей. Инструмент базируется на понимании, что восприятие реальности индивидом ограничено ментальными концептами, и те концепты, которые вызывают сильные негативные эмоции, скрывают под собой ценности. Мы задались вопросом, как извлечь отторгаемую ценность из-под негативного ярлыка, продемонстрировать взаимосвязь ценностей и помочь пройти исцеляющий путь интеграции. Метод «Бумажный третий глаз» родился в опоре на концепцию Тени К.Г.Юнга, Пирамиду логических уровней Р.Б.Дилтса, «Квадрат ценностей и развития» Ф.Шульца фон Туна и собственный опыт наблюдений и обобщений процессов и результатов, появляющихся в консультативной практике. Инструмент и последовательные шаги работы с ним подробно описаны в статье 1.

Итак, если в первой статье мы подробно описали сам рабочей инструмент, то цель данной работы – показать развитие и углубление методики за год, прошедший с момента первой публикации, а также продемонстрировать применение инструмента на примере конкретной консультативной сессии.

Что такое метафоры, как они появляются и как работают?

Детально углубляя метод, оттачивая его в полевых условиях консультирования я особенно сосредоточился на том, каким образом появляются сами языковые метафоры , или ярлыки. В этом исследовании на меня повлияла работа Д.Лакоффа и М.Джонсона «Метафоры, в которых мы живём». Коротко возникновение концепт-метафоры можно представить следующим образом: реальность есть непрерывный поток сенсорных ощущений, которые мы в ходе восприятия упаковываем в концепты-метафоры. По мере накопления метафорические концепты структурируются в определенные иерархии и отношения.  В зависимости от внутренней позиции этих концептов у человека возникают к ним разные чувства, а при дальнейшем соприкосновении с ними – различные реакции. Метафоры перестают быть нейтральными, когда во внутренней системе интерпретации индивида они сортируются по критерию хорошо-плохо. Таким образом, чувства, которые мы испытываем при соприкосновении (встрече) с концептами-метафорами, обозначают расположение метафор в нашей личной оценочной системе: если наш субъективный опыт поместил метафору в категорию «хорошее», мы испытываем позитивное чувство; если же метафора отсортирована в категорию «плохое» – мы ощущаем негативное чувство.

Пример: метафора «удар» может помещаться в «хорошие» или «плохие» в зависимости от того, что человек увидел в момент первичного восприятия: если это был удар при нападении на беззащитного – метафора «удар» попадет в категорию «плохих»; если же бил по мячу (воротам) – «удар» окажется в категории «хороших».

Концепт-метафоры ориентированы в пространстве. Например, движение вверх и вперед символизирует развитие, жизнь, движение вниз и назад — деградацию, смерть. Божественное мы называем возвышенным – чем-то, что выше и больше, чем Я. Ад мы помещаем вниз и всё «неподобающее» отправляем туда же, называем «низменным». Поскольку мы живем в цивилизации правшей, движение вправо эквивалентно «правильному» («Я имею право»), а влево – «неправильному» («Это какой-то левый товар»).

В этой сложной системе координат есть множество других измерений: горячо-холодно, легко-тяжело, мягко-жестко, и все они так или иначе размещаются на субъективной динамичной шкале «хорошо-плохо». Иерархию концептов-метафор можно представить в виде карты внутреннего опыта, чувственно-этического пространства, по которому перемещается индивид, пересматривая его и уточняя. Курт Левин в работе «Теория поля в социальных науках» называет эту территорию «психологическое поле».

Путешествуя по внутренней карте, индивид меняет отношения к метафорам в зависимости от того, из какой позиции он смотрит на них в данным момент. Карта стабильна, но точка наблюдателя меняется, и потому концепт, размещенный в категории «плохое», не остается на ней одинаково плохим: он может двигаться по шкале «плохое» от «ужасного» до «плоховатого», - но важно, что при этом он не становится «хорошим». Например: «Хамство — это плохо, но иногда не так уж плохо проявить его в ответ на чужую грубость». Важно отметить, что пока концепт отсортирован в категорию «плохой», он будет вызывать негативные эмоции.

От теневой метафоры к скрытой ценности

В практике консультаций я обнаружил, что если в отношении любой значимой для человека метафоры задать вопрос, какие ключевые качества в ней заключены, то в ответ я получу индивидуальное наполнение, качество или набор качеств, которые вкладывает в метафору конкретный человек. Первыми в поле моего любопытства попали притягательные метафоры – Горы, Океан, Дом. Например, в ответ на просьбу пояснить, с какими качествами ассоциируется метафора океан, были называли мощь, глубина, свобода. Метафора горы обнаруживает за собой качества «преодоление, сила, мужество». Мы понимаем, что физически океан – это просто солёная вода. И тут меня ждал первый инсайт: в притягательной метафоре содержатся те качества или ценности, в которых очень нуждается этот человек в данный период жизни Я стал спрашивать клиентов, насколько этими качествами наполнена их повседневная жизнь – и каждый раз получал ответ: «Их очень не хватает».

Следующим шагом стало рассмотрение объектов зависимостей как метафор с упакованными качествами. Например: «героин» = «наслаждение, свобода, расслабление», «алкоголь» = «расслабление, веселье, радость». Мне стало ясно, что люди стремятся соединиться с качествами внутри метафоры, что влечение к метафоре обусловлено дефицитом этих ценностей в повседневной жизни. Видя сами качества, которые помещены в контейнер метафоры, можно не только понять, каких ценностей не хватает в жизни человека, но и обнаружить те, которыми наполнена его повседневность: если нет наслаждения, значит есть боль; если нет свободы, значит есть зависимость (или ограничения); если нет «расслабления», значит есть «напряжение». Таким образом становится отчетливо видны мотивационные стратегии «от...к...», которые помогают осознанно сфокусировать терапию на интеграции тех качеств, от которых «убегает» зависимый.

Следуя этой логике, я предположил, что отталкивающие и фобические метафоры тоже могут иметь содержимое из неких качеств. И когда я стал расспрашивать клиентов с фобиями о содержимом объектов фобий, то я отчетливо услышал, что называемые качества являются «теневыми».
 
Это объясняет, в частности, почему негативные метафоры так сильно эмоционально заряжены: как правило человек не отдает себе отчета в том, что за теневым ярлыком лежит скрытая ценность, поэтому он отталкивает этот концепт, а вместе с ним – то ценное, что в нём заключено. Мой опыт показывает, что в человеке заложено стремление соединиться со своими ценностями), в том числе и с теми, которые выглядят для него теневыми. Пока ценность не включена в его жизнь напрямую, через осознание, она будет стучаться в жизнь на уровне событийном. Например, если человек терпеть не может грубость и спасается от неё в деликатности, то, пока за концептом «грубость» он не разглядит ценность «прямота», бессознательное будет посылать ему опыт встречи с грубиянами. Получается, что негативные концепты в значительной степени обуславливают поведение и вытекающие из него события жизни.

Тогда логически следующим предположением будет, что, сняв теневые ярлыки, мы обнаружим вытесненные, отделённые ценности и изменим внутреннее содержимое метафорического контейнера фобии и, как следствие, метафора утратит свой негативный заряд.

Для снятия теневых ярлыков и извлечения вытесненных отделенных ценностей я использовал инструмент «Бумажный третий глаз». Напомню, что действительно бумажный, поскольку в процессе консультации мы на листе бумаге следуем последовательному алгоритму, позволяющему увидеть ценностную сторону негативно заряженного концепта и интегрировать Теневую часть.

Клиентский кейс

Приведу в сокращенном виде пример работы с одним из клиентов (клиент дал согласие использовать его кейс на условиях анонимности).
Женщина 35 лет, умеренная фобия змей (реалистичные изображения или видео вызывали телесную реакцию: отодвигалась, поднимала плечи и немного руки.
Терапевт (далее Т): Какие три ключевых качества присущи змее?
Клиент (далее К): Коварство, изворотливость, быстрота.

Первые два качества имеют негативную коннотацию и позволяют предположить наличие отделенных ценностей. Третье качество нейтрально или положительно, оно, скорее всего, представляет собой интегрированную ценность.
Т: Насколько каждое из этих качеств раздражает вас в других людях?
К: Коварство и изворотливость ужасно бесят, а быстрота – это хорошо.


Распаковываем коварство по алгоритму «Бумажный третий глаз». Получаем следующий набор:

1. Противоположность коварству – открытость. Чрезмерная открытость превращается в простофильство. Противоположность простофильству – мудрость. Тестовая связь: превращается ли чрезмерно проявленная мудрость в коварство? – Да.  

2. Противоположность изворотливости – прямолинейность. Чрезмерно проявленная прямолинейность превращается в косность. Противоположность косности – гибкость. Тестовая связь: превращается ли чрезмерно проявленная гибкость в изворотливость? -  Да.

Итог:

1. Клиент осознает важность ценности «мудрость», скрытой под ярлыком «коварство».

2. Клиент осознает важность ценности «гибкость», скрытой под ярлыком «изворотливость».

Через несколько месяцев после работы по методике «Бумажный третий глаз» у клиента ушли проявления телесных реакций на фото и видео со змеями. Появилось желание сделать татуировку с изображением змеи. Женщина смогла спокойно забрать предмет из террариума с живой змеей.

Итак, фобии могут быть рассмотрены в процессе терапии как метафора, выражающая конгломерат нескольких теневых концептов:

Как только происходит трансформация теневых концептов, содержимое «фобического контейнера» меняется и ее действие прекращается. Последствия такой работы проявляются не только в исчезновении фобии. Осознав прежде вытесненную внутреннюю ценность и ее проявления, клиент также понимает, что важно включить распознанную ценность в свою повседневную жизнь. Он начинает ощущать бОльшую свободу в установках, чувствах и действиях, замечает обогащение своих стратегий, выход из привычных сценариев, уход негативного эмоционального заряда по отношению к другим людям. В конечном счете в жизни человека появляется новый ресурс, складываются новые сюжеты. Со стороны внешнего наблюдателя интеграция человеком прежде отделенных ценностей в события, процессы жизни выглядит как изменение отношений с людьми.

На уровне внутренних процессов распаковка отделенной ценности приносит более глубокие результаты, чем простое исчезновение конкретной фобии, от которой страдает человек: я предполагаю, что в мозгу простраиваются новые нейронные связи и сети. Считаю нужным акцентировать, что в работе с инструментом «Бумажный третий глаз» совершенно не важна история – когда и вследствие чего возник ограничивающий концепт-ярлык, когда и где были нарушены те или иные связи.

Заключение

Инструмент «Бумажный третий глаз» представляет собой технику для «распаковки» и притягательных, и отвергаемых метафор. Он дает возможность «открыть коробочку», обнаружить то, в чем человек на самом деле нуждается, и привнести эти ценности в его жизнь, в результате чего фобии и зависимости постепенно исчезают. Последствия работы оказываются очень широкими и проявляют себя в разных сферах жизни клиента, становятся доступны прежде отвергаемые категории поведения, как в приведенном клиентском случае — мудрость и гибкость, которые скрывались под ярлыками «коварство» и «изворотливость».

Простота и результативность позволяют легко интегрировать инструмент «Бумажный третий глаз» в консультативную работу самого широкого профиля, независимо от специализации консультанта.

Литература

Лакофф Д., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живём. М.: Едиториал УРСС, 2004.

Левин К. Теория поля в социальных науках [Пер. Е. Сурпина]. СПб.: Речь, 2000.

Ф. Шульц Фон Тун. Говорить друг с другом: Анатомия общения. M.: FBK-coaching, 2016.

Закревский А. А. Метафорические концепты в работе с зависимостями и фобиями – журнал «Проблемы современного педагогического образования», 2019 №63 ч.2 С.325-328.

Закревский А. А. Достижение личностной интегрированности: авторская техника – журнал «Современная наука: актуальные проблемы теории и практики», серия: Познание, №12 декабрь 2018 г. C.55-60.

Опубликовано 27 февраля 2020

Материалы по теме

Как вербализовать «неявное знание» в процессе психологического интервьюирования
06.12.2022
Метод «Киносновидения» как инструмент активной кинотерапии
04.12.2022
Использование анекдотов в психотерапии
02.12.2022
Когнитивно-поведенческая терапия ОКР у детей и подростков: обзор методов и подходов
01.12.2022
Гиперрефлексия как способ взаимодействия с миром: роль, процесс, проявления
30.11.2022
«По горной тропинке»
28.11.2022
Посттравматические или перитравматические расстройства: диагностическая дилемма
28.11.2022
Принципы альтернативного обучения
26.11.2022
ВЦИОМ: 87% россиян никогда не обращались за профессиональной психологической помощью
25.11.2022
И.В. Латыпов: Как проживается отвержение
23.11.2022
Образы и символы в работе психолога: подходы к исследованию глубины
20.11.2022
Использование символов в работе с дошкольниками
19.11.2022

Комментарии

Оставить комментарий:

7 декабря 2022 , среда

В этот день

Скоро

9 — 10 декабря
Екатеринбург, online

V Международный форум «Cognitive Neuroscience – 2022»

8 — 12 января
Ставрополь

«Души Порывы». 29-й международный фестиваль психотерапии и практической психологии «Святочные встречи»

11 января
Тверь

III Международный конгресс девиантологов «Девиантология XXI столетия»

26 января
Москва, online

II Международная конференция «Психолого-педагогические инновации в педиатрической практике»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

Весь календарь
7 декабря 2022 , среда

В этот день

Николай Алексеевич Батурин празднует день рождения! Поздравить!

Елена Васильевна Сидоренко празднует день рождения! Поздравить!

Марина Всеволодовна Шулепова празднует день рождения! Поздравить!

Скоро

9 — 10 декабря
Екатеринбург, online

V Международный форум «Cognitive Neuroscience – 2022»

8 — 12 января
Ставрополь

«Души Порывы». 29-й международный фестиваль психотерапии и практической психологии «Святочные встречи»

11 января
Тверь

III Международный конгресс девиантологов «Девиантология XXI столетия»

26 января
Москва, online

II Международная конференция «Психолого-педагогические инновации в педиатрической практике»

23 — 24 марта
Москва, online

Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Третьи Поляковские чтения по клинической психологии (К 95-летию Юрия Федоровича Полякова)»

24 марта
Санкт-Петербург, online

XX Мнухинские чтения: «Детская психиатрия России: история и современность»

Весь календарь