![Исследование или диагностика? Пристальный взгляд дилетанта](/mod_files/news_6/img_img_news_6_6083.jpg?1494605376)
В различных профессиональных сообществах уже много лет то и дело вспыхивает дискуссия о роли статистической обработки получаемых результатов, о том, чем отличается истинная психодиагностика от научного исследования и т.п. Участие в них принимают специалисты-психологи разного уровня: от академических светил до рядовых практических психологов. Как-то в обсуждении старого на сегодняшний день, отклоненного ГД [2], «Проекта о психологической помощи» на страницах «Психологической газеты» даже целая группа авторов подписалась под утверждением, что диагностика и экспертиза - разные вещи. Вероятно, это им так виднее или выгоднее.
Участвуя в этих дискуссиях, где стрелы и копья, и все, что под руку попадалось, летели, как в сторонников, так и в противников какой-то одной точки зрения, я долго не мог понять, в чем же заключается этот спор «остроносиков» и «тупоносиков» (по Джонатану Свифту). В одном из профессиональных практико-ориентированных психологических журналов даже была попытка провести обсуждение статьи доктора медицинских наук, профессора А.Н. Алёхина «Методологический диагноз психологической диагностике». Дискуссия не состоялась, и автор разместил свою статью на сетевом ресурсе («Медицинская психология в России: электрон. науч. журн.». - 2011. № 2) [1].
И вот тут, как в песне из кинокомедии «Иван Васильевич меняет профессию» в исполнении Л. Куравлева: «Вдруг как в сказке скрипнула дверь, все мне ясно стало теперь» (с). Просто не были разведены по сторонам дискуссионного ринга; как сами понятия и термины, так и участники предстоящего ристалища.
Участников две группы. Первая - преподаватели вузов, теоретики, исследователи. Вторая - практики (психологи образования и других учреждений, независимые и «зависимые» судебные эксперты-психологи и т.п.). Каждый из них придерживается своего поля деятельности, считая его наиболее правильным.
Первые преподают (порой и для будущих психологов-практиков), демонстрируют отдельные психодиагностические инструменты, что-то исследуют с их помощью, используя порой громоздкий арсенал математической статистики для обработки получаемых данных, но все они далеки от практики и плохо представляют себе, что это такое на самом деле.
Вторые – команда более разношерстная. Кто-то занимается практикой, но как исследователь, кто-то до мозга костей практик. Одни из них не могут понять, почему занимаются не своим делом и ссылаются на то, что вот их так научили корифеи. Другие не могут понять, почему их коллеги, считают себя практиками, хотя на самом деле просто психологи-исследователи и далеко не психологи-диагносты. Были и психологи-эксперты: независимые, «зависимые», т.е. работающие под крышей лицензии экспертного учреждения (лицензирования экспертной деятельности в России для физических лиц официального нет). Не были разведены понятия «исследование» и «диагностика». Исследование обычно безличное, порой анонимное, порой безадресное.
Кто такой психолог-исследователь? Исследователь берет какой-то один инструмент (порой - два или три инструмента, что особой роли не играет), запускает на случайную или конкретную выборку, получает данные, обрабатывает их статистически и пишет по результатам статью или отчет заказчику. Даже если запущенный им инструмент и относится к разряду «психодиагностических» - это не психологическая диагностика, а исследование и объем выборки хоть в одного человека, хоть в 100, хоть в 4000, хоть в десять тысяч испытуемых не имеет значения.
Даже экспертиза учебников, учебных планов, программ обучения, психодиагностического инструментария и т.п. - только исследование, хотя и называется формально «экспертиза», «экспертная оценка». Да, здесь психолог эксперт, но от английского «expert», т.е. специалист. Также как термин «темпоральный» при одинаковой орфографии и орфоэпии в реальности имеет разные значения в зависимости от используемого этимона: «временной» (от англ. temporary) и «относящийся к виску (височной кости, височной области)» (от лат. temporale). Кстати, этому виду экспертной (исследовательской) работы психолога посвящен один из специальных выпусков нашего ЭНЖ «PEM: Psychology. Educology. Medicine» [3].
Чем занимается психолог-диагност? Собственно психологическая диагностика (экспертиза) - это индивидуальная работа с конкретным субъектом во всей его целостности, сложности и индивидуальности. Вот именно тут и «собака зарыта». Психолог может использовать при работе с клиентом (подэкспертным и т.п. [пока за неимением другого подходящего термина будем использовать термин «клиент»]) хоть один, хоть море разливанное инструментов, но если он использует только это - он исследователь, и все его усилия в лучшем случае годны лишь для отчета или формальной отписки невзыскательному заказчику. Психолог-исследователь себя легко обнаруживает по традиционному вопросу к коллегам-психологам: «Какой методикой исследовать (далее указывается уже установленный вопрошающим «феномен»)?».
Практическая психологическая диагностика (психодиагностическое исследование) - деятельность более сложная. Это не жонглирование психодиагностическими методиками и тестами [5; 6].
Психодиагностическому исследованию предшествует ознакомление с запросом и сопроводительной к нему документацией (характеристика, обстоятельства дела (при запросе от адвоката, следователя, суда), сведения об успеваемости (у школьника), тетради с письменными работами (у школьника), продукты внеучебной деятельности (поделки, рисунки и др.) хобби и т.п.).
Прежде, чем использовать ту или иную психодиагностическую методику, квалифицированный психолог-практик заключает с субъектом контракт (т.е. получает разрешение на работу с клиентом, обозначает границы своей компетенции и т.п.) Далее изучает жалобы, внешние проявления в поведении, ориентированность в пространстве и времени, и актуальное психофизическое состояние того, с кем работает. Психолог-диагност учитывает всю доступную ему информацию от внешнего вида, одежды, манеры держаться, отвечать на вопросы или задавать их, видимых или выведенных тату (можно прямо узнать о наличии скрываемых татуировок), вплоть до запаха, исходящего от клиента. Все это - данные, получаемые в ходе непосредственного наблюдения за клиентом, в общении с ним.
В ходе беседы выясняются у взрослого (или у родителя ребенка) сведения о развитии и личный анамнез.
Далее следует анамнез состояния. В принципе, здесь просто надо получить информацию на вопросы: «Когда?», «как?», «при каких обстоятельствах?», «как проявляется?».
Беседа может сопровождаться и кратким проективным интервью по Й.Шванцаре (1978): «Что попросить у волшебника?» (или «Если бы ты был волшебником»), «Какой возраст лучше?» и т.п. [7].
Только после этого практический психолог-диагност переходит к предъявлению психодиагностических методик. И вот тут психолог-диагност не забывает главного совета С.Я. Рубинштейн (1970) о том, что результаты, полученные при помощи одной методики, должны быть обязательно проверены сходной с нею, но другой методикой [4].
Думается, всем понятно, что практическое психодиагностическое исследование редко завершается за один сеанс. Особенно, если это ребенок.
Итогом работы с клиентом является психологическое заключение. Именно этот «вердикт» выносит психолог, он не ставит «диагноз» и, тем более, медицинский диагноз, даже если это врач или фельдшер по предыдущему образованию. Далее следуют ответы на запрос (а при судебно-психологической экспертизе или запросе к специалисту-психологу от адвоката на «вопросы, поставленные на разрешение») или формулирование пунктов коррекционной работы (для заказчика), или консультация родителя (лица его заменяющего).
Вот этим отличается собственно диагностическое исследование (психодиагностика) психолога-практика от классического исследования его коллеги для теоретических (научных, диссертационных и т.п.) целей.
А чем отличается психолог-профессионал от психолога-любителя?
Первый четко знает границы своей компетенции и соответствующе позиционирует себя либо как психолога-диагноста, либо как психолога-исследователя. Второй - берется за все подряд, без разбора, в том числе за логопедию, за другие направления коррекционной педагогики и за психиатрию с психотерапией.
Но более подробно этот вопрос, возможно, уместнее рассмотреть в другом эссе из серии «пристальный взгляд дилетанта».
Литература
1. Алёхин А.Н. Методологический диагноз психологической диагностике. [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. 2011. N 2. URL: http:// medpsy.ru (дата обращения: 27.04.2017).
2. Кисельникова Н.В. Отзыв и предложения по изменениям и дополнениям к проекту Федерального закона «О психологической помощи населению в Российской Федерации» // «Психологическая газета» [Электронный ресурс]. URL: http://psy.su/feed/3870/#comments_all (14.07.2014).
3. Многогранность экспертной работы глазами будущих психологов [Электронный ресурс] //PEM: Psychology. Educology. Medicine. 2016. № 2. - 408 с. URL: http://elibrary.ru/contents.asp?issueid=1821783
4. Рубинштейн С.Я. Экспериментальные методики патопсихологии и опыт применения их в клинике (практическое руководство). - Ташкент: Медицина, 1970. - 215 с.
5. Чупров Л.Ф. Психологическая диагностика в работе практического психолога // Вестник практической психологии образования.- № 3, 2009 г. - С. 111-115.
6. Чупров Л.Ф. Психологическая диагностика в работе практического психолога // Вестник практической психологии образования.- № 4, 2009 г. - С. 124-127.
7. Шванцара Й. и колл. Диагностика психического развития. - Прага: Авиценум, 1978. - С.116-120.
Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый
, чтобы комментировать