О синтезе психотерапевтических методов и элементов восточных практик

Один из чётко наблюдаемых в последние годы трендов в консультативной психологии и психотерапии — это включение в них элементов восточных практик, в частности, медитации. Если раньше слово «медитация» вызывало у коллег-психологов лишь отрицательные реакции, то на сегодняшний день существуют тщательно разработанные психотерапевтические методы, основу которых составляет практика медитации (MBSR [1] и др). Из неё удалены религиозные аспекты, а оставлены и адаптированы практические прикладные стороны.

Как показывает уже накопленный достаточно большой опыт работы, такой синтез во многих случаях повышает эффективность терапии. Практика медитации дополняет известные психотерапевтические методы, например, когнитивно-поведенческую терапию (КПТ), предлагая принципиально иной тип взаимодействия клиента / пациента с проблемными мыслями, эмоциями, ощущениями.

В классическом варианте КПТ предлагается оспаривать так называемые автоматические мысли, подверженные различного вида когнитивным искажениям: катастрофизации, фильтрованию информации и др. [2].

К настоящему моменту хорошо известно, что такой подход может не помочь, поскольку, образно говоря, у нас нет «пульта управления мозгом», и мысль, которая была оспорена и опровергнута, возникает в уме клиента / пациента снова и снова.

В методах, которые относят к КПТ «третьей волны», эту проблему предлагается решать на основе принципов медитативных практик. Так, в терапии принятия и ответственности (Acceptance and Commitment Therapy, ACT) один из шести базовых принципов — это позиция наблюдателя за внутрипсихическими процессами [3].

Свидетельствование процессов появления и исчезания мыслей, эмоций, воспоминаний, переживаний создаёт дистанцию между «Я» клиента и содержанием ума. При этом нет борьбы «правильных» мыслей с «неправильными»; эффект заключается не в «победе» над когнитивными искажениями и их искоренении, а в осознании и ощущении внутренней свободы от содержания мыслей и эмоций как таковых. Они воспринимаются не как факты реальности, а как то, чем они являются на самом деле: словами, звуками, образами и т.п.

Важно подчеркнуть, что в большинстве случаев медитация и другие восточные духовные практики не просто «встраиваются» в терапевтический процесс. В АСТ-терапии придумано множество упражнений, если так можно сказать, современных по содержанию, но реализующих принцип медитативного восприятия внутренних процессов, другими словами, укрепляющих позицию наблюдателя. К наиболее известным  упражнениям такого типа  относятся «листья на реке», «пассажиры автобуса», «незваный гость» и др. [4].

Кроме медитации, в терапевтический процесс могут органично встраиваться упражнения на дыхание, расслабление и другие практики из китайской оздоровительной системы цигун, из йоги и других источников. Недостаток научных исследований этих направлений частично компенсируется примерно трехтысячелетним опытом практики, в результате которого до нас дошли наиболее проверенные и эффективные методы внутренней работы.

Открытость современной консультативной психологии и психотерапии к восточным оздоровительным и духовным практикам создаёт благоприятную почву для разработки новых, комплексных методик работы с психологическими и психосоматическими проблемами, столь актуальными в наше сложное время.

Литература

1. Уильямс М. Осознанность. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2022
2. Бек Дж. Когнитивная терапия. Полное руководство. М.: Диалектика, 2021
3. Хейс С., Штросаль К., Уилсон К. Терапия принятия и ответственности. М.: Диалектика, 2021
4. Стоддард Д., Афари Н. Метафоры в терапии принятия и ответственности. М.: Диалектика, 2021