26 апреля 2017 , среда

Технологии диагностики нравственного развития

Можно ли технологизировать исследования в той высокой сфере человеческого самовыражения, которой принадлежат нравственные представления, ценностные ориентации и убеждения? Поставим вопрос острее: можно ли измерять нравственность? И, наконец, зачем это делать? Ответить на этот ряд вполне оправданных вопросов легче с конца.

Если бы психология и не была заинтересована в количественных исследованиях нравственной сферы, посчитав этот объект слишком сложным для эмпирико-аналитического метода, сегодня этого потребовала от нее система образования.

Мы только постепенно начинаем понимать, насколько по-новому ставится проблема оценивания эффективности образовательного процесса и достижений школьника в новых образовательных стандартах (ФГОС). Сегодня очевидно, что с выдвижением духовно-нравственного развития школьника в число приоритетов государственной образовательной политики процессы становления личностных убеждений, мотиваций, мировоззренческого самоопределения школьника, иными словами – духовного созревания личности в целом – попадают в поле педагогической ответственности уже не только по совести, но и по «долгу службы». Стандарты недвусмысленно свидетельствуют об этом. К примеру, в ряду личностных универсальных учебных действий, на развитие которых школа призвана обращать приоритетное внимание, на первом месте называется формирование основ гражданской идентичности личности, а на втором – формирование «социальных компетенций, включая ценностно-смысловые установки и моральные нормы, опыт социальных и межличностных отношений, правосознание» (ФГОС ООО, п. 1.2.2).

Этот же стандарт отводит отдельную главу оценке личностных результатов обучающихся, включая указанный «ценностно-смысловой» блок (1.3.2). Да, эти результаты не выносятся на итоговую оценку, не входят в аттестат, что соответствует этико-правовым нормам. Тем не менее, они являются «предметом оценки эффективности воспитательно-образовательной деятельности образовательного учреждения и образовательных систем разного уровня». Эти неперсонифицированные результаты, в свою очередь, как строго подчеркивается в документе, «являются основанием для принятия различных управленческих решений».

Кроме того, стандарт предполагает возможность ограниченной оценки персональных достижений обучающихся, включая ценностно-смысловые установки, при соблюдении Закона РФ «О персональных данных», «в форме, не представляющей угрозы личности, психологической безопасности и эмоциональному статусу учащегося и …исключительно в целях оптимизации личностного развития». Добавим сюда общее стремление максимально устранить субъективный и корпоративный фактор оценивания, столь ярко проявившееся в проекте ЕГЭ, ряде проектов оценки метапредметных результатов начальной школы. По сути общественно-государственный запрос на разработку стандартизованных количественных методов мониторинга нравственного развития школьника, как говорится, налицо.

Конечно, сферой образования не исчерпывается область возможного применения технологий, о которых идет речь. Иметь более ясное представление о нравственных качествах своих сотрудников, о ценностно-смысловых аспектах прогнозируемых профессиональных деформаций или об особенностях нравственной корпоративной культуры в своей организации захочет, наверное, каждый дальновидный руководитель. Но в психодиагностике, реализуемой в массовой школе, актуальность технологизации особенно высока. Во-первых, потому, что дети еще не так умеют скрывать свои убеждения, в силу чего здесь легче достичь валидных результатов. А во-вторых, в силу самой этой открытости они нуждаются в квалифицированном сопровождении, не допускающем примитивизации тех процедур, на основе которых будет ставиться диагноз. Не все педагоги понимают разницу между духовно-нравственным воспитанием современной школы – воспитанием, нацеленным на развитие способности к мировоззренческому самоопределению, – и идейно-нравственным воспитанием прошлого, предлагающим личности готовое и «единственно правильное» мировоззрение. Соответственно, велика опасность того, что мониторинг нравственного развития кто-то захочет свести к проверке школьников на лояльность. Недаром тот же стандарт указывает на необходимость принимать все меры для исключения пристрастий, личных взглядов, предубеждений, корпоративной солидарности и недостаточной профессиональной компетентности специалистов в процессе исследования эффективности реализации образовательным учреждением программы воспитания и социализации обучающихся (2.3.11). Совершенствование диагностического инструментария позволит поставить эффективный заслон недобросовестностям указанного рода.

Сегодня специалисты, занятые в области диагностики личностного развития, могут воспользоваться двумя новыми разработками петербургских ученых, прошедшими апробацию и стандартизацию в условиях общеобразовательной школы на основе нескольких тысяч тестирований. Эти разработки называются «Технология сортировки предложенных суждений» (СПС) и «Диагностический комплекс оценивания нравственной избирательности и когерентности суждений» (ОНИКС). Слово «суждения», общее для двух названий, задает, так сказать, функциональный горизонт: обе технологии применяются для измерения нравственных и ценностных представлений субъекта по когнитивным критериям, а не по поступкам, если, конечно, не считать поступком нравственное суждение само по себе. Технологии, если выразить их общую суть самым кратким образом, измеряют нравственное качество сознания индивидов и групп по степени внутренней связности нравственных представлений и их соответствия выбранному мерилу (стандарту). В качестве последнего могут выступать как общественно признанные представления о должном (идеалы), так и эмпирически установленные фоновые значения измеряемых показателей (нормы) для выбранной социо-демографической группы. Основная технологическая инновация при этом состоит не столько в самой идее измерять сложные психические явления – такие попытки не являются редкостью – сколько в применении своеобразного математического аппарата обработки данных. Этот аппарат «выкован» в цеху конструктивизма и освящен такими именами, как Дж. Келли, Ж. Пиаже, Л. Кольберг и К. Роджерс. С двумя последними именами представляемые технологии связаны особенно тесно, поскольку СПС может рассматриваться как развитие и адаптация к педагогическим задачам известного метода Q-сортировки (использовалась Роджерсом для измерения «Я-концепции» человека), а ОНИКС представляет собой модификацию зарубежных тестов нравственного суждения, построенных на методе дилемм.

Конструктивизм в психологии и педагогике, при всем многообразии его форм, имеет общее идейное ядро, состоящее в том, что человек мыслит конструктами. Можно сказать, что конструктивизм выводит представление гештальт-психологов о существовании имплицитных целостных структур восприятия на новый уровень – из области психологии подсознательного в область изучения когнитивных способностей. Соответственно меняется и методическое оснащение: место феноменологической интроспекции занимает аналитика, но не та аналитика элементаризма и механицизма, против которой в свое время справедливо восстали гештальтпсихологии, а аналитика конструктивизма, старающаяся удержать в поле зрения целостность изучаемых объектов и целенаправленно избегающая бесповоротной разборки своих «конструктов» на элементы. Тезис Вертгеймера: «То, что происходит с какой-нибудь частью сложного целого, определяется внутренними законами структуры всего целого», – конструктивизм переносит в область когнитивных процессов. Это значит, что, например, при изучении ценностных ориентаций мы должны сосредоточить внимание в большей степени не на том, какие ценности оказались в «корзине» сознания (ведь они могли оказаться там случайно и ненадолго), а на том, как уложены вещи в этой корзине. М. Шелер говорил, что оценивание имплицитно предполагает предпочтение одной ценности другой, то есть переживание определенной ценности включает переживание того, что она выше какой-то другой. Здесь ключ к конструктивисткой методе изучения ценностей и нравственных представлений. Идеи не существуют отдельно друг от друга, а раз так, они должны изучаться во взаимосвязи. Если с помощью аналитики нельзя увидеть всю структуру целиком, надо, по крайней мере, попытаться сохранить и ввести в аналитическую обработку фрагменты мозаики (конструкты), не разбивая их до отдельных частиц. Этого требует перенос исследовательского интереса с содержания на форму. Если бы нас интересовал минеральный состав мозаики, ее можно было бы истереть в порошок. Если нас интересует образ, составленный ею, сохранение целого необходимо. Точно так же и в психолого-педагогическом исследовании: при конструктивистском подходе к изучению нравственного сознания исследователя интересует в большей степени не содержание последнего (набор установок и знаний о нравственной норме), а характер его структурированности (когерентность, или степень внутренней связности идей; их дифференцированность и связанная с этим избирательность нравственного восприятия; специфика структуры, включая характер нравственных предпочтений, и ее соответствие фоновым «паттернам»; сложность и богатство структур и проч.). Приоритетность же структуры над содержанием обусловлена кантианским неверием конструктивизма в возможность интериоризации субъектом «чистых содержаний», не прошедших латентную обработку в «когнитивных структурах», в конечном счете, и ответственных за то, что субъект будет иметь внутри.

Самым замечательным в конструктивистской аналитике является то, что нащупанный ею путь к решению этой фантастически интересной и непростой задачи, не наносит никакого ущерба достижению традиционных исследовательских задач, таких, как оценка степени приятия или неприятия респондентом отдельных идей, вариации значений этого показателя в группе и т.д. Мы стараемся работать с рисунком, но этот рисунок составлен из элементов, что позволяет при желании в любой момент разобрать его, подобно цифровому изображению или той же мозаике. Поэтому, как убеждены разработчики, появление ОНИКС и СПС можно считать наступлением эры цифровых технологий в диагностике личностного развития. Это попытка количественного математически формализованного решения идиографических исследовательских задач, не наносящего при этом ущерба качеству выполнения номотетических функций. Это практический шаг к решению стратегической для XXI века задачи интеграции эмпирико-аналитических и гуманитарных методов исследования.

Мы находимся в самом начале пути. Впереди нас, возможно, ожидают открытия, которые помогут разглядеть пути становления и эволюции нравственного субъекта в разных социо-культурных средах, описать и оценить влияние этих сред, механизмы взаимодействия социума с индивидом. Но уже сегодня мы констатируем эффективность анонсируемых методик в решении более скромных диагностических задач. Мы, безусловно, можем выявлять в возрастной группе 10-13 лет редких, особенно одаренных в нравственном отношении детей – детей, чьи нравственные представления по четкости, аксиологической выверенности и высоте превосходят среднестатистические представления взрослых. Мы можем в единой шкале измерять и сравнивать общую результативность школ в формировании ценностно-смысловых компетенций учащихся путем тестирования выпускников. Мы можем обнаруживать внутри одной школы или группы школ классы, выделяющиеся из общего ряда по уровню нравственного возраста и ценностных ориентаций учащихся, с диагностированием характера обнаруженных отклонений и главных проблемных точек. Мы можем выполнять ту же задачу внутри одного класса или группы, эффективно выявляя в режиме экспресс-анализа «аутсайдеров», не разделяющих того комплекса идей и установок, который скрепляет микросоциум. Мы не можем пока оценивать уровни актуальности (тревожности) для подростка тех экзистенциальных проблем, которые он преодолевает на пути к обретению взрослости, и вырабатывать на этой основе рекомендации психологической поддержки. Но это то, над чем мы работаем в настоящее время.

Ниже представлено краткое описание технологий. В скором времени методические комплекты, составленные на их основе, появятся на прилавках компании «Иматон». Напомним, что проведение мониторинговых исследований в области личностных достижений школьника требует соблюдения специальных условий, оговоренных Законом РФ «О персональных данных», и рекомендуется к проведению специалистами, не работающими в данном образовательном учреждении и обладающими необходимой компетентностью в сфере психологической диагностики развития личности в детском и подростковом возрасте (ФГОС ООО, 1.3.2). Обучение таких специалистов работе с анонсируемыми технологиями будет проводиться, в том числе, и на базе Института практической психологии «Иматон», на семинарах, запланированных на 2014 год.

Вполне ожидаемо, что инновация окажется востребованной в системе профотбора и HR-менеджмента. Тот из работодателей, кто уделяет при найме внимание нравственным качествам своих будущих сотрудников, едва ли откажется заменить рутинные опросники и трудоемкие собеседования на высокотехнологичный тест, позволяющий легко и эффективно оценить способность претендента к ситуативному нравственному суждению в единой стандартизованной шкале. Ценность предлагаемых разработок определяется еще и тем, что они позволяют выполнять индивидуальные заказы клиента. Допустим, Вы заняты поиском партнера по бизнесу или референта и хотите, чтобы помимо профессиональных качеств он обладал некоторой системой взглядов: на геополитику, на налоговую политику или на проблему глобального потепления – это решать Вам самому. Конечно, Вы сможете выяснить это в ходе личной беседы, но если число кандидатов в первом круге отбора исчисляется десятками, Вам, скорее всего, понадобится помощь. И здесь стоит подумать, так ли уж хорош старый дедовский метод «посоветоваться с друзьями» или стоит довериться сухим цифрам статистики, которые бесстрастно покажут, какой кандидат лучше подходит Вам по Вами же выдвигаемым критериям. Надежность полученных цифр будет подкрепляться тем обстоятельством, что респондент едва ли сможет понять, о чем Вы хотите узнать.

Можно назвать это тоже инновацией: такой интерактивный подход к диагностике, когда заказчик не выбирает из тех возможностей, которые предложены ему, а сам ставит перед специалистами диагностическую задачу. Сегодня мы готовы к такому общению.

Технология СПС

Происхождение. «Технология сортировки предложенных суждений» (СПС) представляет собой продукт усовершенствования и адаптации к решению педагогических задач исследовательского метода, известного в зарубежной научной литературе как Q-сортировка. В России ее широкое применение до настоящего времени ограничено областью психотерапевтической диагностики «Я-концепции» пациента по К. Роджерсу. Технология была изобретена У. Стефенсоном в начале 1950-х гг. в Великобритании, но стала широко известна после того, как К. Роджерс начал применять ее в психотерапевтической практике в качестве метода определения параметров самооценки человека. В последние два десятилетия за рубежом Q-сортировка активно используется в маркетинговых, социологических, политологических и педагогических исследованиях.

Основная идея и преимущества. Назначение технологии – формализованное описание, оценка и количественное сравнение между собой паттернов индивидуальных и групповых воззрений респондента по интересующей исследователя теме. Технология в идеале позволяет количественно сравнивать сложные и многоуровневые объекты, не редуцируя их до небольшого количества выборочных дискретных характеристик. В силу этого технологию Q-сортировки часто представляют в зарубежной научной литературе как технику измерения субъективности, в которой математика играет подчиненную роль и служит преимущественно тому, чтобы помочь исследователю лучше разглядеть внутреннюю структуру объекта.

Предпосылкой роста популярности этой методики на Западе служит усиление позиций конструктивизма. Согласно основным положениям конструктивизма, первостепенная задача психодиагностики должна заключаться в распознании тех активных внутренних структур сознания (конструктов), которые определяют специфику восприятия (или отторжения) индивидом внешних ценностно-смысловых содержаний. Исследовательская стратегия, соответствующая этой задаче, должна опираться на следующую последовательность посылок:

  • поведение человека детерминировано не внешними стимулами, а результатами обработки стимулов сознанием человека;
  • обработка стимулов носит субъективный характер, контролируемый целостными внутренними структурами, или паттернами сознания, называвшимися в разное время гештальтами (Вертгеймер), когнитивными схемами (Пиаже), конструктами (Келли), Я-концепцией (Роджерс)и др.
  • эти структуры, или паттерны могут быть изучены количественными методами при условии, что последние будут ориентированы на изучение целостных структур сознания субъекта, а не его отдельных характеристик;
  • с этой целью отдельные суждения субъекта должны рассматриваться не в отрыве, а в связи с другими суждениями;
  • способом реализации этого условия может стать вынужденное (предпочтительнее - нормальное) распределение суждений респондента.

В «вынужденности» распределения состоит основная технологическая находка. Согласно этому специфическому условию респондент ограничивается в свободе произвольно выбирать, какому количеству предложенных суждений он даст отрицательную, положительную или нейтральную оценку. Число рангов оценочной шкалы, и количество суждений, которыми должен быть заполнен каждый ранг, фиксируются до начала тестирования. За счет этого обеспечивается более когерентная репрезентация отношения респондента к изучаемой проблеме. Индивидуальная сортировка, получаемая в результате тестирования, представляет собой своеобразный оцифрованный слепок отношения тестируемого к изучаемой проблеме. Этим условием определяется и своеобразная процедура проведения теста: стимулы даются в виде отдельных карточек, сортировка которых по заданным правилам и составляет задачу респондента.

Диагностический инструментарий, которым оснащена технология, гибок и многофункционален. Если отдельный комплект СПС представляет собой методику, заданную и запрограммированную под определенную цель, то технологию в целом следует рассматривать как концептуально новую форму, в которую может быть влито разное содержание. Настройка методики под определенную исследовательскую задачу начинается с разработки сортировочного комплекта суждений и эталона и заканчивается составлением индивидуального набора аналитических и статистических процедур, оптимальных для решения поставленной задачи применительно к данному комплекту и типу распределения.

Материалом для комплекта суждений обычно служит спектр общественных мнений по интересующей исследователя теме. Исследователь, владеющий инструментарием СПС, способен оперативно реагировать на индивидуальные запросы заказчика при решении широкого спектра диагностических и прогностических задач. Для педагогики, к примеру, особую привлекательность представляет технологически достижимая с применением СПС перспектива количественно оценивать близость комплекса личностных представлений учащегося педагогическому ожиданию, или идеалу, одним числом. Существование в педагогической реальности всегда предполагает целенаправленное движение к личностно или общественно заданной цели и констатацию успехов на этом пути. При умелом использовании корреляция реального и ожидаемого образов мысли может выступать количественной мерой продвижения учащегося или воспитанника к заданной цели. Заложив ожидаемый образ мысли (педагогический идеал) в схему исследования в качестве эталонного распределения суждений, исследователь, вооруженный технологией СПС, может надежно и просто соотнести критерии воспитанности с целями воспитания. В психотерапевтической практике может быть применена та же концептуальная схема с той разницей, что в качестве эталона будут выступать нормативные представления о здоровой личности или собственные стремления клиента (Я-идеальное в терминологии Роджерса).

Своеобразная техника сбора данных не только не исключает, но, напротив, повышает эффективность применения традиционных статистических методов. Данные, полученные методом СПС, будут обладать рядом важных преимуществ перед данными, полученными в шкале Ликерта на обычных опросниках.

Вот важнейшие из них:

  • Более высокая степень отрефлексированности суждений, обусловленная возможностью пересмотра респондентом своих оценок по ходу выполнения теста. Известно, что желание вернуться к началу и заполнить анкету по-другому настигает едва ли не каждого респондента по мере того, как он приближается к ее концу. Это вполне объяснимое и объективно обусловленное явление: правила «языковой игры», в которую тест вовлекает респондента, становятся понятны по мере движения в его семантическом поле. При сортировке суждений возможность переоценки никак не ограничена и, напротив, предполагается изначально в качестве нормального условия протекания испытания.
  • Отсутствие смещения среднего значения балла в индивидуальных распределениях, позволяющее свести к минимуму влияние фактора общего положительного или отрицательного настроя респондента. В СПС средний балл индивидуального распределения всегда равен нулю. Благодаря этому выносимые суждения (оценки) инвариантны средним. Если в обычной анкете некоторое суждение получает отрицательный балл у респондента А и положительный – у респондента Б, это еще не значит, что в воззрениях А данное суждение занимает более низкий статус, чем в воззрениях Б. Надо смотреть, какую оценку респонденты дали другим суждениям. Вынужденный характер распределения устраняет эту относительность. Нельзя, чтобы в результате сортировки отрицательных суждений оказалось на чаше весов больше, чем положительных. Это создает дополнительные трудности для отвечающих (и разработчиков комплектов), но в этом особенность метода. Принципиальное значение для исследователя имеет только внутренняя взаимосвязь суждений респондента. Лишняя степень свободы, позволяющая респонденту давать оценки «как попало», устраняется методом как фактор, затемняющий изучаемую картину. В техническом отношении такое ограничение понижает дисперсию (разброс) оценок и, как следствие, делает измерительный инструмент более чувствительным.
  • Фиксированное количество суждений в каждом ранге шкалы позволяет устранить другие нежелательные эффекты, вызывающие критическое отношение к данным стандартизованных анкет. Так, известно, что часть респондентов избегает крайних оценок, вследствие чего по их ответам очень трудно делать выводы о том, какие аспекты проблемы волнуют их в наибольшей степени. Другие респонденты дают крайние оценки слишком многим суждениям, что тоже смазывает картину. Именно поэтому в СПС применяются распределения, близкие к нормальным: количество карточек симметрично убывает от середины сортировки к краям по мере усиления категоричности оценок. Преимущество нормального распределения суждений заключается не только в том, что оно позволяет применять к массиву данных стандартные статистические критерии и процедуры, но также и в том, что заставляет респондента уделять повышенное внимание тем наиболее интересным для исследователя периферийным участкам шкалы, в которые должно попасть сравнительно небольшое число суждений. Этот прием позволяет выявлять «болевые», экзистенциально значимые для респондентов точки проблемы по составу высказываний в крайних рангах. Такие высказывания названы в СПС резонансными.

Процедура. Сбор полевых данных СПС проводится в форме, близкой к анкетированию: респондент выражает свою позицию по интересующему вопросу в форме согласия или несогласия с предложенными ему высказываниями. Первая процессуальная особенность СПС заключается в том, что высказывания не собраны на листах стандартизированных опросников, а записаны на отдельных пронумерованных карточках. Вторая особенность, составляющая собственно специфику СПС, уже раскрыта выше: оценку степени согласия с предложенными суждениями респонденту предлагается вести по заранее заготовленной схеме таким образом, чтобы совокупность оценок повторила форму заданного симметричного распределения, желательно близкого по форме к нормальному. Все ячейки, предусмотренные схемой опыта, должны быть заполнены. Респондент имеет свободу выбирать, в какую ячейку шкалы он поместит то или иное высказывание, но не имеет свободы выбирать количество и расположение ячеек.

Тестирование осуществляется путем раскладывания респондентом в соответствии с предложенными правилами комплекта пронумерованных карточек, каждая из которых содержит по одному высказыванию. Оптимальными для сортировки в педагогической диагностике являются комплекты, состоящие из 30-50 карточек, с распределением по семи рангам. Время, затрачиваемое большинством учащихся старше 10 лет на сортировку таких комплектов, лежит в пределах 25-40 минут, что позволяет проводить одновременное фронтальное тестирование в классе в течение одного урока. В психодиагностике взрослых можно использовать девятиранговую шкалу, а количество карточек может быть увеличено вдвое. Для маленьких респондентов рекомендуется использовать упрощенные шкалы (не более пяти рангов), а в качестве стимулов использовать вместо текста картинки.

Категория (ячейка, ранг), в которую отнесена карточка, считается баллом, присвоенным соответствующему высказыванию. Полевые данные исследования, поступающие в статистическую обработку, должны представлять собой таблицу баллов в сетке «№ высказывания» - «респондент». Для проведения опроса необходимо иметь заготовленные комплекты карточек многоразового использования по количеству участников и бланки одноразового использования, в которые респонденты заносят результаты сортировки. Бланк включает графы для внесения идентификационных и, при желании, социодемографических характеристик респондента и непосредственно таблицу для вписывания номеров карточек. Таблица выполнена в форме распределения и служит респонденту одновременно бланком и образцом для правильного распределения карточек по рангам в ходе сортировки. Процедура сортировки выполняется в несколько этапов. Респонденты обязательно обеспечиваются устной или письменной инструкцией с описанием последовательности действий. Инструкция является частью методического комплекта.

Статистическая обработка и анализ данных. Методики СПС снабжены программами стандартизованной обработки данных, несколько различающимися друг от друга в зависимости от назначений комплектов, но содержащими единую инвариантную часть. Эта часть позволяет выполнять следующие виды анализа:

  1. Вычисление средних баллов согласия и значимости (см. ниже) для каждого суждения по выбранным группам и по массиву в целом.
  2. Составление на этой основе групповых паттернов, их числовое и графическое представление в координатах «согласие – значимость». Расчет основных параметров, характеризующих форму паттернов: степень проявленности (диапазон вариаций), симметричность, уровень конфликтности. Ранжирование суждений по степени значимости и вывод рейтинга резонансных суждений отдельно по зонам согласия и конфликта с балльной оценкой.
  3. Сравнение индивидуальных сортировок с эталоном и между собой. Обработка сортировок в Q-матрице с расчетом индекса социализации (см. ниже) каждого респондента. Сопоставление коэффициентов соответствия эталону с фоновыми значениями и оценивание (выше - ниже фоновых). Оценка гомогенности групп и значимости найденных внутригрупповых различий методами дисперсионного анализа.
  4. То же для групповых сортировок с использованием индекса групповых сходств вместо индекса социализации. Ранжирование групп по силе взаимосвязи с другими группами (величине индекса сходств), идентификация групп, статистически достоверно выделяющихся из общего ряда.
  5. Анализ выявленной гетерогенности по величине отклонения баллов согласия и значимости отдельных суждений от фоновых значений в индивидуальных и групповых девиантных сортировках. Вывод списка суждений с выявленными значимыми отклонениями от фонового паттерна с пометками согласие/значимость выше/ниже нормы. На основе этой информации диагностируется характер обнаруженных отклонений.

В качестве дополнительных опций, как правило, предлагается корреляционный анализ взаимосвязи (сцепленности) суждений между собой, а также изучение латентных структур корреляционных Q-матриц методами факторного анализа.

Важной инновацией в части статистической обработки и представления групповых результатов СПС следует считать параметрическое изображение паттернов в координатах «согласие - значимость». Результаты обычной статистической обработки данных стандартизованных анкет позволяют нам количественно оценить усредненную степень (процент) согласия группы респондентов с тем или иным высказыванием. Помимо этого часто вычисляется степень варьирования индивидуальных показателей согласия в группе (стандартное отклонение), помогающее производить корректное сравнение средних. Вынужденное распределение СПС позволяет оценивать с той же математической однозначностью третий параметр, а именно относительную степень уверенности, с какой респонденты заявляют о своем согласии или несогласии с тем или иным высказыванием. В связи с этим становится целесообразным представление данных не в одномерной шкале, а в координатной системе, составленной двумя осями: степенью согласия респондента с данным суждением и степенью уверенности оценки. Поскольку есть основания предположить, что «резонансные» суждения, которым респондент дает оценки наиболее уверено и которые оказываются вследствие этого на краях сортировки, не только лучше обдуманы, но и экзистенциально значимы для него, постольку степень уверенности можно принять за показатель значимости данного суждения для индивида и группы.

В качестве показателя значимости применяется индекс, рассчитываемый как сумма квадратов баллов согласия по данному суждению (нейтральная оценка принята за ноль), отнесенная к числу респондентов. В математическом отношении значимость аналогична дисперсии, с той разницей, что она является мерой отклонения единичных случаев не от реального среднего балла данного суждения в выборке (как было бы в случае измерения дисперсии), а от математического ожидания среднего балла полного распределения, имеющего в случае СПС строго фиксированное значение. Индекс значимости также имеет строго фиксированное среднее значение для каждого типа распределения, зависящее от количества ячеек в рангах. Эта величина делит совокупность данных на две половины столь же математически однозначно, сколько среднее значение присвоенных суждению баллов делит ту же совокупность на две половины, соответствующие зонам согласия и несогласия респондентов.

В результате, анализ группового паттерна суждений, т.е. того усредненного распределения оценок, которое мы бы получили после наложения индивидуальных сортировок друг на друга, удобно проводить в координатах «согласия» и «значимости» и выделять зону индифферентности, две зоны консолидации (согласия и несогласия) и зону конфликта, как это показано на рисунке. Суждениями, находящимися в зоне конфликта, можно считать те, что имеют индекс значимости выше среднего, а по согласию отклоняются от среднего на полбалла или несколько больше. Ширина зоны конфликта обычно устанавливается в 1,0-1,2 балла. Переход через критические значения из зоны конфликта в зоны консолидации соответствует в применявшихся распределениях наступлению ситуации «абсолютного большинства», т.е. ситуации, когда за или против данного суждения подано более 2/3 голосов. В зоне индифферентности оказываются суждения, которые уверенно отвергает или принимает (в семиранговой шкале это соответствует двум крайним рангам с каждой стороны) лишь один из трех респондентов и меньше. Случаю, когда уверенные оценки согласия / несогласия по данному суждению выносит половина респондентов примерно соответствует значению 3 по шкале значимости, а если то же относится к двум третям респондентов – значению 4. Если примерно у половины респондентов суждение попадает в крайний ранг категорического согласия/несогласия, значимость достигает значения 5.

Очевидно, что при таком способе представления результатов показательной становится сама форма распределения. Так, форма «бычьей головы» указывает на то, что группа респондентов имеет высокую степень согласия по наиболее важным для них вопросам. Приближение распределения к куполообразной форме или «голове носорога» свидетельствует о конфликтной ситуации, когда по наиболее важным вопросам мнения членов группы резко расходятся. Приближение распределения к виду малого и плотного облака, центрированного вокруг точки пересечения средних значений общего балла и ИЗ, свидетельствует об отсутствии повторяющихся ценностно-мировоззренческих паттернов в исследуемой группе. Приближение к форме галочки – о ситуации полного единомыслия. Степень «нагруженности» зоны конфликта, отражающая уровень существующего между респондентами разногласия по значимым для них вопросам, может быть численно выражена показателем конфликтности паттерна.

Вторая аналитическая инновация имеет отношение к сравнению сортировок между собой. Важнейшее преимущество изобретенного Стефенсоном Q-метода статистической обработки заключается в возможности количественной оценки близости взглядов респондентов между собой не по отдельным суждениям или оценкам, а сразу по всей совокупности их суждений, отразившихся в сортировке. Такая обработка осуществляется в специальной Q-матрице, которую иногда описывают как обычную корреляционную матрицу, повернутую на 90 градусов. Если в такой матрице суммировать значения всех коэффициентов корреляции сортировки одного респондента с сортировками других участников группы и отнести этот показатель к размеру группы, можно получить важный интегральный показатель, отражающий степень социализации респондента. Соответственно он был назван нами индекс социализации и обозначен Q-инд. Низкие значения этого показателя позволяют с высокой степенью надежности идентифицировать «аутсайдеров» – лиц, слабо интегрированных в коллектив и не разделяющих его основные ценностно-смысловые установки. Необычайно высокая сила его корреляции с показателями соответствия эталону в большинстве апробированных комплектов (0,8-0,9) позволяет использовать индекс социализации также в качестве показателя соответствия взглядов респондента педагогическим идеалам.

При изучении различий между группами аналогичная аналитическая процедура, выполненная в этом случае по расчетным «групповым» сортировкам, приводит к вычислению индекса групповых сходств (Q-груп.). Он показывает, насколько ценностно-смысловой паттерн суждений данной группы респондентов (например, школы) отличает ее от других групп. Исследования с применением теста Дункана показали, что это наиболее чуткий и надежный способ обнаружить различия между группами по большой совокупности данных. Межгрупповые сравнения можно осуществлять и по значениям соответствия групповых сортировок эталону. Однако такое сравнение, во-первых, не будет охватывать всего комплекса данных (эталоны, как правило, составляются не по всем суждениям, входящим в сортировку), а, во-вторых, функционально будет ориентировано на иную задачу. Зачастую самым «типичным» паттерном суждений (т.е. имеющим самое высокое значение Q-груп.) будет обладать группа со сравнительно низким соответствием эталону. Для полноты представления об особенностях групповых паттернов рекомендуется ранжировать и оценивать степень значимости различий между группами по обоим показателям.

Дополнительные сведения о методике:

  • Козырев Ф.Н. Q-сортировка в педагогической диагностике личностного развития // Вестник РХГА. – 2011. – Т. 12, вып. 3. – С. 260-271;
  • Козырев Ф.Н. Диагностика ценностных ориентаций школьника методом сортировки предложенных суждений // Вестник Северо-Западного отделения РАО. – 2011. – Т. 11. – С. 54-61

Диагностический комплекс «Оникс»

Происхождение. Диагностический комплекс оценивания нравственной избирательности и когерентности суждений (ОНИКС) является продуктом модификации зарубежных тестов MJT (Moral Judgment Test) и DIT (Defining Issues Test), разработанных на основе метода дилемм Л. Кольберга. Около пятидесяти лет назад Кольберг высказал идею о возможности оценивать уровень нравственного развития личности по характеру аргументации, сопровождающей выбор образа действия в непростой нравственной ситуации, и разработал соответствующую методику интервьюирования. В 1975 г. немецкий психолог Георг Линд усовершенствовал методику, превратив интервью в измерительный тест MJT, и устранил тем самым ряд существенных недостатков методики Кольберга. В 1979 году американский исследователь Джеймс Рест, один из основателей движения неокольбергианства, предложил альтернативный подход (DIT). Результаты апробации методик изложены в сотнях публикаций. Численность проведенных тестирований измеряется сотнями тысяч. «Оникс», разработанный отечественными исследователями, представляет собой еще один вариант развития идей Кольберга в том же направлении. От зарубежных аналогов он существенно отличается процедурой тестирования, набором дилемм, показателей и математическим аппаратом обработки данных.

Основная идея и преимущества. Как считал Кольберг, определить ступень нравственного развития, на которой находится человек, можно по характеру аргументации нравственного поступка. С этой целью он предлагал испытуемым рассказы, содержащие нравственные дилеммы. Дилеммы были составлены так, чтобы вынесение суждения о нравственности поступка персонажей было максимально затруднено. Основная находка Кольберга заключалась в том, что значение для формальной диагностики развития имеет не само решение испытуемого (оправдать или осудить персонажа), а только аргументация, на которую он опирается. Стиль аргументации соотносился с типологическими свойствами нравственного сознания, характерными для каждой из «шести стадий нравственного развития». Эти стадии были предварительно тщательно определены и описаны Кольбергом на основе структуралистских идей Пиаже. На основании сопоставления делался вывод об уровне нравственного развития испытуемого. Метод Кольберга по замыслу его автора позволял увидеть, чем мотивирована занятая респондентом нравственная позиция в той или иной ситуации, отражая, таким образом, развитие нравственного сознания уже не на уровне внешнего знания этических правил и норм, но на уровне виртуального применения, т.е. обретения некоторой способности (компетенции). Эта компетенция у последователей Кольберга стала называться способностью к нравственному суждению.

В перечне пунктов массивной критики, которая обрушилась на изобретение Кольберга, доминировали следующие три:

  • Схема поступательного развития нравственности, заложенная в методику, неосновательно претендует на всеобщность. Методика не принимает в расчет социокультурную обусловленность морали.

  • Методика трудоемка и неэффективна в применении. Интерпретация интервью представляет собой сложную и недостаточно стандартизуемую процедуру. Фактор исследовательского субъективизма в вынесении диагноза слишком высок.

  • Успешность прохождения испытания в сильной степени зависит от коммуникативных и лингвистических способностей ребенка. Фактически при пользовании методикой часто измеряется не то, на что она нацелена.

Два последних недостатка практически полностью устранялись переводом интервью в форму стандартизованного теста. В этом историческая заслуга разработчиков MJT и DIT. Что касается упрека в нравственном абсолютизме, последовавшие исследования значительно снизили его остроту. Так, к примеру, выяснилась эмпирическая несостоятельность критики Кольберга с феминистических позиций, исходившая из недостаточного внимания к особенностям формирования нравственного сознания у женщин. Исследователями, в том числе и разработчиками «Оникс», были предприняты усилия по максимальному освобождению метода дилемм от идеологической и политической нагрузки, действительно, содержавшейся в некоторых предпосылках метода и влиявших на интерпретацию результатов. Г. Линд пошел еще дальше. Решив полностью отграничить компетенцию нравственного суждения от ценностных преференций, т.е. от приверженности респондента той или иной ценностной системе, он сделал ничтожным не только факт одобрения или осуждения респондентом поступка, представленного в дилемме (выбор первого порядка), но и предпочтительность аргументации, по которой делал разметку Кольберг (выбор второго порядка). В результате он начал измерять не абсолютную «высоту» нравственных суждений, привязанную к шкале из шести стадий, а их внутреннюю структуру, абстрагированную от каких бы то ни было внешних эталонов и нормативов. Четкость этой структуры (когерентность), он и ассоциировал с компетенцией нравственного суждения.

Предложение Линда о переходе на показатель, инвариантный в отношении преференциальной составляющей нравственного суждения, по ряду причин было отвергнуто отечественными разработчиками, так что при отборе основного показателя в тесте «Оникс» совершилось частичное возвращение к исходной позиции Кольберга. Здесь помимо этических соображений (в педагогическом отношении затруднительно приписать высокое качество нравственного суждения субъекту, уверенно и «когерентно» исповедующему безнравственные идеи) сыграли роль методологические причины. Предположение Линда об относительной независимости когнитивной составляющей нравственного суждения опровергалось его же собственными данными. Респонденты, тяготевшие к более высокому стилю аргументации, закономерно получали более высокие оценки в тесте и по его показателю компетентности. В такой ситуации отказ от обобщения двух составляющих терял значительную долю смысла, тем более, что он вел к весьма существенному снижению разрешающей способности метода. Методика «Оникс» позволяет вычислять индекс нравственной компетенции по Линду, но не включает его в число основных показателей.

Принципиальное преимуществом тестов, основанных на методе дилемм, заключается в возможности прямого количественного измерения способности респондента решать предложенные ему нравственные задачи, в то время, как более широко известные в настоящее время методики измерения ценностно-мотивационных комплексов (тесты Рокича, Шварца, Смекала – Кучера, Кеттела и др.) позволяют делать выводы, основанные лишь на самооценке респондентом собственных качеств. Тесты «Оникс», DIT и MJT приближаются по своим функциональным возможностям к тем учебным тестам, успешность прохождения которых напрямую зависит от наличия у тестируемых соответствующих компетенций. По сравнению с тестами, основанными на самооценке, возможность симулировать высокий результат в них резко понижена.

Общим достоинством всех стандартизованных версий метода дилемм по сравнению с исходным прототипом (интервью по методу Кольберга) является высокая эффективность, объективность и однозначность интерпретации результатов. «Оникс» выделяется из этого ряда повышенной степенью защиты от случайности. По сравнению с тестом MJT, уровень вероятности случайного получения высокого результата снижен в нем в тысячу раз (результаты анализа рандомных распределений, полученных с применением физического генератора случайных событий). Благодаря этому тест «Оникс» при соблюдении соответствующих этических и законодательных норм пригоден для проведения персонифицированных исследований, в то время как тест MJT рекомендован самим Линдом только для групповых измерений.

Процедура. Апробированная к настоящему времени версия теста (ОНИКС-1) включает четыре дилеммы, расположенные попарно на двух листах. Каждая дилемма сопровождается аргументами «за» и «против» поступка/намерения героя нравственной ситуации. Задача испытуемого заключается в ранжировании аргументов в соответствии с мерой их нравственной приемлемости, или, иными словами, в порядке возрастания согласия с ними. Демоверсия бланка анкеты показана в Приложении.

Тестирование может проводиться индивидуально или фронтально в многочисленных группах. Количество участников и время, отводимое на прохождения теста, не регламентируется. Возраст тестируемых – старше 10 лет. Среднее время прохождения теста – 20-30 минут. Отдельные респонденты (обычно не более 5 %) справляются с тестом значительно медленнее (до часа). Дети в возрасте 10-13 лет в целом выполняют тест быстрее старших. В ходе проведения тестирования и при сборе анкет необходимо контролировать правильность выполнения: все ячейки таблиц должны быть заполнены; в верхних таблицах на каждой стороне листа проставлены числа от 1 до 6, в нижних – от 7 до 12.

Применяемые показатели и обработка данных. Тест предлагает оценку качества нравственного суждения по двум типам показателей: интегральным и дифференциальным. Оценивание проводится по всему набору дилемм, процедура обработки не предполагает возможности неполного или выборочного выполнения теста. Основной показатель первой группы – это индекс нравственной избирательности и когерентности суждений (Никс). Он измеряется в унифицированной шкале «Уникс» и позволяет осуществлять комплексную оценку общей степени зрелости нравственных представлений респондента, проявляющейся как в его приверженности к тому или иному стилю нравственной аргументации, так и в его способности различать эти стили. Шкала градуирована в соответствии со среднестатистическими значениями Никс для групп разного возраста и может использоваться в качестве шкалы нравственного возраста, что, в свою очередь, позволяет вычислять коэффициент развитости нравственных представлений ребенка (по аналогии с коэффициентом интеллекта IQ).

Стандартизация и калибровка метода производилась преимущественно на выборках школьников основной и старшей ступеней обучения, что позволило получить нормативные данные для приведения шкалы Уникс к пятибалльной шкале оценки учебных достижений, рекомендованной ФГОС. Это дает возможность количественно оценивать уровень личностных достижений школьника в сфере обретения компетенции нравственного суждения, а также результативность школ в формировании ценностно-смысловых компетенций учащихся с учётом уровневого подхода, принятого в образовательном стандарте. Имеется в виду выделение базового уровня достижений как точки отсчёта при построении системы оценивания и определения порогового значения прохождения теста.

В качестве дополнительных опций методика предлагает расчет еще двух интегральных показателей: индекса компетенции по Линду (ИК) и индекса необратимости (ИН), показывающего насколько успешно респондент справляется с задачей координации противоположных нравственных позиций.

Дифференциальные показатели «Оникс» используются для оценки приверженности респондента аргументации, соответствующей каждой из стадий Кольберга. Результаты выводятся в виде ранжированного списка преференций с количественной характеристикой каждой стадии, в виде графика (гистограммы), составленного в координатах «стадия – приемлемость аргументации (усл.ед.)», а также входят отдельной строкой в заключение по тесту.

При проведении межгрупповых сравнений методика подразумевает возможность применения дисперсионного анализа с использованием как интегральных, так и дифференциальных показателей. Использование дифференциальных показателей в этом случае дает основание для выводов о специфике влияния, которое оказывает на формирование нравственных представлений школьника нахождение его в данной социальной среде (школе, классе и др.)

Заключение содержит:

  • общую оценку качества нравственного суждения испытуемых по возрастной шкале и/или по шкале учебных достижений с соответствующей расшифровкой числовых значений (низкие, очень высокие, ниже возрастной нормы и т.п.).
  • вывод о прохождении / непрохождении теста в соответствии с принятыми пороговыми значениями,
  • дополнительную характеристику качества нравственного суждения по интегральным показателям (например, в случае, явного предпочтения испытуемым «низкой» нравственной аргументации тест констатирует инверсию системы ценностей без привлечения дополнительных показателей ИК и ИН)
  • расшифровку результатов дифференциального анализа с указанием либо отсутствия четких преференций, либо конкретных предпочтений;
  • суждение о наличии / отсутствии существенных различий между группами испытуемых со спецификацией обнаруженных различий.

Дополнительные сведения о методике:

  • Козырев Ф. Н. Оценка способности к нравственному суждению с помощью диагностического комплекса «ОНИКС»: апробация и первые результаты // Вопросы образования. – 2012. – № 3. – С. 141-164
  • Козырев Ф. Н. Измерение нравственного развития личности методом дилемм // Новое в психолого-педагогических исследованиях. – 2013. – № 1. – С. 79-95

 

Фёдор Николаевич Козырев – доктор педагогических наук, профессор Русской христианской государственной академии, ведущий специалист лаборатории ценностно-культурологической педагогики Северо-Западного отделения Российской академии образования.

Козырев Федор Николаевич
профессор, доктор педагогических наук, директор института религиозной педагогики, Российская христианская гуманитарная академия
Редакция «Психологической газеты»30.10.2013
Интересная новость?
Вы можете ей поделиться:
Комментарии
Комментариев ещё нет. Вы можете оставить первый!
Желаете оставить свой комментарий?
16+
Информация об издании

Правила публикации

Разработчик портала Versus Ltd

© 2004—2017 · Психологическая газета
При использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на www.psy.su


Мобильное приложение