Игорь Валериевич Добряков, кандидат медицинских наук, доцент, психиатр, психотерапевт, врач-сексолог, клинический психолог, старший научный сотрудник научно-организационного отделения Национального медицинского исследовательского центра психиатрии и неврологии им. В.М. Бехтерева, заведующий кафедрой перинатальной психологии, руководитель программы дополнительного профессионального образования «Клиническая перинатальная психология, психопатология, психотерапия» Института практической психологии «Иматон», представил доклад «Сближение и разобщение внутри пары: кризисы супружеских отношений, их профилактика и преодоление» на пленарном заседании 10-го Зимнего фестиваля Психологической газеты «Счастливая семья — это…».
Я давно занимаюсь психотерапией, сначала детская, потом подростковая, потом взрослая, потом парная… Но стало мне значительно легче заниматься психотерапией после того, как я познакомился с одной теорией, о которой я вам напомню.
То, о чем я буду говорить, имеет три направления. Во-первых, это системная семейная психотерапия. Именно поняв, что без семейной психотерапии я не могу помогать индивидуальным пациентам, и детям, и подросткам, и взрослым, потому что то, что происходит в семье, конечно же, часто бывает причиной их невротических расстройств или даже более серьёзных, нервно-психических. Поняв это, я перешёл из университета работать на кафедру Эдмонда Георгиевича Эйдемиллера. Хотя это было непросто, но очень хотелось. Э.Г. Эйдемиллер — один из основоположников семейной психотерапии.
Дальше, конечно же, гуманистическая психотерапия и психодинамический подход. На мой взгляд, это три кита, на которых должна быть семейная психотерапия.
Когда я стал заниматься перинатальной психологией, вдруг открылись такие бездны, которые позволили совершенно иначе взглянуть на семейную психотерапию.
«В бессознательном человека на всю жизнь остается стремление к восстановлению первичного состояния, … лучшего из всех, а именно — внутриутробного существования», — говорил Отто Ранк.
То есть счастье было, когда я был у мамы в утробе, — не было базальной тревоги. Мама всегда с тобой, это самый близкий человек. И психические процессы, и тем более физиологические процессы у мамы и ребёнка едины. И это единство даёт ощущение счастья: «Я не одинок в этом мире». Экзистенциальное одиночество сопровождает человека после рождения, и с этим экзистенциальным одиночеством надо бороться.
Борются разными способами, часто неконструктивными, но самый конструктивный способ — это любовь.
Отто Ранк говорил об установлении телесных и психических границ. Когда человек рождается, у него нет ни телесных, ни душевных границ. Он всё ещё находится в диаде с мамой. И только когда появляется «Я», можно говорить о личности, появляется система отношений. До этого есть только отдельные отношения.
Когда появилось «Я», появились отношения, человек воспринимает своё тело, он воспринимает свои душевные границы: кого-то подпускает близко, кого-то нет. И, конечно же, начинается сепарация от матери, вернее, начинается она ещё раньше, психологическая сепарация от матери приобретает новую силу. И ему уже нужна не только мама, ему уже нужно общество, сверстники, он идёт в детский сад и там устанавливает отношения.
Установление телесных границ выражается чувством стыда наготы, присущим только людям и отражающим ощущение собственной половой идентичности и принадлежности.
Маленький ребенок вначале никого не стыдится, потом стыдится только сверстников, потом начинает стыдиться людей противоположного пола, но посторонних, последними он начинает стыдиться родителей противоположного пола. И эти границы надо очень уважать. И нужно следить, как они устанавливаются. Когда эти границы нарушены, тогда у людей бывают очень серьёзные проблемы, в том числе в сексуальных отношениях.
Установление психических границ — это интереснейшая вещь. Это появление каких-то тайн, тайных мыслей, чем старше ребёнок, тем больше этих мыслей. И вот родители, которые не узнают подростка, не знают, что с ним происходит, всё время лезут к нему, что и как, попадают в очень трудные отношения. Подросток имеет право уже на эти тайные мысли, он борется за свои границы, телесные и душевные. И наконец он побеждает — и оказывается в ловушке. Здесь начинается то, что называется базальной тревогой, или сепарационной тревогой.
Что такое космос, что такое время, что такое смерть, что такое жизнь, что такое любовь? Нет ответов на эти вопросы. Религия дает частично ответы на эти вопросы. Человек начинает метаться, и это плохо. Единственное, что даёт возможность конструктивно снизить эту базальную тревогу, это любовные отношения.
Вновь Отто Ранка процитирую: «Единственная реальная возможность приблизительного восстановления первичного удовольствия дана в сексуальном контакте, то есть в частичном и чисто телесном возвращении в утробу».
Феномен человеческой любви объясняется (это уже моё объяснение) стремлением человека найти другого человека, которому бы полностью доверял, который бы оценил и признал его уникальность, для которого он мог бы стереть границы, и душевные, и телесные.
Суть полового акта у человека сводится к как можно большему взаимопроникновению, сводя на нет границы тел. Таким образом человек воссоздаёт первичную пренатальную матрицу через половую любовь, вторично формируя диаду, но уже диаду любовного холона.
Для меня главное всё-таки это не треугольник, о котором многие говорят, а диада, взаимоотношения диад. Вначале это диада мать — дитя, потом это диада супругов, супружеский холон.
Снятие телесных границ — это сексуальность, снятие душевных границ — это эротика. Чтобы отношения были конструктивными, чтобы люди были счастливы в браке, необходимо и то, и другое. Причем какие проблемы легче разрешить? Эротические или сексуальные? Легче разрешить сексуальные, эротика — очень сложная вещь. Эротические и сексуальные потребности меняются в зависимости от стадии формирования супружеских отношений. Именно поэтому возникают кризисы супружеских отношений на разных этапах…
Роберт Шнайдер разработал трехкомпонентную теорию любви, согласно которой в контексте личных взаимоотношений тремя составляющими любви являются близость, страсть и обязательства.
Близость (интимность) включает чувства сопричастности, единства, связанности. Страсть включает и романтическое влечение, и сексуальную привлекательность. Обязательства: в краткосрочной перспективе — оставаться с партнером, в долгосрочной — добиваться совместных достижений.
Стадии формирования супружеских отношений очень зависят от отношений диад. У меня был отдельный доклад о соперничестве диад. Ребенок может не отсоединиться от мамы, оставаться в диаде с ней, но создать новую диаду, супружескую диаду. И начинается соперничество, которое очень часто приходится разрешать семейным психотерапевтам. Типичная ситуация: наверное, знаете сорокалетних мальчиков, которые от мамы так и не отошли и остаются в диаде, и знаете, какие проблемы возникают с женой.
Рождение ребёнка не создаёт триаду, рождение ребёнка создаёт две диады: «мать — ребёнок» и супружеская диада. И мужчина начинает ревновать к ребёнку, и это комплекс, о котором мало почему-то говорят. Все знают про комплекс Эдипа, а есть еще комплекс Лая. Лай — это отец Эдипа. Это про ревность мужа к ребенку, который появился в животе у его жены.
У беременной женщины возникает гестационная доминанта, весь её организм, и психика, и физиология, направлены на то, чтобы ребёнок хорошо развивался, чтобы его родить. Она в другой доминанте, не в любовной доминанте. И это вызывает у мужа ревность. Очень хорошо об этом писал Витакер, о том, какие возникают сложные ситуации и как мужчина компенсируется, потому что он не испытывает достаточно положительных эмоций, а ему надо их испытывать.
Хочу процитировать двух моих друзей. Старшего друга, Ц.П. Короленко, который говорил: «Постмодернистские имиджи гендерных идентификаций объективно способствуют прогредиентному процессу выхолащивания высших эмоциональный переживаний в сфере интимных отношений».
Мы находимся в периоде постмодерна, и постмодерн как раз характеризуется тем, что интимность страшит всё больше и больше, и именно интимных отношений очень часто не хватает несчастливым парам, которые приходят к нам на приём.
«Интимность — не только ласки и половой акт. Это — комплекс понимания, любви, взглядов, общих интересов, взаимопомощи. В атмосфере интимности и возникает самый счастливый и гармоничный секс», — говорил Л.М. Щеглов.
Функции либидо человека связаны с полом, с сексуальностью, с эротикой. И психоаналитическая теория ориентирует психологов и психотерапевтов не симптоматически, а этиопатогенетически подходить к помощи мужчинам и женщинам с проблемами интимной сферы.
Когда я провожу супервизии, то часто вижу, что человек работает с симптомом: есть запрос и мы его выполняем. Переформулировать запрос очень часто нужно.
Два критерия, характеризующие семейную систему, по Д. Олсону, это сплоченность и гибкость. Нужно каждый раз смотреть, насколько сплоченная семья и насколько она гибкая.
В своем развитии семья проходит определенные стадии. E. Duvall и R. Hill в 1948 году предложили в качестве основных признаков для определения стадии использовать наличие или отсутствие в семьей детей, а также их возраст и предложили термин «жизненный цикл семьи».
Но когда я начал работать в семейной психотерапии, используя их классификацию, не всё хорошо получалось. Даже если семья бездетная, все равно стадии формирования супружеских отношений отмечаются.
В нескольких своих монографиях я описал стадии развития семьи на основе динамики отношений супругов:
- стадия добрачных отношений,
- стадия конфронтации,
- стадия компромиссов,
- стадия зрелого супружеского холона,
- стадия экспериментирования с независимостью,
- стадия «ренессанса» супружеских отношений.
Подробнее об особенностях каждой стадии развития семьи и о том, как психотерапевту работать с семьей в зависимости от стадии, И.В. Добряков рассказал в заключительной части своего доклада.
Полная видеозапись первой части пленарных выступлений, доклад И.В. Добрякова начинается на 2:15:05:
Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый
, чтобы комментировать