23 сентября 2017 , суббота

Механика супружеского кризиса: типичное и уникальное

«Брак абсурден. Он ведет к росту в той степени, в какой противостоит культуре.

Он угрожает нашему существованию и потрясает человека до его корней.

Подобно гипнозу, брак – измененное состояние сознания.

Чем глубже в него погружаешься, тем больше изменится.

Одно предупреждение: если ты не переносишь одиночества – не вступай в брак.»

К.Витакер.

Долгое время мне не верилось, потом удивляло, сейчас кажется закономерным (и всё равно удивляет) вот какое явление в супружеской жизни: прожив друг с другом несколько лет (три, семь, десять и даже больше), супруги начисто перестают понимать друг друга, как бы встречаясь с новым, абсолютно неизвестным ранее человеком, поступки, мысли и чувства которого абсурдны, безумны, смешны и ужасны…

Цитирую:

  • «Он болен!»(Варианты: «Он идиот, кретин» и пр..)
  • «По ней психушка плачет, она неизлечима!»
  • «Всё ясно – он типичный алкоголик!»
  • «Она распиливает мне мозги каждый раз, когда меня видит, моя жизнь с ней – камера пыток!»
  • «Он настоящий садист, и это доставляет ему удовольствие!»
  • «Когда он молчит, я готова повеситься! Он делает это специально…»

Конечно, иногда встречаются и более мягкие варианты - у слишком уж воспитанных людей, но в этих случаях они, как правило, мстят друг другу нешуточным образом, холодно и долго.

Поразительно, но такие изменения в восприятии друг друга неизбежны. Удивляет же в этих ситуациях то, что, прожив друг с другом приличный кусок времени, люди, казалось бы, должны все больше узнавать и лучше понимать привычки, склонности и особенности друг друга, но нет! Происходит все именно НАОБОРОТ (хотя, несомненно, она лучше, чем раньше, знает, когда он обычно возвращается с работы и в каком положении храпит ночью, а он даже научился распознавать изменения в цвете её волос после посещения парикмахера, казавшиеся раньше абсолютно неуловимыми)! Неважно! В главном-то они действительно «ВДРУГ» стали «иностранцами».

Пример из практики:  обратились по поводу 10-летнего «неуправляемого» сына, который совсем «отбился от рук», грубит, не слушается, стал плохо учиться, и недавно папе даже «пришлось избить» сына. Сложности существуют уже несколько месяцев и они «ничего с ним не могут поделать». Жене - 38, мужу 40 лет. Сложности с сыном довольно быстро «связались» с проявлениями их супружеского кризиса (11 лет в браке), и на 2-й сеанс пара пришла без ребенка.
Назовем их Мария и Николай (имена и некоторые факты их биографии, естественно изменены, любые совпадения случайны, как и во всех других примерах).

Мария (М.) - Мы всегда хотели одно и того же! Мы договорились обсуждать все наши вопросы и проблемы, а он теперь просто исчезает, стоит мне только заикнуться о чем-нибудь таком!
Николай (Н.) - Я не могу больше этого слышать! Все, что  я слышу последнее время – это нотации! Она специально достает меня!
М. -  Я? Это я достаю тебя?!! (слезы, говорит очень громко): Я достаю тебя, когда тебя просто  нет? Тебя нет рядом! Ты все свое время проводишь с кем угодно, только не со мной! Когда ты в последний раз подошел ко мне, просто посмотрел на меня? (кричит, льются слезы).
Н. - … (разводит руками, обреченно отворачиваясь в сторону от жены). – Вот видите – это все бесполезно… Зря мы пришли…
Терапевт (Т.)(стараюсь говорить  так же тихо как муж только что) – Бесполезно что?
М. – Да не нужна я ему! Вот что!
Т.- жене, очень мягко: – Подождите минутку, пожалуйста…
   - мужу: - Что бесполезно?
Н. - … (после паузы): - Да она всё равно ничего не слышит.
Т. –  А что бы Вы хотели, чтобы она услышала?
Н. - … (усмехаясь, молчит, смотрит в пол, сцепив руки перед собой).
Т. – (жду, долго жду, потом снова прошу его): - Николай, Вы можете сказать Маше прямо то, что хотели, чтобы она действительно услышала?
Н.- … (растерянно смотрит на меня, как будто просит меня ни о чем ТАКОМ его не спрашивать. Я не откликаюсь на «немую просьбу», и ему приходится говорить. Со вздохом поворачивается к ней  и очень мягко и нежно говорит): - Кисуль, у нас всё будет хорошо!

Жена не смотрит на него, сидит «окаменев». Такое впечатление, что она действительно не слышит и находится совершенно в другом месте - далеко-далеко отсюда. Мне приходится «постучаться в закрытые двери». Муж с каждой секундой становится все мрачнее и грустнее, кажется, подступают слезы.

Т.- Э-эй! Ма-а-ша! Вы где?  ( утрируя, зову ее).
М. - … … … (долгая пауза, при которой все молчат).

Мария медленно переводит взгляд на меня, при этом глядя куда-то «сквозь» и очень жестким, практически ледяным тоном говорит:

М. – Да просто это все совершенно  бессмысленно!
Т. – Где-то я уже это слышала!

Николай выглядит так, как будто получил «обухом по голове», ссутулился, сидит без движения, весь красный как рак.

Т. – Маш, а чего бессмысленно-то? (я спрашиваю так, как будто мы говорим о чем-то очень простом и легком) – Он сейчас -  слышали, что сказал?
М. - … (удивленно смотрит на меня).
Т. (жду, потом снова спрашиваю): - Так чего, слышали?
М. – Что? – с искренним удивлением смотрит мне прямо в глаза (!!!) 
Т. -Ну, то, что Коля сейчас Вам сказал.
М. – А что он сейчас сказал?- спрашивает Маша без тени игры в неискренность.

То, что происходит между нами в этот момент, можно обозначить вот так:


НЕМАЯ СЦЕНА

Я смотрю на нее, она на меня, потом перевожу взгляд на мужа, он тоже смотрит на меня, кисло (или горько) улыбаясь.

«Остановив» на минутку сеанс, хочу прокомментировать именно этот момент. Супруги действительно буквально не слышат друг друга. И это более явно, чем если бы они были на самом деле глухими. Не слышат они именно то, что страстно желают услышать (как выяснилось в дальнейшем по ходу сеанса). Ей очень важно, чтобы он был с ней нежен, близок и поддерживал бы ее, говоря ласковые, вселяющие надежду слова (вроде тех, что он сказал),  ему – чтобы она не отталкивала его своей холодностью, была бы отзывчивой,  внимательной и доверяла ему. Тому, что он делает для нее и для семьи, тому, что говорит. Вместо этого они делают прямо противоположные вещи! Почему?..

Т. – мужу: Коль, а можете это ещё раз повторить?
Н. – жене: – Солнышко, у нас все получится, я тебя очень люблю…(нежно смотрит на нее).
М. – … (смотрит в окно, отвернувшись, глаза набухли от слез)
Т. – Маш, он Вас сейчас два раза назвал очень ласково и сказал, что у Вас все будет хорошо. Вам это важно от него слышать?
М. - (продолжает глядеть вдаль, потом вдруг резким голосом говорит): - А пусть бы он это раньше говорил! (бросает на Николая «убийственный» взгляд и снова отворачивается).
Т. – Когда раньше?
М. – Он знает, - вновь окаменев, грубо, не поворачивая головы, бросает Маша.

Таких «раундов» проходит еще несколько, прежде чем Мария, разразившись рыданиями, объясняет, что год назад Николай изменил ей, и простить это ему она не может, хоть и решила не вспоминать и жить «ради ребенка». Николай чувствует себя очень виноватым, и с большим трудом удается из него «вытащить» то, что тогда - год с лишним назад, ему стало невыносимо тяжело дома, с Марией, к тому же в тот момент у него были большие проблемы на работе, и он, не выдержав напряжения, какое-то непродолжительное время действительно встречался с женщиной, связь с которой довольно быстро закончилась, так как он «не видел в этом смысла». Мария, по её словам, уже давно «чуяла неладное», но верила мужу во всем и даже предположить не могла такое, хотя сексуальные отношения у супругов довольно долгое время отсутствовали (она была все время недовольна и обижена, и он не мог подступить к ней, не испытывая сильной вины и унижения, порой злости. Отстраняясь и избегая сексуальных контактов, они все больше «остужали» свои отношения, пока не грянул кризис… Она, конечно, «случайно», узнала о его измене, и тогда началось! Она «ВООБЩЕ НЕ ПОНИМАЛА – ПОЧЕМУ ОН ТАК ПОСТУПИЛ? ЗА ЧТО ЕЙ ВСЕ ЭТО» Он же «ПРОСТО НЕ МОГ ТАК БОЛЬШЕ!»
Кто знает, к чему бы все это привело, если бы в это время не начались проблемы у сына, который до этого был просто ангелом! И супруги решили жить дальше…

Все-таки: чем объяснить то, что Мария всячески «отгоняла» мужа, буквально не давая ему проявлять свои чувства к ней, как бы запрещая ему быть с ней нежным, внимательным и чутким, и даже когда он выражал чувства, игнорировала их? То же происходило и с Николаем, ему не хватало её, но он почему-то не мог позвать её в такие моменты, а все больше взваливал на свои плечи работы, дел, становился всё более жестким к себе, к Марии и к ребенку…

 Много раз, работая с этой парой и многими другими, меня посещало чувство, что «что-то тут не так». Как будто в какой-то момент щелкает невидимый выключатель, и близкие, хорошо знающие друг друга люди начинают исполнять «танец абсурда».

Еще один пример-иллюстрация того же феномена:
Сергей и Анна, десять лет знакомы, живут 7,5 лет в официальном браке, обоим по 30 лет, детей нет, так как «было не до этого» и к тому же у них совместный бизнес, который они «создавали с нуля в–сами-знаете-какое-время». Обратилась жена по поводу некой «катастрофической ситуации», которая у них сложилась, в результате чего она хочет от него уйти.

В начале 1-й встречи жена с порога весьма активно начала рассказывать о предательстве мужа, о том, что он «истоптал ей всю её жизнь», «плюнул в душу», а она «посвятила ему всю свои сознательные годы». Мои попытки приостановить её и вовлечь в разговор мужа далеко не всегда увенчивались успехом по причине ее активности и, мягко скажем,  не слишком большой восприимчивости  супруга. Он на все мои вопросы либо отвечал односложно, либо выдавал что-то такое заумное (и, надо сказать, мало относящееся к вопросу), что вызывал у меня смешанные чувства – растерянности и раздраженного удивления. В какой-то момент я даже поймала себя на мысли о том, что, возможно, у него какие-то сложности со способностью адекватно воспринимать и понимать смысл сказанного. Ну, например, на вопрос о том, что он думает о ситуации, которая у них сложилась, он прочитал мне мини-лекцию о том, что такое когнитивная психология и как важно «быть психологом самому себе», а на вопрос о своей работе  рассказал мини-курс, посвященный различным аспектам коммуникации. Однако, он не выглядел как сумасшедший, к тому же его ответы были какими-то однотипными и уж очень заумными, что наводило на размышление о скрытых целях Сергея. («Чего он хочет добиться?» – не раз спрашивала я себя). К тому же, если говорить о «сумасшествии», то, на мой взгляд, мы все, втроем, выглядели безумными добрую половину сеанса: муж, несший околесицу, жена, клеймившая всех вокруг (мужа, его друга, родителей, коллег) с неуемной энергией и я, воспринимавшая все это серьезно, кивающая головой, получив очередной абсурдный ответ на свой вопрос и ища новый…

Однако, через некоторое время выяснилось, что – оказывается, жена привела мужа проверить на «детекторе лжи», о чем и заявила ему перед нашей встречей.

Т.- Что, Вы так и сказали – проверить на детекторе лжи?
Анна (А.)- Ну да, Вы же скажете нам, правда ли все это и что с этим делать! Вы же специалист!
Сергей (С.) - … (с «пренебрежительной» ухмылкой переводит взгляд  куда-то вдаль, как будто его здесь нет, и вообще - «все это так скучно!»).
Т. - …Я?.. Вы знаете, наверное, я разочарую Вас тем, что скажу, но у меня нет детектора лжи, и рентгеновских снимков я тоже не делаю. Если Вы действительно ждали этого от меня, то это не ко мне…
А. – А как же мне быть? Что же мне теперь делать? Ведь я не могу с ним оставаться…Мне же надо знать – было ли это на самом деле или нет… Хотя и так понятно…

Здесь я должна пояснить, что речь шла о том, что недавно Анна, мучаясь подозрениями в адрес мужа, обнаружила у него в мобильнике целый список неизвестных ей номеров, набираемых им в то время, когда  его с ней не было, а именно – вечерам, , когда он приходил домой поздно (хотя поздно приходить домой долгое время для них было естественным). Она узнала, что это были за номера: конечно, это «девушки по вызову»!

По её словам, как только она узнала все это, внутри неё «всё сошлось»! Конечно, она чувствовала, она знала, хотя такое себе даже представить не могла, как в страшном сне – и прочее, прочее… Сергей же, с «нездешним видом», улыбаясь загадочной улыбкой, снисходительно отвечал на это в духе «ну что с неё взять – совсем сбрендила старушка!» Чем больше он демонстрировал ей подобных вещей, тем больше подозрений и «доказательств» этих «неопровержимых фактов» она приводила, на что он отвечал ещё более загадочной улыбкой и различными лекциями…

С. – (включившись впервые в разговор по своей воле и глядя мне прямо в глаза): - Я ей не раз говорил, что я НЕ ЗВОНИЛ по этим телефонам! НИ - РА-ЗУ!
Т. – (в полном замешательстве):  - А что это за звонки?
С. – (горько усмехаясь) – Да это Толян звонил!  Его жена пасет все время – Анька знает - вот он и звонил с моего номера. Они вообще разводятся… (Сергея было не узнать – он явно ожил!).
Т. – (переводя взгляд на Анну): Ань, а вы с Сергеем об этом говорили?

Анна плачет и говорит о том, что не может больше слышать этого вранья, что хватит с нее, что не знает, что ей теперь делать…

Т. – Вы совершенно уверены в том, что Сергей врет? (я вспоминаю слова и лицо Сергея: по моим впечатлениям, это было первое, что он сказал по крайней мере серьезно).
А.(возмущенно): – Ну как Вы можете верить в то, что он говорит! Он давно заврался! (далее следуют многочисленные примеры вышесказанного, приводя которые Анна говорит все громче и громче, практически кричит, напоминая прокурора из фильмов, Сергей же как бы «сдувается» за это время: сидит, опустив голову, мусоля в руках ТОТ САМЫЙ МОБИЛЬНИК – символично, ничего не скажешь!).

В дальнейшем, как и в предыдущем примере, ситуация, сделав несколько витков, пришла к тому, что муж подавленно бормотал, что не знает, как ей объяснить, что она ошибается, а она, плача, говорила, что не может поверить ему, так как «слишком долго доверяла полностью, а он предавал…» и давно перестала с ним «чувствовать себя женщиной». На последующих сеансах прояснилась схема их взаимодействия: некоторое время назад, после очередных серьезных трудностей на работе (где, к тому же, они работают оба, причем, обоим не совсем понятно - в каких служебных отношениях они находятся по отношению друг к другу: равны ли они или же один подчиняется другому, что вызывало у них массу споров и проблем, не считая «чисто организационных») Анна остро почувствовала свое одиночество и попробовала поделиться этим с Сергеем. Получилось это у нее, по словам Сергее, весьма специфическим, обвиняющим образом. Сергей, который к тому моменту сам собирался поговорить с женой о том, что хотел бы что-то менять в их отношениях и уже задумывался о ребенке, воспринял ее откровения как наезд и в привычной для себя манере отстранился, сделав «умное лицо». Для Анны это было очень сильным отвержением с его стороны, а чувствуя, что ее отвергают, она начала отчаянно сопротивляться, обвиняя мужа в  своем одиночестве и прочих «грехах». Чем активнее Анна давила на Сергея, тем больше он замыкался. Когда же она дошла до отчаяния, возникла ситуация с мобильником, «вскрывшая» ее подозрения. Для Сергея же на его внутреннем языке объяснять что-либо жене означало оправдываться, а значит – признавать свою вину, поэтому он «загадочно молчал», тем самым демонстрируя свою полную непричастность к содеянному, что, естественно, приводило ее в бешенство, так как для нее это означало: «Он врет, иначе сразу бы все рассказал!».

Клубок запутывался и вместо того, чтобы попробовать объяснить друг другу – что с ними происходит, они доводили ситуацию до предела. Это их язык. И у каждого он свой. В этот момент их жизни языки у них оказались разными. Они – «иностранцы» друг для друга.

Познакомившись с этими двумя парами (а реально с подобными проблемами обращаются практически любая пара) возникают вопросы:

  • Как же раньше они понимали друг друга и говорили «на одном языке» как они утверждают?
  • Что это за «языки» такие и откуда вообще они взялись?
  • Что за разрушающий механизм включается, мешая им, наконец, услышать друг друга?

Попробую ответить на эти вопросы так, как подсказывает мне опыт общения со многими супружескими парами в период кризиса. Итак, по поводу «понимания»: возможно, я выскажу не самое оптимистичное предположение о том, что присутствовавшее раньше понимание - отчасти своеобразная и очень полезная на первых порах иллюзия, отчасти – желание «сделать друг другу хорошо» в начале отношений (в стадии их «завязки»). В этот период не так важно – ЧТО мы говорим, как ощущение высокого напряжения, «накала страстей», ощущения «мы вместе, мы - заодно», порой – «мы против всех». «МЫ» рождается и начинает бурно расти-разрастаться. У «начинающей» пары очень много сил, и большую их часть они готовы направить на рост этого «МЫ», потому что «МЫ» в это время отождествляется с «Я». «МЫ» очень энергично, и готовность вникать и погружаться «друг в друга» велика: хотеть того же, что хочет он, отдавать ей всего себя, «жить ради неё». (Парам, не прожившим эту «сумасшедшую» стадию, как правило, придётся к ней вернуться позже).

Время идет – может пройти год, три, десять и даже двадцать лет, прежде чем супруги столкнутся с вышеописанными трудностями (знаю пару, идиллически прожившую более 20-ти лет, после чего у них разразилась настоящая буря: с ревностью, инфарктами, подозрениями, отчаянием и полнейшим непониманием друг друга: до этого муж всю жизнь служил в «горячих точках», самоотверженно растила детей жена, к моменту их прихода на терапию младшая дочь собралась замуж, а муж вышел на гражданку и занялся предпринимательством. Как только  напряжение снаружи стало спадать и супруги оказались один на один – грянул гром).

Так вот, когда проходит время, и супруги проходят определенные стадии развития отношений, обычно это стадия «завязки» отношений, затем - «ажиотажная» (или даже «маниакальная») стадия, когда встречающиеся или только что поженившиеся люди максимально сконцентрированы друг на друге, они находятся на пике переживаемых друг к другу чувств. Затем «притирка», когда супруги адаптируются или как бы привыкают друг к другу и напряжение в межличностном плане спадает, часто на этой стадии люди переживают скуку, тревогу и разочарование: «Разве этого я ждал(а) всю жизнь?..». После этого, как правило, происходит дистанцирование супругов друг от друга, которое может проходить относительно спокойно или же весьма конфликтным, крайне болезненным образом - вплоть до развода (или решимости развестись) или временного разрыва – на недели, месяцы и даже годы.

Хочу сказать еще несколько слов об этой стадии, так как она очень важна для жизни пары и семьи в дальнейшем. То, как супруги пройдут или проживут стадию дистанцирования, определит их дальнейшие отношения вот в каком смысле: супружеское «МЫ», существовавшее до этого, являлось во многом результатом слияния, слипания друг с другом, эдаким конгломератом из взаимных иллюзий, ожиданий, подпитываемых родительскими семьями каждого, сценариев взаимодействия друг с другом, наполненных автоматическими непрочувствованными и неосмысленными поступками («Я с тобой, потому что ты сильный, ты – тот, кто защитит меня от любых опасностей, к тому же ты – мужчина, а мужчина ДОЛЖЕН зарабатывать: это неоспоримо, так как все в моей семье так считают. И еще ты должен быть нежным и чувствительным, мягким и внимательным – точно таким, какой была моя мама в моем детстве, и еще, еще…»). Конечно, во многом это нереалистичные, нежизнеспособные ожидания. Они не могут оправдаться (хотя есть, конечно, и место подвигам). Больше того, каждая пара сталкивается с неизбежным разочарованием в отношении партнера: этот «сильный парень» в чем-то окажется неспособным защитить её, и, возможно, будет нуждаться в её защите, а «самая надежная на свете» оставит («предаст»!) его в самый сложный момент, может быть, даже не догадываясь об этом или же не выдерживая напряжения…

Получается, что способность пары продолжать жить на «автопилоте» заканчивается (как, например, неизбежно заканчивается беременность), и супруги встают перед задачей разъединения, чтобы, пережив боль одиночества, отчаяния и неуверенности, встретить в партнере уже не часть себя, своих иллюзий, не продолжение собственного тела, души и мыслей, а самостоятельную личность. Однако, всё еще сложнее: ведь возврата к прошлому нет, и давно не существует того персонажа, который с готовностью погрузился в эти отношения и растворился в партнере… Всё это существует только в памяти, и теперь важно, разъединившись, найти Нового Его (Ее) и Нового Себя в Новых отношениях. Часто это переживается как ощущение тупика, невозможности обрести, почувствовать себя, свое место. (Чтобы еще больше сгустить краски, представьте или вспомните на минуту, что в это безумное время Вы еще и работаете, у Вас куча проблем, дети и многие другие близкие Вам люди включены в отношения и прочее, прочее…)

Процесс дистанцирования во многих парах протекает чрезвычайно болезненно, часто сопровождаясь болью недоверия («Как он может так поступать со мной? Неужели не видит, как мне трудно и как я нуждаюсь в нем ИМЕННО СЕЙЧАС?»), переживанием чувства сильнейшего одиночества и незащищенности («Я ей больше не нужен, она абсолютно потеряла интерес ко мне…»), всепоглощающим страхом жить отдельно от нее (него) – собственно страх разъединения («Я не смогу, мне не на что будет жить!», «Я должен ее заставить делать по-моему!»). К тому же эти страхи, как правило, подкрепляются многими распространенными клише, проявляющимися в реакции подруг, друзей, родственников, знакомых (и, кстати, не знакомых тоже):  «Не бери в голову – все мужики такие!» или «Ну уж это слишком! Такое терпеть - себя не уважать, ты же не подкаблучник!». (Извините, мы забыли телевизионные шоу! Это просто кладезь «народной мудрости», смотря их, можно легко и быстро обучиться тому – как следовать социальным стереотипам, а не собственным чувствам, мыслям и побуждениям).

Выдержать такое напряжение непросто, и супруги часто прибегают к помощи кого-то или чего-то третьего, перенаправляя силы друг с друга на учебу, работу, построение карьеры, ребенка, родителей, машину, свое или чужое здоровье, иногда психотерапевта, подруг, собак… Энергия перефокусируется с супружеского «МЫ» на самые разнообразные объекты. Это самое «МЫ», как правило, ощущается все слабее и, за исключением отдельных моментов обострения, как бы размывается, становится призрачным и аморфным («а было ли все это?.. и неужели с ней?» - вплоть до того, что перестает ощущаться вовсе («а о чем мы с ним будем разговаривать, если отвезем детей к бабушке?»… «Я» уже не «МЫ», а «ТЫ» - это в лучшем случае «неизвестно кто» (поскольку отличается от МЕНЯ), в худшем – преследователь, враг, о котором «предупреждала мама».

В этот самый момент, когда ощущение слияния с партнером пропало или ощущается очень слабо, а ощущение новой идентичности и нового Его еще не появилось, и проявляется наиболее ярко разница в «языках»: он действует как прежде, по инерции ожидая от неё прежних реакций, но их нет, так как она уже «оторвалась от него», перестала быть его частью, но ещё не «родилась заново» как более независимая от него личность, и не умеет сказать что-то вроде: «Милый! Я понимаю, что ты хочешь от меня того и этого, но я очень устала сейчас, мне нужно время и силы, чтобы измениться - подожди немного!» и уж тем более не может просто дать ему то, в чем он нуждается. Она еще не нашла Новую Себя с Новым Языком, с которым можно идти в Новые Отношения. И он падает с небес на землю – «Бац! Приехали!» или – как мы недавно слышали: «Она распиливает мне мозги!», «Все это бесполезно!» или просто – хлопнула дверь и больше он не возвращался (здесь нужно отметить, что при полном разрыве отношения все равно не заканчиваются и в этом или в последующем браке, он или она придут ровно в то самое место и столкнутся с теми же вопросами и может быть даже смогут их решить).

Один из моих клиентов сказал как – то раз на сеансе, описывая отношения со своей «новой подружкой»: «Вначале у нас все было просто фантастически здорово, но вот прошел почти год, и я замечаю, что говорю с ней теми же интонациями, что с моей первой женой незадолго до развода. Вы не знаете – почему?»

Думаю, что «саморазрушающий механизм», мешающий супругам взять друг у друга то, в чем они нуждаются, включается и работает не случайно. Какова же его функция? Вероятно, в усилении ощущения тупика, безнадежности, чувства одиночества и беспомощности. Только испытав в полной мере (для каждого она своя) эти чувства и при этом желая быть друг с другом, люди, живущие рядом, близко, могут  стать готовыми к тому, чтобы измениться, перестать цепляться за прошлое, искать то, чего давно уже нет (брак мумий), шагнуть в одиночество… и только тогда раскрывается парашют Новых Отношений и начинается Новый полет, дающий ни с чем не сравнимое чувство… У каждой пары оно свое неповторимое.

Опубликовано в журнале «Семейная психология и семейная терапия», № 4, 2007

Уголева Екатерина Юрьевна
семейный терапевт, заведующая кафедрой семейной системной терапии, Институт практической психологии «Иматон»
Редакция «Психологической газеты»20.12.2007
Интересная новость?
Вы можете ей поделиться:
Комментарии
Комментариев ещё нет. Вы можете оставить первый!
Желаете оставить свой комментарий?
16+
Информация об издании

Правила публикации

Разработчик портала Versus Ltd

© 2004—2017 · Психологическая газета
При использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на www.psy.su


Мобильное приложение